Когда Ким Чен Ир последует за Каддафи

Печальный конец полковника Кадаффи, равно как и иные события «арабской весны», вызвали немало вопросов о том, какая судьба ждет остальных диктаторов, имевших несчастье привлечь к себе слишком много внимания международных СМИ. Понятно, что Великий Руководитель Маршал Ким Чен Ир занимает в этом списке первую позицию. Может ли в Пхеньяне повториться то, что случилось в Каире и Триполи? И еще интереснее: будут ли северокорейцы сражаться за Кима II (или его сына Кима III) или же, наоборот, с энтузиазмом займутся опрокидыванием их многочисленных статуй?

СЛАГАЕМЫЕ РЕВОЛЮЦИИ

Для начала следует успокоить обожателей династии Кимов и огорчить их недоброжелателей: на настоящий момент ситуация в КНДР стабильна – и скорее всего, останется стабильной в ближайшие годы. Трудно спорить с тем, что революции имеют свойство случаться неожиданно. Однако для того, чтобы дело дошло до революции, необходимы некоторые условия.

Народ должен быть, во-первых, недоволен своим положением. Во-вторых, верить в существование некой лучшей альтернативы. В-третьих, иметь хоть какую-то базовую организацию. Власти же должны испытывать неуверенность в собственном праве управлять страной и тихо подумывать о переменах – ничто так не способствует революции, как запоздалые реформы.
 
Доволен ли северокорейский народ своим положением? Вопрос спорный, но в любом случае недовольные хранят свое недовольство при себе. В Северной Корее нет ни диссидентов, но вольномыслящих адвокатов, ни фрондирующих профессоров, ни прочей публики, с которой обычно начинается общественное брожение, а потом – и революция.

Официально считается, что Северная Корея управляется гениальными руководителями, талант и мудрость которых вообще не имеет параллелей в мировой истории, и которые в принципе не могут совершать ошибок. То обстоятельство, что эти гении руководства происходят из одной семьи, считается как бы случайным. Система в целом не нуждается в изменениях, а если изменения все-таки необходимы, об этом должен сказать Великий Руководитель, и никто иной. Проблемы, если они вообще существуют, – это исключительно результат стихийных бедствий и происков врагов.

Выражать сомнения в этой схеме смертельно опасно. На протяжении десятилетий политическое инакомыслие  каралось решительно и жестко, причем это относилось к самым безобидным формам недовольства, многие из которых не вызывали бы никаких проблем в СССР времен Брежнева. Высказавший неправильное мнение северокореец просто исчезал. Ближайшие родственники смутьяна (те, кто был прописан по тому же адресу) также отправлялись в лагерь для членов семей политических преступников. Там они и находились либо до смерти виновника их несчастий, либо до его освобождения.

Сейчас принцип семейной ответственности стал применяться в ограниченных масштабах, да и размах репрессий в целом заметно снизился. Однако за несколько десятилетий подобной политики северокорейцы твердо усвоили: умничать на политические темы не рекомендуется.

Не видят северокорейцы пока и привлекательной альтернативы своему нынешнему существованию. Распад социалистического лагеря был не в последнюю очередь вызван тем, что население «стран социалистического содружества» хорошо знало о процветании западных соседей и полагало (иногда с основанием, иногда без), что единственным препятствием на пути их стран к такому же процветанию является коммунистическая система.

В КНДР ничего подобного не наблюдается. Соседи КНДР – капиталистическая Южная Корея и де-факто (ультра) капиталистический Китай, спору нет, процветают, но слухи об этом процветании стали распространяться лишь в последние 10–15 лет. До этого информация о внешнем мире в КНДР почти не попадала, о чем неустанно заботились власти. КНДР была и, формально, остается страной, в которой владение радиоприемником со свободной настройкой является уголовно наказуемым деянием, и в которой вся иностранная нетехническая литература поступает на спецхранение. Доступ к интернету существует только в особо важных государственных учреждениях и иностранных представительствах, а немногочисленные иностранцы находятся под постоянным контролем и общаются только с теми, с кем положено.

КИТАЙСКИЙ ВАРИАНТ

Платой за сохранение политической стабильности оказалась экономическая стагнация. Страна, которая полвека назад была самой развитой в континентальной Восточной Азии, сейчас стала беднейшим государством региона, с ВВП на душу населения примерно соответствующим Гане и Мозамбику (это – по оптимистическим оценкам).

На первый взгляд, экономические проблемы Северной Кореи имеют простое и проверенное решение – реформы китайского образца, то есть постепенный переход к рыночной экономике при сохранении авторитарного режима и декоративной коммунистической риторики. Это решение великолепно сработало в Китае и Вьетнаме, но для КНДР оно, увы, неприемлемо. Причина – раздел страны и беспрецедентный экономический успех некогда аграрного и отсталого Юга.

Если верить оптимистам, то разрыв в среднедушевом доходе между двумя корейскими государствами является 15-кратным, а пессимисты считают что этот разрыв, скорее, 40-кратный. Реформы китайского образца неизбежно приведут к ослаблению контроля над населением и к распространению информации о внешнем мире, в первую очередь – о Южной Корее. Ее превосходство и на деле является подавляющим, а уж в рассказах и сплетнях Южная Корея неизбежно предстанет северокорейцам воплощением рая в самом буквальном смысле слова. Вспомните, что говорили о «Западе» и прочем «цивилизованном мире» в СССР семидесятых–восьмидесятых.

В Китае распространение информации о процветании США или, скажем, Японии не становится политической проблемой, так как в данном случае речь идет о процветании других стран, населенных представителями других наций. В Северной Корее распространение сведений о процветании Юга нанесет смертельный удар по внутриполитической стабильности.

Северокорейцы решат (не без некоторых оснований), что на протяжении десятилетий режим вел их по ложному пути. Кроме того, они, скорее всего, уверуют в то, что в случае объединения с Югом они немедленно достигнут южнокорейского уровня жизни (что им, понятно, не светит).

Таким образом, попытка реформ приведет не к экономическому рывку, а к политическому кризису, за которым последует коллапс северокорейской государственности и поглощение страны Югом. Рядовой северокореец от такого поворота событий в целом выиграет – хотя и человека с пхеньянской улицы будет ждать немало пренеприятных проблем. Однако для северокорейской элиты такой сценарий абсолютно неприемлем.

В отличие от своих китайских и восточноевропейских коллег северокорейские управленцы и идеологи не могут в одночасье объявить себя демократами и сторонниками рынка, а потом использовать свои связи, опыт и контроль над госсобственностью, чтобы сохранить доминирующие позиции и при новой системе. В случае объединения страны политический контроль окажется в руках южан, и нынешней северокорейской элите не светит ничего хорошего, а самую ее верхушку может ожидать судьба Кадаффи и его семьи. Таким образом, сохранение нынешнего режима для них – вопрос политического и даже физического выживания, а единственным условием этого является отказ от любых перемен.

ДАЛЕКИЙ, НО КРОВАВЫЙ КРАХ

Но все это не означает, что северокорейский режим будет существовать вечно. В последние годы ситуация в КНДР улучшилась, там даже наблюдается небольшой экономический рост, но темпы его совершенно недостаточны, и в результате разрыв между Северной Кореей и ее соседями продолжает увеличиваться. Скорее всего, будет расти он и в будущем.

Вдобавок, правительству все труднее сохранять изоляцию страны. На протяженной и плохо охраняемой границе с Китаем процветает контрабанда и отходничество. Побывавшие в Китае торговцы и гастарбайтеры не только говорят о невероятных успехах Китая, но и передают те истории о процветании Южной Кореи, которые им рассказали этнические корейцы из Китая (китайские корейцы в огромных количествах ездят в Сеул на заработки). 

Из Китая в КНДР попадают диски с фильмами и программами южнокорейского телевидения, а также запрещенные радиоприемники со свободной настройкой. В результате, сведения о невероятном – по северокорейским меркам – процветании Юга постепенно распространяются по стране, и сделать с этим правительство почти ничего не может.
 
Последние полтора–два десятилетия также стали временем ползучей либерализации северокорейского правоприменения. Сажают при Ким Чен Ире меньше, чем при его отце, и страх перед властью постепенно ослабевает. Немалую роль тут играет и коррупция – от неприятностей сейчас можно при желании откупиться, хотя во многих случаях послабления явно направляются сверху.

Все эти процессы идут медленно, но они постепенно подтачивают стабильность в стране, так что в долгосрочной перспективе режим семьи Ким обречен. Теоретически (да и то не наверняка) его может спасти только радикальное улучшение экономической ситуации, однако вероятность такого поворота событий исчезающе мала.

Трудно сказать, что может привести к кризису – до которого, повторяю, еще далеко (скорее всего). Толчком может стать и столкновение с полицией на рынке (по тунисскому образцу), и неудачный переворот, и серьезная свара в верхах. Но когда дело дойдет до кризиса, северокорейская революция вряд ли будет бархатной и бескровной.

Большинство населения, скорее всего, будет мечтать о молочных реках и кисельных берегах, которые, дескать, ждут  их после объединения. Однако значительная часть северокорейцев воспримет падение режима как смертельную угрозу собственному существованию. Речь идет не только о немногочисленном высшем слое, об окружении Великого Руководителя, но и о сотнях тысяч человек – работниках партийного аппарата, спецслужб, полиции. Эти люди составляют меньшинство населения, однако их не так мало, причем они образованны, организованы, имеют доступ к оружию и умеют им пользоваться. А значит, у режима есть сторонники, готовые к борьбе, и едва ли они сдадутся без боя – отступать им, действительно, некуда.
 
Так что в ближайшем будущем неприятностей в Северной Корее ждать не приходится, но вот долгосрочные перспективы, увы, совсем не радужные. Потому что простого и удовлетворяющего всех решения у северокорейской проблемы нет.

Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети: ВКонтакте или Facebook.