Итак, в Россию прибыл Великий Руководитель, Маршал Ким Чен Ир. К самолетам маршал Ким, как и его отец, генералиссимус Ким, относится с опаской, поэтому приехал в Улан-Удэ на личном поезде, чтобы провести переговоры с Дмитрием Медведевым.
Надо сказать, что в последние годы подобные встречи высших руководителей России и КНДР проходят часто – куда чаще, чем в советские времена. Как ни странно, Владимир Путин в бытность свою президентом России вообще стал первым руководителем СССР-России, который лично посетил Северную Корею: ни один из генеральных секретарей съездить в Пхеньян так и не собрался.
Эта активность выглядит несколько странной на фоне почти полного отсутствия торговых и экономических отношений между двумя странами. Вот уже 20 лет товарооборот России и КНДР не растёт и колеблется в районе 100–200 миллионов долларов в год, что по меркам межгосударственных отношений – совершенно ничтожный уровень. В прошлом году объём товарооборота составил 110 миллионов долларов, в то время как с Китаем Северная Корея наторговала на 3465 миллионов долларов – в 35 раз больше (вдобавок за последние 10 лет объём китайско-корейской торговли удвоился).
Однако, как ни парадоксально, именно малая экономическая активность России в Корее является одной из причин, которые делают Москву привлекательным дипломатическим партнером Пхеньяна.
Какие задачи стоят перед российской дипломатией на Корейском полуострове? Главнейшей из них является сохранение стабильности в этом взрывоопасном регионе – ни новая Корейская война (впрочем, маловероятная), ни серьёзное обострение ситуации России не выгодны.
Не особо соответствует интересам России и объединение страны. Конечно, дипломатам язык, как известно, дан для того, чтобы скрывать свои мысли, и поэтому такого они открыто не говорят. Однако всем понятно, что в нынешних условиях объединение полуострова возможно только под эгидой Сеула, а такой поворот событий будет означать, скорее всего, излишнее усиление американского влияния в непосредственной близости от России. Невыгоден России и серьёзный кризис в КНДР – в первую очередь потому, что такой кризис может привести либо к объединению страны под контролем Сеула (и, косвенно, Вашингтона), либо же к китайскому вмешательству и установлению в КНДР пропекинского режима – тоже не самая радостная перспектива для России.
Таким образом, интересам России в наибольшей степени соответствует сохранение статус-кво – с той, правда, оговоркой, что отношения между двумя Кореями должны быть максимально стабильными. Именно сохранения статус-кво хочет, со своей стороны, и руководство КНДР – так что в данном случае цели Москвы и цели Пхеньяна (точнее, цели пхеньянской элиты) вполне совпадают.
Конечно, в некоторых случаях Пхеньян идёт на обострение напряжённости, искусственно создавая кризисы. В прошлом году их было целых три: торпедная атака на южнокорейский корвет, обстрел приграничного острова и официальная демонстрация крупного и суперсовременного центра по обогащению урана (само существование программы обогащения до недавнего времени КНДР отрицалось). Впрочем, цель у этих шумных обострений, в общем, достаточно мирная – КНДР таким образом просто добивается возобновления американской и южнокорейской помощи и демонстрирует, что в случае отказа предоставлять такую помощь Северная Корея вполне в состоянии доставить некоторым своим соседям по планете ощутимые неприятности.
Получение внешней помощи жизненно необходимо Пхеньяну, которому без нее трудно сводить концы с концами. Сейчас помощь в больших количествах поступает только из Китая, но растущая зависимость от Пекина беспокоит руководство КНДР, которое всегда старалось иметь несколько спонсоров.
С другой стороны, и Сеул, и Вашингтон сейчас, в общем, потихоньку отказываются от былой риторики и явно стремятся к тому, чтобы наладить отношения с Пхеньяном. Показательно недавнее решение США опять – после немалого перерыва – направить в КНДР гуманитарную помощь, якобы в связи с недавними «катастрофическими» наводнениями.
И вот здесь и может найтись место для России. Именно в силу того, что Россия относительно мало заинтересована в КНДР, она не вызывает у руководства Северной Кореи особых опасений. Понятно, что Китай, который сейчас контролирует почти 60% всего товарооборота Северной Кореи, может решить использовать своё влияние для того, чтобы продавить решения, мало приемлемые для Маршала Кима (и его сына-наследника Генерала Кима). Россия является идеальным посредником. Нельзя сказать, чтобы ей совсем уж доверяют в Пхеньяне, Пекине и Вашингтоне, однако из всех великих держав именно Россия является наименее неприемлемой в качестве посредника.
Не случайно в состав делегации включён Ким Ян-гон, который в северокорейском руководстве курирует отношения с Сеулом. Скорее всего, именно он будет разговаривать о том, что может сделать Россия в качестве посредника между двумя Кореями. Сделать, в принципе, можно многое – вплоть до организации межкорейского саммита на российской территории.
Так что главной темой переговоров в Улан-Удэ станут, скорее всего, те условия, на которых КНДР согласится вернуться к более нормальному взаимодействию с соседями. Трудно сказать, насколько эти уговоры возымеют действие, однако есть некоторые шансы на то, что Россия сможет сыграть роль посредника (а в случае неудачи – хотя бы набрать дипломатические очки, которые пригодятся в дальнейшем).
Будут, конечно, обсуждаться и экономические проблемы. Об этом говорит, например, присутствие в составе делегации Чан Сон-тхэка, который не только считается потенциальным наставником северокорейского наследника – молодого генерала Кима, но и курирует в ЦК вопросы внешней торговли. Вошли в состав делегации и несколько отраслевых министров.
Помощи Россия Северной Корее давно уже не предоставляет: на протяжении 1995–2009 гг. Северная Корея получила 12,3 млн тонн продовольственной помощи – чуть меньше миллиона тон в год. Больше всего помощи предоставила Южная Корея – 3,2 млн тонн (26% всех поставок). На втором месте находится Китай (3,0 млн тонн или 24%), на третьем – США (2,4 млн тонн или 19%). Россия же за эти полтора десятилетия отгрузила помощи 0,05 млн тонн, то есть почти в 50 раз меньше, чем США, и в 60 раз меньше, чем Китай. Впрочем, стыдиться этой, так сказать, скупости, не следует: на протяжении десятилетий именно Россия была основным спонсором Пхеньяна, пора и честь знать.
Микроскопические объёмы товарооборота вызваны в первую очередь тем, что для российского бизнеса Северная Корея малоинтересна, а платить за российские товары ей нечем. Однако у КНДР есть важное преимущество – географическое расположение. Она закрывает дорогу к своей процветающей соседке – Корее Южной, поэтому уже давно идут разговоры о транспортных проектах, которые бы позволили использовать территорию КНДР в качестве естественного моста, соединяющего богатый (и более чем платёжеспособный) корейский Юг с Россией и шире – евразийским континентом.
Таких транспортных проектов три: проект соединения железных дорог Южной и Северной Кореи с Транссибом, проект строительства газопровода, который бы проходил по территории КНДР и обеспечивал бы поставки российского природного газа на Юг, и сходный проект поставок электроэнергии в Южную Корею по специально построенной ЛЭП. Разговоры об этих проектах идут давно, больше десятилетия, однако особого прогресса как-то не наблюдается. Причина понятна: оба проекта требуют многомиллиардных инвестиций, и российские компании не очень готовы делать такие инвестиции в хронически нестабильном регионе.
Не исключено, что по итогам переговоров будут сделаны какие-то заявления по транскорейским проектам. Однако эти заявления не следует принимать слишком уж всерьёз: в нынешней ситуации слишком велика вероятность того, что российские инвесторы окажутся заложниками политических амбиций Пхеньяна, Сеула и Вашингтона, и что проекты окажутся замороженными в результате очередного политического кризиса с печальными финансовыми последствиями для российской стороны.
Так что, скорее всего, с большими проектами дело опять ограничится заявлениями. А вот у проектов малых есть немалые шансы на успех. В России уже полвека работают северокорейские лесорубы и строители, их переводы на родину вносят немалый вклад в скромный бюджет КНДР. Скорее всего, это сотрудничество будет продолжено – в состав северокорейской делегации вошел секретарь граничащей с Россией провинции Сев.Хамгён, который по должности курирует приграничное сотрудничество.
Приезд Маршала Кима, как уже видно, вызвал немало издевательских комментариев в российской прессе. Однако комментарии эти не слишком обоснованны. Россия и КНДР – соседи, а с соседями следует поддерживать нормальные отношения, иногда – помогать им в решении проблем. Соседи могут быть странными, нелепыми, даже неприятными – спора нет. Однако они, в любом случае, соседи. Разумная политика определяется, не в последнюю очередь, географией, а изменить географию – не в наших силах.
видео
Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети:
ВКонтакте или
Facebook.
RSS
3
экспорт в блог
Будут, конечно, обсуждаться и экономические проблемы. Об этом говорит, например, присутствие в составе делегации Чан Сон-тхэка, который не только считается потенциальным наставником северокорейского наследника – молодого генерала Кима, но и курирует в ЦК вопросы внешней торговли. Вошли в состав делегации и несколько отраслевых министров.
Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети:
