Новости Календарь

Бородатая женщина в каждом из нас

Бородатая женщина в каждом из нас Кончита Вурст (Томас Нойвирт) во время выступления на «Евровидении-2014». Фото: Tobias Schwarz / Reuters

Ну вот, свершилось. Еще одна звонкая пощечина была нанесена отечественным охранителям морали и нравственности. «Бородатая женщина» из Австрии Кончита Вурст победила на «Евровидении» с песней «Rise like a Phoenix» («Возродиться как феникс»). А охранители, между прочим, еще в прошлом году, когда стало известно об участии Кончиты в конкурсе, требовали не допустить, поставить заслон, сказать решительное нет, бойкотировать, да и вообще отменить к чертовой матери трансляцию «Евровидения» в России. Видно, чуяло их сердце, что Кончита может победить.

Очевидный конец Европы

Спешно и суетливо попытались свести все к ржаке над «загнивающей Европой»: вот такое вот австрийское певцо. Ну а чего, собственно, еще от них ждать? Ценности позабыли, скрепы отодрали пассатижами и выкинули, полная деградация налицо. И как удачно и вовремя она воплотилась в конкретном лице Кончиты Вурст! Европа расписалась в своем окончательном падении. А мы че? Мы ниче. Тряпки жжем, смеемся.

Смеяться в данном случае, положим, не грешно. Сам сценический псевдоним Тома Нойвирта, откровенно намекающий на анатомический конец (Кончита Вурст, Кончита Сосиска), изначально располагает к смеху. Кончита прежде всего персонаж комический и карнавальный. Но у российской аудитории смех получается глумливый, с явной примесью страха и обиды. Искренне сокрушаются даже люди интеллигентные, образованные, много читающие и путешествующие. Им тоже почему-то от Кончиты горько. Российские СМИ нагоняют тумана. То гермафродитом бедную Кончиту обзовут, то напишут, что Том Нойвирт «стал женщиной в 2011 году». Все становится совсем уж страшно и запутанно. Хирургия, брат... Наши люди озадачены. Это ведь что получается? Великую страну развалили, национальную идентичность разрушили, религиозную налаживаем с большим трудом, а тут еще у нас из-под ног и половую вышибают? Нет жизни русскому человеку!

Ничего нового под солнцем

Начни отслеживать генеалогию трансвестизма – опустишься в такие глубокие и неожиданные омуты, что будет весьма удивительно. Тут вам и театр – древнегреческий, кабуки, английский времен Шекспира, где, как известно, женские роли играли мужчины. И стихия карнавала, меняющая социальные и гендерные роли на противоположные. В современной Европе действительно никого не напугаешь не то что мужчиной в женском платье на сцене, но и на улице, и за соседним столиком в ресторане. Негативных реакций в бытовом пространстве становится все меньше, и все чаще к трансвеститам относятся с искренней симпатией. Дело здесь не только в том, что толерантность в Европе не считается бранным словом, но в довольно большом пласте европейской культуры, осмысляющей и обыгрывающей пол как одну из масок человеческой души. В ХХ веке эта тема проходит через ряд блистательных актерских работ в кино (Тони Кертис, Джек Леммон, Дастин Хоффман, Тильда Суинтон, Патрик Суэйзи, Джули Эндрюс – всех не перечислишь), через знаменитые баллады Лу Рида, посвященные Кэнди Дарлинг и Холли Вудлон, трансвеститам из ближнего круга Энди Уорхола, исполнявшим женские роли в его фильмах, через набирающую популярность в последние годы весьма симпатичную субкультуру трансвеститов и трансгендеров. Но это все у них, загнивающих. А что же у нас?

Баба-яга в своем коллективе

Сколько ни кричи, что Россия не Европа, но и мы по этой части вполне отличились. Нам в плане трансвестизма очень даже есть чем похвастаться. Один Феликс Юсупов чего стоит. С большим успехом выступал около недели в петербургском кабаре, выдавая себя за певицу-француженку, пока кто-то из публики не признал на нем маменькины фамильные драгоценности. У Эйзенштейна в «Иване Грозном» на пиру пляшет перед царем юноша в женском платье. Клара Лучко была Себастьяном и Виолой в «Двенадцатой ночи» 1955 года. А Марина Цветаева с ее Анри-Генриеттой? А легендарный спектакль 1990-х «Мадам Баттерфляй» Романа Виктюка с блистательным Эриком Курмангалиевым в заглавной роли? Верка Сердючка хоть и украинка, а надолго стала неотъемлемой частью российских эстрадных шоу. Примерно как Маврикиевна с Никитичной – советских «Голубых огоньков». Заза Габор. Надежда Дурова, кавалерист-девица. Александр Калягин в фильме «Здравствуйте, я ваша тетя». Федя Стуков, в конце концов! Мальчик Федя в роли девочки Лены из Михалковской «Родни».

Список – далеко не полный. Однако же вот Калягина in drag и Верку Сердючку мы любим. А австрийская Кончита отчего-то как кость в горле.



Новое платье короля

В наши дни именно мужской трансвестизм является одним из социально-культурных феноменов, через которые возможно выражение актуальных смыслов. Так вышло в какой-то степени из-за нашей человеческой непоследовательности. Женщины давно присвоили себе все элементы мужского костюма, и дама в смокинге в общественном месте не вызовет ни у кого ни малейшего удивления, в то время как мужчина в юбке – это скандал, если только речь не идет о шотландце. Совсем иначе дела обстояли в XVIII веке, когда брюки были настоящим табу для женщин, а мужчинам, наоборот, в полном объеме дозволялись кружева, духи, мушки и напудренные парики. В те времена самым волнующим, запретным и скандальным эротическим образом была именно женщина, переодетая мужчиной. В России Екатерина Великая появлялась на маскарадах в мужском платье, наглядно демонстрируя тезис о том, что Юпитеру позволено то, что не позволено быку.

В наше время все наоборот. Вот совсем недавно британский миллиардер Ричард Бренсон, выполняя условия проигранного пари, побрил ноги, накрасился, нарядился в женское и воспарил по-своему: в качестве стюардессы обслужил пассажиров одного из рейсов компании Air Asia. Миллиардерам можно.

Некоторые любят погорячее

Человеку непосвященному, конечно, трудно с ходу разобраться во всех тонкостях транскультуры, поэтому не удержусь от небольшого ликбеза. Говоря об артистке Кончите Вурст, следует употреблять женский род. А о ее «прародителе» Томе Нойвирте, напротив, надлежит говорить в мужском. Потому что Том женщиной не становился, пол не менял и не собирается. Его случай – это трансвестизм двойной роли, как сказали бы психологи. Но когда речь идет об искусстве, глупо употреблять медицинские термины. Скорее подходит выражение Юнга «выход Анимы».

Гораздо интереснее попробовать разобраться в том, с какой целью мужчина создает себе параллельную женскую идентичность и что возможно через нее выразить. Во-первых, трансвестит действительно выбивает у нас почву из-под ног. Мы вроде бы привыкли к тому, что мужчина – это мужчина, женщина – это женщина, и третьего не дано. Как говорил дедушка Фрейд, анатомия – это судьба. Фокус в том, что вместе с этими «базовыми принципами» нас покидают и все многочисленные стереотипы, связанные не только с гендерными ролями, но и с восприятием мира в целом. Вас не учили, как вести себя с трансвеститами, вы теряетесь, злитесь или смеетесь, но при любой реакции неизбежно становитесь собой, а не набором заученных правил и психологических защит. И то, что вам при этом говорят, поют или танцуют, воспринимаете гораздо более непосредственно.

Бородатая женщина в каждом из нас

На втором плане, и это очень хорошо прослеживается в выступлении Кончиты Вурст, – конечно же, вечная и бескомпромиссная битва за личную свободу. Сексуальную, но не только. Да, хочу, халву ем, хочу – пряники. Мужчина, но одеваюсь и веду себя как женщина. Изображаю женщину, но оставляю бороду. Без бороды Кончита определенно выглядела бы привлекательнее, но тогда потерялся бы весь гротеск. Вот стою я здесь перед вами, простая бородатая женщина, и вопреки всем вашим оценкам и суждениям сейчас воспарю как феникс. А кто из нас не мечтает воспарить, несмотря на то что с детства твердят «нельзя, нельзя, нельзя»? Мечты у всех разные, кто-то хочет на скрипке Страдивари сыграть, кто-то – из пистолета Феликса Эдмундовича Дзержинского выстрелить, кому-то достаточно много денег, а кто-то размышляет над тем, как победить смерть. И ставки наши высоки, а шансы минимальны, и жизненные обстоятельства выкручивают нам руки, и общество давит на нас, загоняя в привычные схемы, и много чего внутри нас самих нам мешает. И, если честно, положа руку на сердце, в каждом из нас живет такая вот прекрасная и нелепая бородатая женщина.

Участник от Австрии Кончита Вурст (Томас Нойвирт) во время выступления на «Евровидении-2014». Фото: Reuters

Nobody is perfect

А если копнуть еще глубже, то обнаруживается послание в высшей степени гуманистическое, почти религиозное. Есть ли пол у души? Большинство религий говорит, что нет. Душа рождается в этот мир в мужском или в женском теле, и, несмотря на все волнующие моменты, связанные с этим обстоятельством, бывает полезно иногда вспомнить о том, что полом мы не исчерпываемся и не объясняемся до конца. Более того, пол часто разделяет нас. Слишком много накопилось стереотипов, и продираться сквозь них невероятно трудно. Мальчикам – солдатики, девочкам – куклы. Мужчины добиваются, женщины ускользают. Первые от природы полигамны, вторым лишь бы ребеночка родить. И так далее. Человек противоположного пола начинает восприниматься нами не как уникальная личность, а как набор неких функций. И здесь трансвестизм тоже самым прекрасным образом путает карты.

Современная культура, по крайней мере европейская, на первый взгляд невероятно толерантна. Но все то, что не укладывается в стереотипы, даже она немедленно пытается оформить в отдельную категорию. Если ты гей, лесбиянка или трансгендер, то вот тебе твоя субкультура с ее правилами, в ней и живи. Шаг вправо или влево, конечно, не расстрел, но довольно ощутимое социальное давление. «Ты ведь понимаешь, что мы, трансвеститы-гетеросексуалы, подвергаемся определенной дискриминации со стороны гей-сообщества». Эту прекрасную фразу некоторое время назад мне пришлось услышать в одной из европейских стран.

Там в Европе аббревиатуру ЛГБТ уже продлили еще на одну букву – Q, от queer. Другой, иной, не такой, как все. Чудо морское с зеленым хвостом. Ни под Л не подходит, ни под Г, ни под Б, ни под Т. И под то, что принято считать «традиционными отношениями», тоже никак. Интересно, как далеко может зайти этот процесс? Сколько еще букв к ЛГБТ можно прибавить? Ведь попытка загнать квиров в отдельное гетто смешна уже тем, что все мы квиры. Люди, иначе говоря. «Nobody is perfect», как справедливо заметил Осгуд Филдинг III после того, как Дафна сняла парик.

Предыдущий материал

Атака омичей, или Наука любви не по Овидию

Следующий материал

Расколотая Россия: взгляд с Запада