Судьи бегут

Вадим Прохоров, адвокат

Этим летом в Пресненском суде одновременно уволилось больше половины гражданских судей, а до этого еще несколько – всего около 8 человек из 12. Думаю, что причина – какой-то конфликт. В Дорогомиловском суде вообще постоянная текучка: там нет ни одного судьи по гражданским делам, со стажем работы в этом суде больше года.

Мне кажется, что причины для массового увольнения судей могут быть разными. Отчасти, это соответствующая работа председателей судов со своим составом – где тонко, там и рвется. Да и вообще, не все спокойно в судейском королевстве в Москве, давно назрел вопрос необходимости кадровых изменений.

Что характерно, когда тех или иных судей упрекают в каком-то нарушении судейской этики, – например, знаменитую судью Боровкову – судейское сообщество включается и встает на защиту. Но сами же при этом допускают беспредел и давление на себя. Случаи в Дорогомиловском и Пресненском судах доказывают, что в их сообществе бывают разборки.

Сейчас в судах работают судьи разного возраста, из Пресненского суда уходили и молодые, и не очень. Не думаю, что они пошли на пенсию. Давно стоит вопрос о том, что судья вроде бы самостоятельная фигура, но на самом деле, это скорее напоминает большой судейский колхоз, с председателем районного суда, да и Мосгорсуда тоже. Когда судья чувствует себя не самостоятельной фигурой, а мальчиком на побегушках – он увольняется. Люди с чувством собственного достоинства в таких условиях просто не выживают. Умные люди просто не соглашаются на такой колхоз, а дураки там, в общем-то, не нужны. 

 

Сергей Пашин, юрист, судья в отставке

Такое количество судейских увольнений действительно может быть связано с тем, что многие судьи уходят на пенсию, а многие в этой профессии делают это рано. Это самое простое объяснение. Я не исключаю, что могла сильно возрасти нагрузка и поэтому целый ряд судей, выработав необходимое количество лет, которые позволяют получать пенсию, просто уходят. С другой стороны, это может быть кадровая чистка, что тоже не исключено.

В столичных регионах, и вообще в городах, нагрузка на судей гораздо выше, чем в сельских округах. Я не думаю, что сейчас мы наблюдаем какую то опасную тенденцию. Кадры судей надо обновлять. Кроме того, обычно у судей, как у всех, кто работает с людьми, наступает так называемое выгорание, и после 5–6 лет работы человек уже ведет себя совсем по-другому. Поэтому обновление – очень полезная вещь. Поэтому, я не вижу в этом абсолютно ничего страшного. Свято место пусто не бывает. К тому же, частично существующая чрезмерная нагрузка еще связана с тем, что есть вакантные места. А вакантные места нужны для того, чтобы судьи каждый год делили деньги, которые начисляются, и которые можно разделить за счет того, что ты работаешь еще и за тех, кого не взяли на свободную должность. Так что, частично, они сами себя загоняют в ловушку. Это сознательная политика: экономят фонд заработной платы, чтобы иметь возможность потом эти деньги использовать как премии.

Кирилл Кабанов, глава Национального антикоррупционного коммитета

Я не верю в версию о том, что судья просто уходят на пенсию. История с московскими судьями – достаточно давняя. Первый большой скандал был связан с делом «Трех китов». Тогда судья Ольга Кудешкина заявила, что ее попросили вынести обвинительный приговор по отношению, по ее мнению, к невиновному Павлу Зайцеву. Судья утверждала, что на нее оказывалось давление со стороны председателя Мосгорсуда Ольги Егоровой и Генпрокуратуры. Дальше были похожие истории, правда, они не были такими яркими.

В московских судах сейчас очень маленький процент оправдательных приговоров. Нам говорят, мол, «хорошо работают следователи», но я не верю. Дело в том, что, по определенному экспертному мнению, Московский городской суд – он один из самых авторитарных. И, видимо, сейчас это кому-то просто надоело. Но нам говорят, что, на самом деле, есть очень большое количество дел... Я не думаю, что это главная причина. Возможно, есть какие-то другие причины того, что судьи увольняются.

Вообще, ситуация, связанная с нашими судами, вызывает опасение не только у меня, но и у президента, и граждан. Поскольку мы достаточно часто видим претензии к Мосгорсуду. И, вот, на сегодняшний момент, когда, например, к нам приходят заявители, мы говорим, что «вам надо обращаться в суд», они говорят: «Вы нам скажите еще, что нам еще нужно обращаться в церковь». То есть граждане не верят в результат. А это уже достаточно серьезный показатель, поскольку на сегодняшний момент мы не можем получить от государства основную функцию государства – справедливое право. И даже политический беженец Юрий Лужков в своих интервью заявляет о том, что у нас не работает судебная система. Хотя, если разобраться, он активно приложил к этому руку.

Павел Чиков, председатель правозащитной ассоциации «Агора»

Очевидно, что текучка кадров в московских судах значительно выше, чем в любом другом регионе страны. На это есть несколько причин – объективных и субъективных. Например, у председателя Верховного суда Республики Тува зарплата 600 тыс. рублей – вместе с различными надбавками и с учетом стажа. Но при этом их нагрузка совсем не такая, как в Москве. В столице она просто колоссальная. В мае мы подали иск в Тверской районный суд. А в августе истец, не дождавшись ответа, начал разбираться, почему процесс рассмотрения до сих пор не начался. Выяснилось, что параллельно в этом суде только на два летних месяца назначено рассмотрение 800 дел, они распределены на четырех или пяти судей.

При этом уровень зарплат московских судей не слишком высок: вряд ли мировой судья в Москве зарабатывает больше 40 тыс. рублей в месяц. Никаких надбавок у них нет, зарплаты выплачиваются в соответствии с федеральным законодательством.

Но есть и субъективные причины текучки кадров. Ведь ни в одном другом регионе нет такой диктатуры, которая есть в московской судебной системе. Здесь все зависит от вышестоящих: мировые судьи зависят от курирующих их федеральных судов районных, они в свою очередь зависят от председателя районного суда; председатель районного суда зависит от курирующего этот суд судьи Московского городского суда. В итоге вся судейская вертикаль замыкается на председателе Московского городского суда.

У ассоциации «Агора» в Москве ровно год работает офис с несколькими юристами. Они сравнили московские суды с судами в других городах и видят чудовищные проблемы: постоянно нарушаются процессуальные сроки все равно как и по гражданским, и по административным, и по уголовным делам; выиграть дело в московских судах почти невозможно. Поэтому у нас есть принцип: если можно вывести судебный процесс из Москвы в любой другой регион – мы это делаем, потому что в другом регионе судьи слушают аргументы, смотрят документы, в столице, к сожалению, нет.

В такой ситуации у судей просто не выдерживают нервы, они стараются побыстрее все сделать, чтобы еще подняться по карьерной лестнице. И я сам наблюдал за тем, как мировой судья, который рассматривал дело, назначался судьей федерального суда, то есть уходил в районный суд, поднимался на более высокую ступень. То есть получается так, что за счет мировых судей затыкаются дыры, а на их места никто не приходит. Возникает очень большой недобор вакансий среди мировых судей, например, есть мировые участки, в которых вообще нет мировых судей. Поэтому дела, которые они должны рассматривать перераспределяются между остальными судьями. Соответственно, нагрузка становится выше. А ответственность за это лежит, безусловно, на председателе Московского городского суда Ольге Егоровой.