Новости Календарь

Как Украина создает вторую национальную идентичность

Как Украина создает вторую национальную идентичность Донецк. Фото: REUTERS / Gleb Garanich

Когда все происходящее в Донбассе завершится — ничего не закончится. Счетчик смертей не обнулить, личные воспоминания не вытравить. Портреты с черными лентами так и останутся на полках старых полированных шкафов. «А это, сынок, камуфляж твоего папы, он в нем сражался». За что? Какая разница — детские воспоминания самые сильные и всамделишные. Родные погибших будут мерить будущее прошлым, оно же станет определять настоящее. Время ничего не лечит — оно лишь возводит пережитое в категорию мифа. А отличительная особенность мифа в том, что фактами его рационализировать нельзя.

Первая же смерть перечеркивает любое рацио — отныне есть только «мы» и «они». Не важно, как обстояло все на самом деле — значение имеет лишь то, что люди об этом думают. Украина 23 года прожила без крови. Гибель людей из одного лагеря родила картинку будущего. Теперь на наших глазах рождается вторая.

Нацбилдинг в прямом эфире

Я помню ночь финального штурма Майдана. В это даже верилось с трудом, столь эпическим было все происходящее. Как в голливудском блокбастере: утром решающая попытка прорыва, затем контратака, уличные бои, отсечение самых боеспособных сотен, отход к последним баррикадам, час на капитуляцию, отказ от нее и затем — штурм. Пламя покрышек, сожженные бэтээры, редеющие отряды защитников. Не было никаких оснований думать, что они выстоят. А они продержались. Интернет-каналы показывали картинку на сотни миллионов долларов киносборов — если бы речь шла о постановочных съемках. Но это была реальность.

Прямо тогда в онлайне шло формирование нового украинского героического мифа. Те, кто в ту ночь не ушел с площади, в итоге займут в сознании украинцев место ребят, которые погибли под Крутами. Все, что прежде было в героическом пантеоне протестующих, обречено понемногу отойти на вторые позиции. Такое происходит слишком редко, чтобы от него можно было отмахнуться.

Спустя сутки была «Небесная сотня». Бегство Януковича. Аннексия Крыма. Донецк. Луганск. АТО. Гибель солдат. Война.

Последние полгода Украина ускоренным образом формирует свою собственную идентичность — с пантеоном мучеников, героев и предателей, с пониманием нормы, с границами допустимого и категорией «своих» и «чужих». Этого не было с момента обретения независимости — победа на «Евровидении» или успехи сборных сегодня забыты как второстепенное. На Майдане рождался тот самый национально-освободительный эпос, который служит фундаментом для становления любой нации. Причем речь даже не об этническом — «украинское» понемногу становится политическим и гражданским.

И если бы в тот момент все закончилось, то история пошла бы по другому пути. Но после бегства Януковича были Крым, Донбасс, добровольцы из России, сбитые вертолеты, убитые солдаты и их противники. Если бы не это, в стране так и остался бы один коллективный миф. А теперь их два.

Донбасс как Ольстер

Потому что прямо сейчас на наших глазах в Донбассе формируется контрмиф. Да, там с избытком хватает «диких гусей» из России, да, оружие поставляют через границу, да, без вмешательства извне регион не вспыхнул бы как спичка. Но все это не отменяет главного: в боях гибнут в том числе местные жители. В том числе — с оружием в руках.

На полках останутся портреты с черной лентой, в шкафах — недоношенная одежда, в чуланах — удочки и дачные сапоги. Останутся знакомые, родня, дети, племянники, родители. Не пытайтесь рассказать им о том, чем закончилась бы победа погибших — они не станут слушать. Прошлое крадет кусок их будущего — и они заполнят освободившийся вакуум своей картинкой реальности.

Для них, связанных с погибшими общим прошлым, происходящее тоже попадает в категорию героического. Миф не обязан быть математически точным — «бандеровцы», «хунта» и «фашисты» могут быть выдуманными, но они реальны для тех, кто с ними готов сражаться с оружием в руках.

Этот процесс не остановить — если Киев переломит ситуацию в свою пользу, сформированный миф о «сопротивлении неофашизму» никуда не уйдет. Советские десятилетия не смогли вытравить память об ОУН-УПА — и как только СССР канул в историю, мы увидели возрождение легенды. Точно так же, как в Чечне могут всплыть истории про старого и нового Шамиля, а в плеерах — зазвучать Тимур Муцураев. В этом особенность мифа: его можно притушить, но нельзя уничтожить. Особенно если его однажды полили кровью.

Любая война, тем более с применением авиации и бронетехники, рождает историю. Для сторонников унитарной Украины — одну: про войну с интервентами. Для части жителей Донбасса — другую, об утраченной (или преданной) победе. И бессмысленно будет объяснять, что Гиркин был иностранцем, Пономарев — сумасшедшим, а Губарев — фриком. Миф нельзя рационализировать — мы уже говорили.

Я пишу это лишь для того, чтобы повторить — кровь сакрализирует. Она родила Украину — из остатков УССР. Она родила украинцев — из разрозненного инертного населения. Во время гражданской войны Украинская народная республика и Западноукраинская народная республика просуществовали считаные месяцы, но это не помешало им прописаться в украинских учебниках истории. Почему мы думаем, что краткосрочность и карикатурность Донецкой и Луганской народных республик не станет базой для нового — пусть и чуждого остальной Украине — мифа?

Украинский цугцванг

Украина не может не сражаться за Донбасс. В противном случае она получит как минимум «палестину», как максимум — аналогичный сценарий еще и в южных областях. Но и победа не станет точкой в истории. Потому что не важно, какие именно мотивы толкнули людей на то, чтобы взять в руки оружие, — особенность войны в том, что с какого-то момента она самовоспроизводится. Ей уже не нужны громкие лозунги и светлые цели — бьются за себя и за того парня, за вчерашний разгром и за завтрашнюю победу.

В России принято считать, что Украина в разгаре гражданской. Украина уверена, что сражается с интервенцией. На самом же деле правда где-то посередине. Для пожара нужен источник пламени и дрова. И не важно, что спичка произведена не здесь — важнее, что дрова местные.

Ясно одно. Мира больше нет. Все ушли на войну. Война рождает миф победителей и миф побежденных. А потому победителям — по какую бы сторону баррикад они ни стояли — не стоит об этом забывать.

Предыдущий материал

Новый раунд «Большой игры»: от кого зависит будущее Украины сегодня

Следующий материал

«У вас национальная катастрофа, а у нас национальная травма»