Почему российские и украинские лидеры не могут понять намерений друг друга

Завтра украинский президент Виктор Янукович прибывает в российскую столицу для переговоров со своим коллегой Дмитрием Медведевым и – как стало известно за пару дней до визита – с российским премьер-министром Владимиром Путиным.

Уже сам формат переговоров – Янукович против тандема – исключает даже теоретическую возможность мнимых разногласий между Медведевым и Путиным по украинскому вопросу. Более того, украинскому президенту дают понять, что российское руководство едино, когда речь идет об отношениях с Киевом. Что это не Медведеву и Путину нужно идти на компромиссы, а Януковичу нужно определяться и отказаться, наконец, от своих европейских иллюзий.

Жесткое «я с ним поговорю», брошенное Путиным относительно очередного отказа Януковича присоединиться к Таможенному союзу, не сулит украинскому президенту ничего хорошего. На него будут давить, не церемонясь и не интересуясь его самооценкой. А он будет отбиваться, забыв о своих пророссийских лозунгах и недавней личной дружбе с собеседниками.

Конечно, на встрече будет не только это, а и то, о чем мы никогда не узнаем: попытки взаимного подкупа, обмена активами, которые сегодня принадлежат людям, и не помышляющим, что их собственность отберут во имя братской дружбы.

Но вряд ли результат будет достигнут – слишком уж велики противоречия. И неслучайно уже даже официальные лица в Киеве призывают не ожидать сенсаций от московской поездки Януковича и заявляют, что разговор вообще может пойти не о газе.

В самом деле, не газом же единым наполнены российско-украинские отношения...
Как могло получиться, что российский и украинский президенты, еще недавно уверявшие, что сделают всё для улучшения двусторонних отношений, встречавшиеся чуть ли не раз в две недели, договорившиеся о продлении срока базирования Черноморского флота в Крыму и убеждавшие мир в полном взаимопонимании, больше не хотят друг с другом разговаривать? Как могло произойти, что Дмитрий Медведев, не желавший отправлять посла к Виктору Ющенко и возглавлявший неформальный предвыборный штаб Виктора Януковича на выборах 2004 года, называет украинских руководителей «иждивенцами»? Как могло выйти, что Виктор Янукович, построивший две свои предвыборные кампании на обещаниях «улучшить и углубить» российско-украинские отношения, теперь готовится подавать на братскую страну в международный суд?

А как могло произойти иначе? Рассчитывать на иное развитие событий мог разве что тот, кто рассматривал российско-украинские отношения сквозь призму официальной мифологии и предвыборной пропаганды. Впрочем, иногда кажется, что из среды этих мечтателей были и сами руководители двух стран. В Москве были убеждены, что «пророссийский» Янукович во что бы то ни стало исправит все ошибки своих предшественников – хитроумного Кучмы и «проамериканского» Ющенко, решительно повернет на Восток, вступит в Таможенный союз и договорится с Россией о создании объединенной газовой компании.

В Киеве считали, что российские руководители так падки на интеграционную лесть, что стоит пропеть им несколько песенок о дружбе, заявить о своем отвращении к НАТО и согласиться с продлением сроков базирования Черноморского флота, как газовые цены снизятся сами собой!

Как все они ошибались, как не хотели видеть в партнерах жестких прагматиков. У российского руководства простая цель: продавать как можно больше газа и за как можно большие деньги. Белорусский опыт научил и Медведева, и Путина, что «спонсирование» клиента ни к чему не приводит: он клянется тебе в любви и дружбе, но не спешит делиться предприятиями, а при первой же возможности норовить сбежать на Запад вместе со всем добром.

Времена, когда для извлечения дополнительной прибыли «Газпрому» и его начальникам требовались посредники, давно прошли – и в связи с подорожанием центральноазиатского газа, и в связи с общим изменением энергетической конъюнктуры. Произошло это как раз тогда, когда команда Януковича находилась в оппозиции, а по газу в Москву ездила договариваться Юлия Тимошенко. Но, если призадуматься, ее эта смена настроений вполне устраивала. Ведь для Тимошенко принципиально важно было убрать с рынка газа посредническую структуру «РосУкрЭнерго», возглавляемую ее недоброжелателем Дмитрием Фирташем. (Сейчас украинские журналисты причисляют к этой неформальной группе, помимо самого Фирташа, главу президентской администрации Сергея Левочкина, министра энергетики Юрия Бойко и руководителя Службы безопасности Украины олигарха Валерия Хорошковского). Фирташ имел неплохие позиции и в окружении Януковича, и в секретариате тогдашнего президента Ющенко – и в сохранении его позиций Тимошенко видела одну из главных угроз для своей победы на президентских выборах 2010 года. А тут все так замечательно складывалось – и изгнание Фирташа, и скидка на газ как раз до выборов главы государства...

Проблема Януковича оказалась как раз в том, что он воспринял объективную реальность исключительно в качестве козней Тимошенко и решил, что с ним будут разговаривать иначе. Фирташ, прикупивший себе по случаю победы соратника почти всю украинскую химию, похоже, считал так же – иначе не тратился бы. Но, оказавшись хозяевами украинской власти, энергетики и химии, группа РУЭ оказалась у разбитого корыта: цена на газ только растет, посредника на рынок никто возвращать не собирается, бюджет трещит по швам, химия, того  и гляди, станет убыточной. План по обмену обещаний на деньги не сработал! Как, впрочем, не оправдались и российские надежды на большую любовь Януковича к соседней стране. И это взаимное разочарование и породило конфликт, который из газового стремительно перерастает в настоящее противостояние элит двух стран.

Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети: ВКонтакте или Facebook.