Принцип «один язык – одна нация» – это какая-то особенная, исключительно восточноевропейская радость. Австрийцы спокойно разговаривают на немецком, американцы не беспокоятся за свой английский, и даже кубинцы не видят в испанском никакой угрозы для своей независимости. Но в Восточной Европе государственные образования отказываются считать себя полноценными, пока не добьются еще и лингвистического суверенитета, навязав своим гражданам какой-нибудь придуманный на ходу язык. Здесь можно пойти на любые внешнеполитические жертвы, вплоть до остановки интеграции в ЕС, как это сделала Черногория.
Всего пять лет назад черногорцы добивались независимости от Сербии именно для того, чтобы поскорее вступить в Евросоюз, не связываясь с проблемами Косова и Гааги. Но с тех пор страна так увлеклась строительством собственной национальной идентичности, что преимущества евроинтеграции на этом фоне сильно поблекли. Получив в конце прошлого года заветный статус кандидата в ЕС, руководство Черногории уже несколько месяцев не может реализовать ни одну из рекомендованных Брюсселем реформ – мешает проблема государственного языка. Просербские партии в парламенте отказываются поддерживать любые действия властей, пока те не согласятся предоставить сербскому языку статус второго государственного, наряду с черногорским. Но власти, естественно, к таким антипатриотическим компромиссам не готовы.
По степени надуманности этот конфликт намного превосходит аналогичный языковой спор на Украине. Все-таки украинский язык заметно отличается от русского, и есть немало людей, для которых именно этот язык – родной. В случае черногорского не выполняется ни одно из этих условий. Черногорского языка вообще никогда не существовало и не существует до сих пор, но это не мешает руководству страны активно насаждать его вместо сербского.
Во время первой независимости, до 1918 г. официальным, закрепленным в законодательстве языком Черногории был сербский. При социализме – сербохорватский, что, по сути, просто более этнически корректное название того же самого языка. Еще во время переписи 1991 г. более 80% жителей Черногории честно ответили переписчикам, что говорят на сербохорватском.
Но 90-е гг. некоторым жителям Черногории стало обидно, что их страна – единственная из всех республик бывшей Югославии оказалась без собственной нации и языка, поэтому они придумали и то, и другое. Уже в 2003 г., во время переписи в Черногории обнаружилась новая лингвистическая общность – носители черногорского языка. Правда, их было всего 22%, а абсолютное большинство населения (64%) продолжало говорить на сербском.
Такое соотношение не помешало властям, после получения независимости в 2006 г., записать в новой конституции страны, что черногорский теперь – единственный государственный язык. Получился такой режим лингвистического апартеида: единственным государственным был объявлен язык, на котором говорит абсолютное меньшинство населения страны – всего 22%.
Мало того, единственным государственным оказался язык, у которого на тот момент не было не только стандартизированной грамматики, но даже алфавита. Алфавит одобрили только летом 2009 г., хотя министерство образования и совет по стандартизации черногорского языка до сих пор спорят, сколько же, на самом деле, в черногорском языке букв. Пока доминирует версия, что 32. 30 – обычных сербских, и еще для разнообразия два новых значка, обозначающих мягкие ж и ш. Конечно, эти звуки можно выразить уже существующими в сербском буквами, но кому это интересно.
Стандартизированную грамматику черногорского языка одобрили еще позже – в июле 2010 г. Среди 13 членов профильного совета по образованию было всего 2 лингвиста, и оба голосовали против. Они утверждали, что принимаемая грамматика слишком архаизирована и почти вся – хорватская. Последнее неудивительно – ведь новую грамматику для черногорцев составили два профессора из Загреба.
Но возражения лингвистов пришлось проигнорировать. Страна и так уже больше трех лет жила без стандартизированной грамматики государственного языка. В результате, единственным серьезным отличием новой черногорской грамматики от старой, сербохорватской стало то, что при обозначении местоположения чего-либо используется не привычный любому славянскому уху предложный падеж, а почему-то винительный. То есть там, где серб скажет «u gradu» (в городе), свидомый черногорец должен теперь говорить «u grad», не добавляя никаких окончаний. Так бывает, когда малограмотный провинциальный диалект превращают в литературную норму.
Алфавит есть, грамматика тоже, пора приниматься за школы. Этим летом власти Черногории решили, что с ближайшего 1 сентября в черногорских школах начнут преподавать по-черногорски. До этого язык преподавания в школах не уточнялся, а уроки сербского назывались уклончиво – «родная речь», чтобы каждый ученик (и его родители) мог тешить себя иллюзией, что изучает именно тот язык, который ему хочется. Хоть черногорский, хоть сербский, а может даже боснийский или хорватский.
Но вот, 15 августа должны выйти из печати первые учебники черногорского языка, и «родную речь» в школах отменят. На ее место придут уроки черногорского языка. На кадровый состав преподавателей это никак не повлияет. В министерстве образования уверены, что черногорские учителя словесности достаточно квалифицированы, чтобы быстро перестроиться под новый стандарт. А чтобы перестраиваться было еще легче, летом для учителей организовали специальный семинар. За 180 минут их переквалифицировали из учителей сербского в учителей черногорского.
К сожалению, такой удивительной книжки, как черногорско-сербский словарь пока не издано. Словарь обещает быть очень практичным, потому что его можно будет одновременно использовать также как сербско-черногорский.
Лидеры сербской общины, которая, несмотря на государственную пропаганду черногорства, по-прежнему составляет треть населения страны, возмущены такими лингвистическими реформами и требуют, чтобы их сербским детям дали возможность получать образование по-сербски. А то учебники черногорского языка в школах появились, а сербского – нет. Есть, правда, учебники «родной речи», но черногорские власти никогда не признают, что все эти годы под «родной речью» скрывался имперский сербский.
Однако самым замечательным стало обещание министра образования Черногории, что в полном соответствии со стандартами Евросоюза все лингвистические меньшинства смогут получать школьное образование на родном языке. Реализация этого обещания станет серьезным вызовом для черногорского бюджета, потому что по данным последней переписи населения, состоявшейся этой весной, надуманных языковых меньшинств в Черногории – завались.
Черногорский считают родным языком всего 37% населения страны. 43% назвали родным сербский (кому-то это может показаться похожим на большинство, но только не руководству Черногории). 6% говорят на боснийском, 2% – по старинке на сербохорватском, 0,5% – на хорватском. Всем им по европейским стандартам придется создавать отдельные школы, где будут преподавать одно и то же, но под разными названиями. Радуют только те 0,5% жителей Черногории, которые во время переписи в графе родной язык так и написали – «родной язык». Для них хотя бы учебники уже есть.
Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети:
ВКонтакте или
Facebook.
Спасибо за статью. Всё сказанное, конечно, касается не только черногорской "элиты". Одно уточнение. Австрийцы – это не нация, а территориальное понятие (типа баварцев или пруссаков). Поэтому австрийские немцы могут говорить только по немецки. Лучше в вашем примере заменить австрийцев на немецкоговорящих швейцарцев.
Точно такая же история в Молдове, где говорят на румынском, а в конституции записан несуществующий "молдавский", исходя из дебильного тезиса – "раз страна называется Молдова, то и язык должен быть обязательно молдавским, хотя различий ровно столько-же, сколько между акающими и окаюшими говорами в России. Политика, однакою
А в Казахстане? Сплошное лицемерие со стороны государства. С одной стороны – организация ТС вместе с Россией и Беларуссией, с другой – постоянный прессинг по языковому признаку, в нарушение всех конституционных прав (прессинг именно – не русских, а русскоязычного населения). Пример: http://zakon.kz/page,1,10,227355-s-2013-goda-gosudarstvo-planiruet.h tml#show_comments – попытка исключить русский язык из всех сфер общения (культурной, деловой и т.д.) со стороны государства, несмотря на то, что на русском говорит порядка 80-85% населения страны, а полностью владеют казахским (язык титульной нации)- около 40%, при том, что казахов в стране, на 2010г., с населением 16,5 млн. – около 10,5 млн., русских – около 3,7 млн. (против 6,2 в 1989) – остальные – другие нации (татары, украинцы, корейцы, немцы, узбеки, уйгуры, чеченцы и прочие, простите если кого не написал),и это – только верхушка айсберга. При этом в Википедии (а она влияет на молодые умы)пишут, что настроения обобщенности и отъезда не воспринимаются никем всерьез! И те кто хотят уезжать из России (по причине – все плохо), и те, кто думают, что все плохо у русскоговорящих только в Украине и в Прибалтике – господи, поживите не с российским паспортом в Казахстане (или Узбекистане/Таджикистане/Киргизии – там правда еще жестче, в Каз-не все только начинается, но тенденции – один в один, как в этих трех странах). Разница в том, что в Каз-не это делается не под фашисткими лозунгами (как в Прибалтике или в шановной), а с ехидненькой восточной улыбочкой и "словами дружбы на устах" (помните – как в мультике про "Добрыню и Змей-Горыныча"?). Всяческие фестивали, создание ассамблеи дружбы народов – это всего лишь политические акции, не имеющие отношения к реальной жизни реальных людей. Вследствие этого сейчас происходит 3-я или 4-я массовая волна (уже путаюсь)отъезда русских. В основном, это поколение 80-х – те, кто еще не забыл о собственном достоинстве и гордости. И еще – о гордости от того, что нас учили педагоги Москвы и Санкт-Петербурга(и учили, думается, не напрасно). P.S. http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A0%D1%83%D1%81%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B5_ %D0%B2_%D0%9A%D0%B0%D0%B7%D0%B0%D1%85%D1%81%D1%82%D0%B0%D0%BD%D0%B5 – найди в этой статье минимум 5 лицемерных и противоречащих друг другу положений (юмор такой... ужасный мой)...