Президент новый – проблемы те же

Вопрос о том, какими станут отношения Варшавы с восточными соседями после избрания главой республики Бронислава Коморовского, вполне закономерен. Однако чтобы ответить на него, нужно учесть два важных фактора.

Во-первых, важно соотношение ролей президента и премьера в польской внешней политике. Согласно ч.3 ст.133 Конституции Польской Республики президент в сфере внешней политики взаимодействует с премьером и главой МИДа. А согласно ч.4 ст.146 Конституции «общее руководство в области отношений с другими государствами» находится и в сфере компетенции Совета министров. Поэтому, скорее, стоит говорить о том, какой будет внешняя политика Варшавы при «тандеме» Коморовского и Туска.

А во-вторых, стоит учесть ситуацию в самом регионе в целом и, в частности, в Белоруссии, Украине и России.

Скорее всего, наиболее сложными останутся отношения Польши с Белоруссией. В ходе предвыборных теледебатов со своим соперником Ярославом Качиньским Коморовский призвал расширить поддержку неправительственных организаций, действующих на белорусской территории, не ограничиваясь одним лишь «Союзом поляков Беларуси». Такая политика наверняка вызовет неприятие Минска. 

Собственно говоря, белорусско-польские отношения заключены в своеобразный треугольник противоречий. Во-первых, польские политики не могут забыть об исторической роли их государства в Восточной Европе. Естественно, Варшава и сейчас пытается играть активную роль в восточноевропейской политике. В частности, Польша оказалась в числе инициаторов программы «Восточное партнерство». Поляки также играют заметную роль в европейских структурах, отвечающих за восточноевропейскую политику. Например, глава делегации Европарламента по связям с Белоруссией – гражданин Польши Яцек Протасевич. Минск в последнее время и сам пытается активно сближаться с ЕС, но в этом смысле ему гораздо выгоднее работать с наиболее влиятельными державами Европы. 

Во-вторых, Варшава традиционно считает себя покровительницей польских общин в зарубежных странах («помощь полякам, проживающим за границей, в сохранении их связей с народным культурным наследием» специально оговаривается в ч.2 ст. 6 Конституции республики), а также тесно связана со структурами католической церкви, действующими на постсоветском пространстве. По имеющимся данным, в Белоруссии проживает около 400 000 этнических поляков. Польские СМИ иногда оценивают их численность более чем в миллион человек, но в этом случае вместе с поляками обычно считают белорусских католиков.

Не стоит забывать, что Польша также – важный поставщик кадров для католического духовенства в Белоруссии. Этноконфессиональный фактор уже провоцировал немало конфликтов между Польшей и Беларусью, прежде всего – вокруг непризнанного официальным Минском «Союза поляков Беларуси», после произошедшей в июне отставки Анжелики Борис с поста председателя СПБ (ее место заняла Анжелика Орехво). Лояльный белорусским властям Союз поляков, как известно, не признается в качестве партнера уже Варшавой.

В-третьих, это экономические отношения двух стран. Перманентные экономические конфликты с Москвой, конечно, могут подтолкнуть белорусское руководство к определенным шагам по сближению с Варшавой – хотя бы для использования возможностей польских морских портов. Однако в Минске наверняка понимают: у Москвы много способов оказывать давление на Беларусь извне (это демонстрируют те же «энергетические войны»), но мало возможностей воздействовать на республику изнутри. А вот у Польши – благодаря польской общине и католической миссии – таких возможностей несколько больше. Минск будет этого опасаться, что может провоцировать новые конфликты с Варшавой. 

Определенные разногласия могут возникнуть при взаимоотношениях Варшавы и Киева. С одной стороны, позиция команды Виктора Януковича по ряду культурно-исторических вопросов (противодействие возвеличиванию Степана Бандеры и т.д.) оказывается ближе Варшаве, чем позиция Виктора Ющенко. С другой, польские издания уже высказывали опасения, что при Викторе Януковиче сократятся возможности по поддержке извне (в том числе из Польши) украинских неправительственных организаций. Так что и при более-менее доброжелательном настрое польского руководства это может провоцировать новые трения. 

Что касается России, то позиция однопартийца Коморовского по «Гражданской платформе» Дональда Туска показывает, что отношения Варшавы и Москвы будут строиться на более рациональной основе. Недавние переговоры польской стороны с «Газпромом» о тарифах на транзит газа в страны Европы показали, что Варшава готова идти даже на определенные экономические уступки российской стороне. Однако пока сфер, в которых могло бы развиваться российско-польское сотрудничество, намечено не так уж много (вспомним содержание переговоров премьеров наших стран в ходе прошлогоднего визита Владимира Путина в Польшу). А это значит, что в ближайшем будущем определенные противоречия в российско-польских отношениях останутся, а вот чтобы наладить сотрудничество друг с другом, нашим государствам нужно будет предпринять немало усилий. 

Таким образом, в ближайшей перспективе наиболее сложными останутся отношения Польши и Белоруссии (что не исключает тактических шагов Варшавы и Минска навстречу друг другу). Но и в отношениях польского руководства с Украиной и Россией по-прежнему возможны проблемные точки.