Новости Календарь

Убийство Немцова: бойся, мир, бойся, Россия

Убийство Немцова: бойся, мир, бойся, Россия Борис Немцов во время выступления на акции оппозиции «За честные выборы». Фото: ИТАР-ТАСС / Сергей Карпов
Убийство Бориса Немцова, одного из самых видных российских политиков 90-х, а сегодня – жесткого критика режима Путина, стало настоящим шоком. Четыре выстрела в спину у стен Кремля – это кажется вызовом всей России. Социальные сети разрываются: «сакральная жертва» – говорят «охранители»; жертва режима – говорят его соратники; никакой политики – отвечает власть. Эксперты согласятся, что на сегодня Борис Немцов как политическая фигура, так же как и многие представители ельцинских времен, во многом уступил место новому поколению политиков во главе с Алексеем Навальным. Однако убийство, каковы бы ни были его мотивы, будет долго оставаться вопросом ответственности российской власти.

Реакция президента, для которого ночь традиционно является разгаром рабочего дня, была явно антилиберальной. Через Пескова он заявил, что убийство является заказным и «носит исключительно провокационный характер». Что значит «провокационный»? Провокация исключает бытовую и криминальную версии и явно намекает, что ее цель – политическая дестабилизация. Провокация против власти? Со стороны кого – оппозиции, Госдепа? Песков под утро развил свою мысль именно в этом направлении: «Он [Немцов] был в оппозиции… И на фоне различных, скажем так, мероприятий, которые планирует оппозиция в ближайшие дни, на фоне в целом весьма такой эмоциональной, насыщенной обстановки, которую мы имеем в связи с событиями на Украине. Конечно, это вполне может выглядеть как провокация».

Ответ Кремля однозначен: официально – это какая угодно версия, только не политическая, неофициально – стрелки явно переводятся в сторону оппозиции. Точно так же, как убийство Анны Политковской следствие долго вешало на Бориса Березовского и Ахмеда Закаева. Сегодня их преемниками по этой линии могут стать и Киев, и Госдеп, и чуть ли не Навальный. 

Что же все это значит для России и прежде всего для репутации Путина?

Во-первых, обращает на себя внимание очень активная реакция мировых СМИ: новость об убийстве была на первых страницах сразу и буквально во всех значимых изданиях. Это стало одним из самых заметных внутриполитических событий для мировой общественности.

Во-вторых, убит один из наиболее узнаваемых и хорошо осведомленных лидеров российской оппозиции. Убит накануне антикризисного марша «Весна», у стен Кремля. Его близкие друзья рассказывают, что он неоднократно получал угрозы. Все это – в центре внимания мировой прессы. Какой предстает Россия? Страной, где лидера оппозиции могут пристрелить в спину в самом сакральном месте, где оппозиционеры живут под постоянным страхом из-за давления и угроз, провокаций, преследования и «разоблачений». Где убийства значимых фигур – не редкость: Политковская, Хлебников, Юшенков, туда же при желании всегда можно добавить и Березовского с Литвиненко (опять же, мы говорим не о связи этих смертей, а о восприятии образа России). Россия предстает страной, где обладание Знанием становится опасным.

В-третьих, каковы бы ни были мотивы убийства, но ответственность за него в любом случае мировое сообщество будет возлагать на Кремль. Как и со сбитым Boeing-777 – Запад, и не только, рассуждает просто: не было бы обстоятельств, созданных Кремлем, не было бы и трагедии. 

Наталья Морарь написала, что в смерти Немцова виноват «коллективный Путин». Сюда можно собрать все: профанирующие свои обязанности правоохранительные органы, которые фокусируются больше на преследовании оппозиционеров, чем на борьбе с преступностью, искусственное раздувание ненависти одной части общества против другой («Антимайдан»), военную риторику и нагнетание страстей, спекуляции угрозами войны и мобилизация «большинства» против внешних и внутренних врагов. Мало кто будет спорить, что градус ненависти в российском обществе зашкаливает. Убийца, стрелявший в Немцова, заказчик, нанимавший его, жили и мыслили в той обстановке, которая сложилась в стране и которая заведомо закладывает совершенно четкое отношение к лидерам оппозиции. «Коллективный Путин» будет наиболее популярной версией убийства и на Западе. 

Убийство, как любая трагедия, всегда несет в себе целый хвост последствий, который как воронка затягивает в ловушку репутационной катастрофы. Раз за разом Путину будут задавать вопросы про расследование убийства, про его оценку происходящего. Как и в случае с Политковской, вряд ли научившем Путина мудрости, президент будет повторять про ничтожность политической угрозы со стороны Немцова, несопоставимые рейтинги, совершенно не понимая, что смерть не может быть маленькой. Да и отдает ли Путин себе отчет в том, что такое смешное оправдание, мол, нам невыгодно, означает и другое: а вот если понадобится, мы пристрелим того, кто будет по-настоящему опасным.

Не остановит Кремль и маховик антилиберальной истерики. «Интересно, что если в Москве убивают, то в ту же ночь вламываются в квартиру убитого (не убийцы!), лазают в его бумагах и белье и потом сольют, и почти все это "законно"», – написал Александр Эткинд в своем Facebook

Расследование неизбежно будет одновременно и формой прикрытия сбора компромата на лидеров оппозиции. Наши спецслужбы своего шанса не упустят. А значит, новые волны разоблачений, раскрутка версии про «сакральную жертву» и кровавую руку «Госдепа», готовящего свержение великого Путина. Враги России крупнеют. Это вам не Березовский. Можно поспорить, что Кремль дал команду, и максимально муссировать «киевский след». Неудивительно, что Немцова теперь будут хвалить по федеральным каналам: мертвый враг не страшен. 

Убийство Немцова – громкое заявление его авторов: мы не боимся Путина, мы не почитаем Кремль, мы смеемся над законом. Нам можно все. Кто мы? Беспредельщики. И бойся, Россия, если мы – внутри твоей власти. Непредсказуемая Россия – плохой знак для мира и для российского народа. 

Предыдущий материал

Опиум для одного: кому нужен «Антимайдан»