Все хотят помиловать Ходорковского

«Народу не нужны нездоровые сенсации, народу нужны здоровые сенсации!» – мудро было написано у Стругацких в «Сказке о Тройке». Помилование Михаила Ходорковского явно перешло в разряд сенсаций второго рода, поскольку сам Владимир Владимирович Путин решил на нем немного попиариться.

Началась пиар-гонка на тему «помилование Ходорковского» достаточно невинно. Господин Прохоров на встрече со своими сторонниками сказал в общем-то ни к чему его не обязывающую фразу: «Первое решение, которое я приму, я помилую Ходорковского». С таким же успехом он мог пообещать либо хрестоматийное «каждой бабе – по мужику», либо каждой российской семье по коттеджу на Марсе к 2015 году. Любому наблюдателю очевидно, что участие Михаила Прохорова в судьбе Ходорковского ограничится повторением именно этой мантры: «Буду президентом – выпущу». Одним словом, напоминает: «Ведь я бы мог бы выйти в Папы Римские…». Владимир Путин уже не упустил случая, чтобы подколоть Прохорова: «Рыбак рыбака видит издалека, один олигарх освободит другого олигарха, ничего страшного здесь нет». Короче: пиар, ловкость рук и никакого…. Пожелаем Прохорову удачи и сбычи мечт.

Однако случилось, что одновременно с признаниями будущего президента России Прохорова в любви избирателям, на вопросы сограждан отвечал действующий премьер-министр Владимир Путин. Для Владимира Владимировича вопрос о судьбе Ходорковского за последние годы стал уже обязательным пунктом повестки дня для подобных мероприятий. Он даже не скрипеть зубами научился, когда отвечает. И сегодня Владимир Владимирович ожидаемо народ порадовал, сказав, что если Ходорковский напишет ходатайство о помиловании, то он его рассмотрит. И тут, хотя его никто об этом не просил, ВВП одним предложением перечеркнул казалось бы наступившее всеобщее ликование, подчеркнув, что в ходатайстве Ходорковский должен будет признать свою вину. СМИ слова премьер-президента добросовестно записали и процитировали в режиме: «Задали вопрос о Ходорковском – получили ответ о Ходорковском. Ура!». В реальности же помилование Михаила Борисовича – вещь сугубо политическая, на которую изо всех сил стараются натянуть некоторую приличную юридическую форму, которая ей явно мала. Отсюда и проблемы полного отсутствия взаимопонимания между всеми заинтересованными лицами.

Проблема первая: «Просить – не просить». Ходорковский однозначно не хочет подавать прошение о помиловании. На это эксперты от Барщевского до Федотова не устают повторять, что существующее положение о помиловании предусматривает подачу подобного ходатайства осужденным. Адвокаты Ходорковского на это возражают, что наш президент – он, как царь – самый главный: милует кого хочет, где хочет и когда хочет. Захочет – и положение о помиловании поменяет. И будет всех миловать без прошений, а только по своей президентской воле. Разумеется, что бы это сделать специально «по Ходорковского», новый «старый» президент должен этого совсем уж сильно захотеть.

Проблема вторая: «Признавать – не признавать». Сегодня Владимир Владимирович, фактически воздвиг непреодолимое препятствие для помилования МБХ, сказав, что тот должен признать свою вину. Этого существующее положение о помиловании не требует, хотя помилования без признания осужденными своей вины крайне редки. Однако, используя адвокатскую формулу, что «президент сам себе хозяин, что хочет – то и делает», нельзя не прийти к заключению, что в случае с Ходорковским Путин будет настаивать на признании им вины. Тем самым он, поговорив с публикой о якобы возможном помиловании МБХ, дал совершенно четко понять ему и его адвокатам, что ни на что хорошее надеяться не надо.

Проблема третья: «УДО – не УДО». Робкие попытки адвокатов намекнуть, что Ходорковскому лучше бы как-то без помилования, а с УДО, явно не встретят понимания ни у кого из потенциальных президентов, поскольку условно-досрочно освобождение – это исключительно прерогатива суда, а какой президент захочет начать свой срок с прямой отдачи указания сегежскому суду: «Немедленно выпустите Ходорковского по УДО, негодяи!». Такой президент будет обречен на отдачу подобных указаний до конца своего срока. Понятно и почему Ходорковский принципиально не хочет помилования: даже если президент помилует по своей инициативе, сам факт принятия Ходорковским помилования может многим показаться согласием с монаршей милостью.

В горячке обсуждения, кто же все-таки будет миловать Михаила Борисовича, все как-то забыли о вопросах отнюдь не менее важных. Без которых помилование Ходорковского будет, по меньшей мере, странным.

Во-первых, имеется (если вы не забыли) несколько десятков бывших юкосовцев, из которых несколько продолжают досиживать свои срока, а в отношении многих имеются заочные приговоры. Будут ли они помилованы вместе с Ходорковским или должны вставать в отдельную очередь на милость? Странно было бы наблюдать такую ситуацию, что Михаил Борисович выходит на свободу, а рядовой клерк, осужденный приблизительно на такой же срок, что и Ходорковский, продолжает сидеть «до лучших времен». Похоже, если Михаил Ходорковский когда-либо захочет попросить помилования, то он должен сделать это не один, а со всеми пожелавшими это сделать бывшими юкосовцами, попавшими под государственный пресс.

Во-вторых, в деле «Юкоса» имеются двое осужденных за якобы совершенные насильственные преступления. Это Алексей Пичугин, отбывающий пожизненное заключение в «Черном дельфине» и Леонид Невзлин, живущий в Израиле. Вопрос о помиловании указанных лиц никогда и не поднимался. То есть с помилованием Ходорковского и даже других юкосовцев дело «Юкоса» отнюдь не кончится.

Дело «Юкоса» и заключение Ходорковского торчат своеобразной костью в горле российской власти: выплюнуть невозможно, проглотить – страшно. Выход Ходорковского и закрытие дела, несомненно, ознаменовали бы собой своеобразное окончание эпохи прямого государственно рейдерства и расправ с политическими оппонентами времен «раннего Путина». Своеобразное переворачивание огромного и весьма загаженного листа в современной российской истории. Но, судя по всему, решать, переворачивать этот лист или нет придется именно лицу, начавшему на нем писать коряво и поперек строк – Владимиру Путину. А он это делать явно не торопится: у него есть еще как минимум пять лет, поскольку его третий срок закончится позже, чем второй срок Ходорковского. То есть имеется время, что бы понять, где же все-таки поставить запятую в знаменитой фразе: казнить нельзя помиловать. Хотя, похоже, что и в следующий раз мы услышим от него об освобождении Ходорковского то же самое.

Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети: ВКонтакте или Facebook.