Когда я раньше наведывался в Пакистан по делам, то больше надеялся на надетые еще в самолете шальвар-камиз, на бороду и на свой ржавый урду, чем на многочисленные полицейские наряды на перекрестках Карачи или Лахора.
Американцы редко чувствовали себя в безопасности в Пакистане, их постреливали и побивали частенько. А в последнее время мои пакистанские знакомые, до этого скептически относившиеся к предупреждениям Госдепа, призывающих американских граждан в Пакистан не соваться, грустно говорили мне, что от поездки пока стоит воздержаться. Причем даже не из-за моего паспорта, а из-за цвета кожи и хоть и поредевших, но все-таки светлых волос.
Поэтому когда я прочитал полтора месяца назад, что 27 января на советника консульства США в Лахоре Рэймонда Дэвиса было совершено нападение, и в ходе стычки он застрелил двух злоумышленников, я как-то не особенно удивился: раз там так напряженно стало, то немудрено, что пугливые американцы начали возить в бардачке оружие (пешком они в Пакистане не передвигаются давно). А в начале февраля мне бывший коллега из Карачи пишет: «Ты в курсе, какая каша у нас заваривается? Если население Туниса и Египта поднялось против произвола своих диктаторов, то у нас закипает волна народного гнева от унижения, что Америка вытирает о Пакистан ноги!»
Пока в США история с Дэвисом проходила мелким шрифтом где-то на периферии газетных полос, в Пакистане по всей стране народ выходил на демонстрации и устраивал акции протеста. Народ там живет нелегко: с одной стороны, на него надвигается талибан, с другой – у него тлеет конфликт с Индией из-за Кашмира, а сверху на него сыпятся ракеты с американских беспилотников. Да и природа не забывает подбросить: тут землетрясение, там наводнение.
Но если периодические удары по «Аль-Каиде» с беспилотников и сопутствующие им потери среди мирного населения в приграничных районах вызывали гнев преимущественно среди жителей этих самых районов, то Дэвис всколыхнул всю страну, все слои и сословия, которые потребовали американца судить и США ни в коем случае не выдавать.
Что же в действительности натворил Дэвис? Что точно произошло 27 января в Мозанге, густонаселенном районе Лахора, мы, наверное, никогда и не узнаем. Со слов Дэвиса известно, что к находившемуся во взятой напрокат «Хонде» американцу у светофора пристали два вооруженных мотоциклиста и хотели его ограбить. Выстрелами из «Беретты» через лобовое стекло Дэвис уложил обоих, причем экспертиза потом нашла, что пули попали в них и спереди, и сзади. Дабы заручиться свидетельством, что он действовал в интересах самообороны, Дэвис вышел из машины и сфотографировал убитых на сотовый телефон. Толпа схватила его и удерживала до появления полиции. На помощь Дэвису пришли было три сотрудника ЦРУ, невесть как оказавшиеся рядом, но их консульский внедорожник сбил насмерть велосипедиста, и они поторопились с места происшествия исчезнуть. Саму машину и ее пассажиров американцы предоставить пакистанской полиции отказались, и, вероятно, уже через несколько часов ее водителя в стране не было.
У Дэвиса в машине были найден второй пистолет, три сотовых телефона, удостоверения технического и административного сотрудника сразу в трех разных местах (американском посольстве в Исламабаде, консульстве в Лахоре и консульства в Пешаваре), телескоп, контракт на работу в Пакистане годовой стоимостью в $200 000 и другие вещи, которые заставили пакистанские власти задуматься, чем же в их стране занимался 36-летний «технический и административный сотрудник». Дэвис сидел молча и ничего не рассказывал. «Вздернуть убийцу-шпиона!» – закипятились скорые на расправу широкие слои.
Американцы поначалу так растерялись, что заявили, что задержанный не является Раймондом Дэвисом, а потом отказались от самого факта такого заявления! Чуть придя в себя, они стали гнуть линию о его дипломатической неприкосновенности, хотя паспорт у Дэвиса был обыкновенный, и в списке американских дипломатов, поданном пакистанскому МИДу за два дня до инцидента, имя его не значилось. Но уже в новом списке, поданном два дня спустя, он был.
«Гнуть» – это еще слабо сказано: президент Обама потребовал в весьма суровых выражениях, чтобы «нашего дипломата» отпустили, а Госдеп утверждал (необоснованно), что Пакистан нарушает венскую конвенцию 1963 года по консульским отношениям и пригрозил отменой визита президента Зардари в Вашингтон в конце марта. Наконец, делегация Комитета по делам вооруженных сил Конгресса США намекнула премьер-министру Гилани, что предложенная Обамой в октябре 2010 года военная помощь в объеме более $2 млрд может зависнуть.
Именно это давление и приказной тон расшевелили пакистанцев на протесты, и, разумеется, только самые ленивые политики, будь они местного лахорского или провинциального пенджабского разлива, не попробовали выжать из создавшейся ситуации максимум очков в свою пользу. Федеральное правительство же оказалось между молотом и наковальней: с одной стороны, неприятную историю с гражданином влиятельного союзника надо было бы как можно быстрее замять, но создавать революционную ситуацию в стране, уступив американским требованиям, тоже было нежелательно. Президент Зардари попробовал перевести огонь на судебные органы провинции Пенджаб, а те все решали, не является ли совершенное преступление достаточно серьезным, чтобы дипломатическая неприкосновенность Дэвиса, которая официально так и не была признана, вообще не имела бы значения.
И без того непростые отношения в альянсе Пакистан–США периодически ухудшаются из-за столкновения стратегических интересов в Афганистане. Вашингтон хочет, чтобы Исламабад придавил афганские талибанске формирования, вольготно себя чувствующие в приграничных, пользующихся относительной автономией племенных районах Пакистана. Это бы облегчило американцам задачу скорейшего вывода войск из Афганистана. Но кое-кто в пакистанском правительстве сомневается в целесообразности такого подхода, прикидывая, что, когда американцы уйдут, неплохо было бы иметь этих ребят на своей стороне – на случай, если Дели начнет укреплять индийско-афганскую дружбу. Многие аналитики придерживаются мнения, что разразившийся в связи с казусом Дэвиса кризис стал не чем иным, как очередной колдобиной в отношениях двух стран, и все соглашаются, что более неудачного времени придумать было нельзя.
Между тем, начали всплывать новые обстоятельства. 21 февраля английская «Гардиан» раскопала то, о чем давно судачили простые пакистанские селяне: метко стреляющий бывший спецназовец Дэвис оказался агентом ЦРУ. Американская пресса призналась, что она была в курсе, но родное правительство попросило эту информацию попридержать «ради безопасности Дэвиса». То, что агент ЦРУ действует у них под носом без страха и упрека, сконфузило пакистанскую секретную службу «АйЭсАй», а как только на этом фоне просочилась информация, что убитые были агентами «АйЭсАй», заинтересовавшиеся звонками с сотового телефона Дэвиса в приграничные с Афганистаном племенные районы, то две организации оказались чуть ли не в состоянии войны.
Серьезность ситуации потребовала присутствия в Пакистане сенатора Джона Керри, которому было наказано без Дэвиса не возвращаться. А в американской «Красной звезде» – органе Министерства обороны США «Звезды и полосы» – появилась информация, что адмирал Майкл Муллен, председатель Объединенного комитета начальников штабов США, Дэвид Петреус, командующий международным контингентом войск в Афганистане, главком спецоперациями США адмирал Эрик Олсон и глава центкома США генерал Джеймс Маттисвстретились 23 февраля с двумя высокопоставленными пакистанскими генералами в Маскате. О чем они беседовали, не сообщалось, но в течение недели 30 подпольных агентов ЦРУ свернули свою деятельность в Пакистане, а еще 12 выехали из страны. «Перезагрузка» в отношениях секретных служб началась.
Не берусь утверждать, но похоже, что эти уступки и обещание ЦРУ потеснее сотрудничать с «АйЭсАй» на основании, как любит повторять президент Обама, «взаимных интересов и взаимного уважения», и сдвинуло дело с мертвой точки. В среду 16 марта Пакистан ждал, что Дэвису будет предъявлено обвинение в двойном убийстве, и вдруг – не тут-то было: Дэвиса отпустили!
Американские и пакистанские власти нашли выход, позволяющий им сохранить дипломатическое лицо: 18 родственников застреленных согласились после долгих уговоров на денежную компенсацию, так называемые «деньги за кровь». Этот метод разрешения межклановых раздоров, принятый в племенной среде на мусульманском Востоке от Йемена до Пакистана, позволяет положить конец продолжавшейся часто из поколения в поколения цепочке «кровь за кровь». Будучи частью свода законов шариата, «деньги за кровь» или «дийя» принимается гражданским судом в Пакистане как способ разрешения конфликтов. Каждый из родственников предстал перед судьей и заявил, что деньги получил и Дэвиса прощает, после чего суд снял с него обвинение в убийствах и освободил из-под стражи.
Для США было важно, что дипломатический иммунитет Дэвиса не был признан неправомочным ни в Верховном суде Пакистана, ни в лахорском суде. Случись это – и возник бы прецедент, по которому сотни американских секретных агентов по всему миру потеряли бы возможность юридического прикрытия, предоставляемого статусом «дипломата». Для Пакистана было важно показать, что не правительство Зардари прогнулось под указкой американцев, а родственники пострадавших и судебные инстанции, действующие в рамках законов страны, позволили Дэвису выйти на свободу.
Правда, народ Пакистана не повелся на эту уловку, протесты поднялись такие, что в пятницу 18 марта все дипломатические представительства США в стране были закрыты. «Деньги за кровь» получили не только родственники убитых; продали всю страну», сказал лидер «Джамаат-э-Ислами», крупнейшей в стране политической партии с религиозным окрасом.
Боюсь, что пакистанская половина истории еще не досказана. Вместе с Дэвисом из Пакистана исчезли и получившие $2,3 млн родственники: в Пакистане им едва ли бы дали пожить, чтобы успеть попользоваться новым богатством. По слухам, США собирается предоставить им вид на жительство. Госсекретарь Клинтон, поблагодарив родственников за проявленное великодушие, естественно, отвергла предположение, что деньги заплатили США. Горькая ирония произошедшего очевидна: для вызволения Дэвиса Америка ничтоже сумняшеся воспользовалась шариатом, о зле которого, как составной части мусульманского фундаментализма, она не устает твердить. Вот бы теперь России найти какой-нибудь затянутый паутиной доколумбовый кодекс, по которому можно было бы за Бута откупиться и его из Америки вызволить!
Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети:
ВКонтакте или
Facebook.
Михаил, основываю свое высказывание на настроениях в американском обществе, где нарастает страх перед теми или иными сторонами исламской культуры и жизни. На том, что Оклахома в ноябре 2010 проголосовала за закон, запрещающий принимать во внимание законы шариата при рассмотрении судебных дел. http://abcnews.go.com/US/Media/oklahoma-pass-laws-prohibiting-islamic- sharia-laws-apply/story?id=10908521 А месяц назад в Теннесси был предложен законопроект, предусматривающий до 15 лет тюрьмы за следование законам шариата www.wmctv.com/Global/story.asp?S=14163844 Несмотря на то, что оклахомский закон был заблокирован федеральным судьей, как антиконституционный (что вызвало волну нелестных отзывов о том, что деньги налогоплательщиков теперь оплачивают шариат), Алабама, Аризона, Арканзас, Флорида, Нью-Мексико еще 7 штатов провели похожие законопроекты, призванные защитить американцев от угрозы шариатских законов.
Спасибо за ответ. Я думал, что вы примерно так и ответите. Я ведь недаром сказал "на уровне федерального прав-ва", ибо в данном контексте истолковал термин "Америка" как именно как "органы центральной власти".
Надеюсь, вы согласитесь, что настойчивая пропаганда тезиса о том, что "шариат – это зло", исходящая от органов федеральной власти США – это дело будущего, которое, вообще говоря, может и не наступить? (Я надеюсь, что и не наступит.)
Как житель США, вы знаете, что социально-политическая система Америки допускает сосуществование довольно-таки различных взглядов. И то, что некий "удод" решил привлечь к свой персоне внимание (и поддержку своего электората), подготовив законопроект, на который вы сослались, еще не означает, что "_Америка_ воспользовалась шариатом".
У меня не было бы к вам никаких претензий, если бы вы привели именно этот факт (как вы сделали в посте), а не сделали бы довольно-таки широкое и далеко идущее обобщение. Хотя я понимаю ваши побуждения. Когда пишешь "на публику", "красное словцо" само с уст срывается...
Вас вообще читать интересно. Нормальная доза цинизма по отношению к амер. реалиям... Но вот раньше, как мне кажется, вы не допускали таких, не сказать передержек, но "неточных обобщений"...
Так и я понял что Вы меня спрашиваете :-) Это у меня удод вылетел, и обратно его не загонишь, тут правда Ваша. И я надеюсь, что такой документ в органах власти не циркулирует, а коли и циркулирует, то надежно засекречен, иначе резонанс пойдет посильнее, чем от сожжения Корана. Почему я вообще допускаю существование такого документа в той или иной форме? Потому что ислам это идеология не меньше, чем религия, и со многими, кто эту идеологию проповедует, у правительства Америки есть существенные расхождения, чем бы они не были продиктованы. А со своими идеологическими противниками Америка боролась и, думаю, будет бороться.
>коли и циркулирует, то надежно засекречен, иначе резонанс пойдет посильнее, чем от сожжения Корана.
Да он только в устной форме существует, да еще к тому же на языке навахо... Записан на невидимый диск, изготовленный по технологии, обнаруженной в обломках внеземного косм. корабля, разбившегося под Rosell, NM...
>ислам это идеология не меньше, чем религия,
Ну, любая религия – это, наверное, идеология. Да и ислам бывает разный. Суфические ордена подальше от Аравии не так уж воинственны. Или алевизм какой-нибудь...
RSS
6
экспорт в блог
Когда я раньше наведывался в Пакистан по делам, то больше надеялся на надетые еще в самолете шальвар-камиз, на бороду и на свой ржавый урду, чем на многочисленные полицейские наряды на перекрестках Карачи или Лахора.
Американские и пакистанские власти нашли выход, позволяющий им сохранить дипломатическое лицо: 18 родственников застреленных согласились после долгих уговоров на денежную компенсацию, так называемые «деньги за кровь». Этот метод разрешения межклановых раздоров, принятый в племенной среде на мусульманском Востоке от Йемена до Пакистана, позволяет положить конец продолжавшейся часто из поколения в поколения цепочке «кровь за кровь». Будучи частью свода законов шариата, «деньги за кровь» или «дийя» принимается гражданским судом в Пакистане как способ разрешения конфликтов. Каждый из родственников предстал перед судьей и заявил, что деньги получил и Дэвиса прощает, после чего 
Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети:
