Отберите меч у Хатоямы
Как японский премьер потерял лицо и почему он должен жить дальше
Скопируйте код в ваш блог. Форма будет выглядеть вот так:
Не каждый день подают в отставку знакомые премьер-министры Японии. А мой знакомый, премьер Юкио Хатояма (разговор с ним можно прочитать здесь) продержался премьером восемь месяцев. Для Японии, где средний срок жизни кабинета год,– невелик смех, не мал и грех. Для революционера, который пришел изменить всю политическую сцену в Японии, – и грех не мал, и полное посмешище. Хатояма ведь не просто премьер, а первый за полвека премьер от победившей на выборах оппозиционной партии. Обещал добиться равноправных отношений с Америкой, а американцы публично поставили его на место. Смех великий. Подайте шпагу мне. Это короткая версия моего поста, а кто хочет подробностей, может читать дальше.
НУ НЕ ШМОГЛА Я
Хатояма обещал покончить с японской однопартийностью, полувековым правлением Либерально-демократической партии, разогнать старую правящую тусовку – партийных князей-хабацу с политической челядью, которые полвека сидели во власти и даже консервативным японцам надоели, как свита Пугачевой на «Голубом огоньке».
Повод, по которому Хатояма ушел в отставку, нашему человеку не вполне понятен. Ну, обещал закрыть американскую военную базу на Окинаве, ну, не закрыл. Так ведь понятно, что эти если где загнездятся, их оттуда никакой жженой резиной не выкуришь. Такое гнездо может разорить только очень скверный мальчишка. За последнее время это удалось только Исламу Каримову. Слава сомнительная.
Обещал трудновыполнимое и не сделал. Мы бы поняли. Нам удвоение ВВП обещали, мировой финансовый центр в Москве, безвизовый режим с ЕС, рубль – мировую резервную валюту, как червонец золотой сияющий. И пока не дали. Мы понимаем, что трудно, и не ропщем: ждем, надеемся. А для японца Хатоямы – потеря лица. Хорошо, хоть сеппуку себе не сделал. С японскими политиками бывает.
Восточному европейцу (или русскому западнику) тоже не понять. Американская база – это же хорошо! Рядом – гигантский коммунистический Китай, больная на всю голову Северная Корея, в Южной Корее Японию до сих пор ненавидят и территориально спорят с ней из-за острова. Наконец, рядом – страшная Россия, с которой не подписан мирный договор и тоже спор из-за островов. В Восточной Европе или в Грузии медом мажут разные места, чтобы приманить туда американскую базу, а лучше две. А эти гонят. Счастья своего не видят, самураи зажравшиеся.
И западному европейцу непонятно. Япония во Второй мировой выбрала неправильную сторону, была союзником Гитлера и проиграла. Теперь получайте американскую базу и распишитесь. Терпеть базу – часть покаяния за былой милитаризм.
Хатояму тут поймут, пожалуй, только французы, которые, сохраняя принадлежность к капиталистическому миру, при Де Голле занимались изгнанием иностранных военных из Франции, а Франции – из НАТО.
СПРОС НА ВЕЛИКУЮ ЯПОНИЮ
Те, кто знал Хатояму до избрания, понимали, что этого от него и следует ждать. В интервью летом–осенью 2006-го, за три года до премьерства, он говорил мне: «Связь между Японией и США – важна. Но мы не должны каждый раз по каждому вопросу смотреть и ждать, что скажут американцы, чтобы потом говорить так же. Молчать, пока они не выскажутся. Достойна сожаления такая наша дипломатия. Нас просто не будут уважать в мире. Конкретный пример – Ирак. Мы должны были сказать, что это – несправедливая война. И там есть дело для Международного уголовного суда. Еще нам нужно выстроить отношения в Евразии. Мы понимаем, какой урон мы нанесли нашим соседям во время войны. Мы гораздо более открыто говорим на эту тему, чем ЛДПЯ. Мы хотим более прочных отношений с соседями. Наш премьер-министр не будет ходить в Ясукуни».
Оппозиции было невероятно трудно победить на выборах год назад. Японцы не любят перемен ради перемен. Европейцы и американцы время от времени меняют партии у власти просто так: им кажется правильным их чередовать без всякой серьезной на то причины. Японцы удивляются: зачем это? – катастроф нет, войны нет, работаем и живем нормально, они там тоже стараются. Последний раз всерьез власть там меняли после проигранной войны, и то оставили того же императора. Хирохито правил до 1989 года – представьте президента Гинденбурга, который управлял бы Германией до падения Берлинской стены. «В сущности, японский народ очень консервативен, – жаловался Хатояма. – Менять власть – для них значит менять свою жизнь».
Хатояма не просто чудил. Кроме потери лица, другая причина сегодняшней отставки Хатоямы — потеря рейтинга. После того, как стало ясно, что Хатояма не сможет изгнать базу с Окинавы, его рейтинг начал падать со скоростью ястреба, приметившего курицу на крестьянском дворе: c 72% в прошлом сентябре до 20% вчера – и тянул вниз рейтинг Демократической партии. А в июле – ответственные выборы в Палату советников, тамошний Сенат.
Кроме желания увидеть новые лица, в стране явно оформился спрос на Японию более великую и могучую – подтянувшую свой международный политический престиж поближе к ее мировому экономическому весу. Способов было два: один давно обсуждается в правых фракциях ЛДПЯ и среди патриотически настроенных граждан: отменить пацифистскую пятую статью конституции Японии, которая запрещает иметь армию. Но это напугало бы соседей, с которыми Хатояма положил дружить пуще прежних правительств. Другой путь – показать независимость от Америки. Хатояма выбрал его.
НАЙТИ ЛИЦО
Этот выбор заодно помогал Хатояме решить проблемы с идентичностью, которые есть у японской оппозиции. У консервативных однолюбов-японцев все, кто действительно хотел и умел делать карьеру, постепенно скопились в полвека правившей ЛДПЯ, а все, кто не хотел или не умел пробиться наверх истеблишмента, – в объединенной оппозиции – нынешней Демпартии, – которая тоже светила отраженным светом ЛДПЯ: ее предыдущий глава Ичиро Озава и сам Юкио Хатояма – два босса ЛДПЯ, из-за внутренних склок покинувшие ряды правящей партии. Японские Касьяновы, только без нашего идиотизма с обеих сторон баррикады. Ряды ее сторонников, объединенные лозунгом от противного: «мы – не-ЛДПЯ», – были столь же пестры и аморфны.
Хатояма сам признавал эту проблему: «На Западе семьи голосуют за ту или другую партию поколениями. Для нас отсутствие понятного единого избирателя – действительно проблема. Пока нашими избирателями были те, кто хотел послать предупреждение, сигнал недовольства ЛДПЯ».
В Демократической партии ясно понимали: это не они победили в прошлом году, это ЛДПЯ не выиграла. Нужно было срочно формировать собственный фундамент на основе понятной и отличной от ЛДПЯ программы. В Японии это особенно трудно: ведь там, где вокруг нового лозунга в Европе возникла бы новая партия, в Японии возникало новое течение внутри правящей партии, которая впитывала в себя все более-менее популярные идеи.
Одна из немногих идей – которую в ЛДПЯ высказывать практически не решались – вывод базы с Окинавы. Хатояма сделал ставку на нее, чтобы показать, на что способен, что он – не один из них, он новый, он другой, change возможен даже в Японии.
Победив, Хатояма взял в коалицию социалистов. Никакого практического резона это делать у него не было. На выборах в августе 2009 г. Демократическая партия Хатоямы получила 308 из 480 мест в нижней палате парламента и могла сформировать однопартийное правительство. Парламентских выборов японские социалисты никогда не выигрывали, но в лучшие годы получали по 150 мест и даже больше. Сейчас от ее былого величия ничего не осталось: 7 мест на выборах прошлого года. Но коалиция с карликами добавила Хатояме солидности и традиций. Все-таки Демпартия – это изначально партия раскольников и перебежчиков, и появилась она на свет в 1998 г. А у социалистов – проверенная десятилетиями политической борьбы четкая идеологическая платформа, и ни у кого не возникает вопросов, в чем ее отличие от ЛДПЯ.
Главный пункт программы социалистов уже много лет как раз и был – закрыть американскую базу на Окинаве, – и голоса для своих немногочисленных мандатов они получают там же. Даже не ясно, что они будут делать, если ее все-таки закроют.
Хатояма начал довольно решительно. 13 октября японское правительство вежливо, но твердо отказалось от дальнейшего участия в военной операции в Афганистане, несмотря на уговоры остаться со стороны США и Великобритании. Одновременно Хатояма начал укреплять отношения в Азии: обменялся визитами с Китаем, по обстановке дружественными как никогда прежде, сводил возможного китайского преемника на аудиенцию к императору, дал понять, что не против того, чтобы приехать в Нанкин, признать нанкинскую резню и извиниться (отношение к ней у официальной Японии долго было, примерно как у официальной Москвы к Катыни), съездил в тоже обиженную Южную Корею, начал продвигать идею создания Азиатской зоны свободной торговли к 2020 г.
В СВЕТЛОЕ ВЧЕРА
Хатояму как абсолютно новое лицо в политике сравнивают с Обамой, но Обама, которого республиканцы бранят пацифистом и пораженцем, в отношениях со своим японским двойником проявил твердость и базу с Окинавы убирать отказался. И вся Япония, и весь мир увидели, что Хатояма ничего с этим поделать не может. Для спроса не Великую Японию у него не нашлось реального предложения, только рекламные буклеты.
События разворачивались стремительно. 25 апреля на Окинаве собрался митинг в 100 000 человек с требованием убрать базу с острова, а не просто передвинуть ее подальше от города, как предлагают американцы. У окинавцев с базой свои счеты: в 1995 г. американский солдат изнасиловал 12-летнюю японку, в 2004 г. на головы жителям свалился американский вертолет. От базы – шум взлетающих самолетов, никакой экологии, и рабочие места, конечно, но Окинава – последний островок национальной гордости и антиимпериалистического движения, которое бушевало в 50-е и 60-е по всей Японии.
4 мая Хатояма приехал на остров и сказал, что будь его одного воля, он бы от базы камня на камне не оставил, но надо быть реалистами. 7 мая мэры трех северных городов Окинавы отклонили предложение Хатоямы о том, чтобы перенести базу на север острова, заявив что народ всего острова – за полный вывод базы, и их согласие означало бы предательство интересов всех островитян. 23 мая Хатояма еще раз приехал на Окинаву и в присутствии губернатора острова (противника базы) публично извинился за то, что не сможет сдержать предвыборного обещания и закрыть базу. «Вынужден сказать вам, что ваше решение печалит нас и его трудно принять», – ответил губернатор. Еще одна потеря лица. 28 мая США и Япония заявили, что договорились перенести базу на север острова из его центральной части. «Американо-японский союз остается необходимым не только для защиты Японии, но для мира, безопасности и процветания всего Азиастко-тихоокеанского региона», – сказано в заявлении. Таким образом, соглашение революционера Хатоямы практически ничем не отличалось от соглашения по базе между Бушем и правительством ЛДПЯ четырехлетней давности (В 2006 г. США и Япони договорились сократить число американских военных на 8000 (сейчас их 47 000) и перевести взлетно-посадочную полосу из Футенма возле столицы Окинавы в Наго на ее малолюдный север). И где же перемены? Где change? И стоило ли впервые за полвека выбирать оппозицию, чтобы получить тот же результат?
31 мая японские социалисты объявили, что покидают коалицию с Демократической партией и правительство Хатоямы. С их уходом Хатояма даже близко не потерял большинства в парламенте, зато какой стыд: партнеры публично обвинили его в обмане, в неисполнении обещаний и коалиционного соглашения. 1 июня Хатояма заявил, что не покинет пост премьера, несмотря на давление изнутри своей собственной партии, что ему нужно еще много сделать для Японии. 2 июня Хатояма на встрече с депутатами собственной партии принес извинения и подал в отставку вместе со своим бывшим начальником и тайным сёгуном (у нас сказали бы кардиналом) Ичиро Озавой.
Пока Демократическая партия остается у власти, но эксперимент Хатоямы с созданием в Японии двухпартийности западного образца проваливается на глазах.
Если Демпартия проиграет окончательно, японская политика снова будет напоминать республиканский Рим. Консулы менялись, но оставались старые политические семьи патрициев: каждая из семей обросла кругом зависимых политиков помельче и молодежи, начинающей свои карьеры под ее покровительством и благодаря ее связям. А те окружены сонмом своих должников и тех, кому они обещали помочь, когда поднимутся. За первым кругом клиентов – второй, за вторым третий, а в центре – босс, самый яркий и сильный на данный момент представитель патрицианского рода: Помпей-сан, Сципион-сан.
А «Единая Россия» и Компартия Китая будут говорить: смотрите, вот правит страной одна партия шестой десяток лет, и как хорошо живут! У Хатоямы в руках – политические судьбы не только Японии, но Китая, России, Вьетнама. Юкио, не сдавайся, рано делать сеппуку!
 Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети:
ВКонтакте или
Facebook.
|
 |