9 графиков: кто голосует за «Единую Россию», коммунистов и ЛДПР?

Правда ли, что «Единую Россию» чаще поддерживают не слишком образованные люди, а за коммунистов голосует рабочий класс? В совместном проекте с Фондом «Общественное мнение», мы решили проверить эти утверждения, проанализировав данные общероссийского опроса ФОМ, проведенного в сентябре 2011 года и посвященного партийным предпочтениям. Оказалось, что в России, в отличие от большинства западных стран, люди с разным уровнем образования и дохода отличаются удивительным единообразием партийных предпочтений. Главными факторами, разделяющими российский электорат, являются пол и возраст. Видимо, в России люди голосуют не за программы партий, а за их лидеров.

В партийных системах большинства западноевропейских стран классовое голосование играет важную роль. В Великобритании рабочий север поддерживает лейбористов, а буржуазный юг – консерваторов. В Германии более обеспеченные люди (особенно верующие) голосуют за христианских демократов, а менее обеспеченные – за социал-демократов. Во Франции схожие классовые линии разделяют социалистов и правых. Даже в США, в истории которых классовые различия занимали более скромное место, богатые более склонны голосовать за республиканцев, а не за демократов.

Это неудивительно: во всех перечисленных странах современные партийные системы формировались в конце XIX – первой половине XX века –  эпоху, в которую конфликт между рабочим классом и традиционными элитами во многом определял политическую жизнь Европы. Российские партии начала прошлого века также носили отчетливый классовый характер: кадеты и октябристы явно ориентировались на другие социальные группы, чем эсеры и социал-демократы.

В современной России это не так. Графики, представленные ниже, показывают результаты статистического анализа опроса о партийных предпочтениях россиян, проведенного ФОМ. Сторонники четырех крупнейших партий в России («Единой России», КПРФ, ЛДПР и «Справедливой России») демонстрируют удивительное отсутствие различий с точки зрения дохода, образования, места жительства и рода занятий.

Этого, однако, нельзя сказать про пол и возраст. Среди пожилых людей в России заметно меньше приверженцев «Единой России», чем среди молодых. В то же время пожилые люди значительно чаще голосуют за КПРФ (и реже – за ЛДПР). Женщины поддерживают «Единую Россию» чаще, чем мужчины, которые  более склонны к голосованию за оппозиционные партии (особенно ЛДПР) и которые чаще говорят, что вообще не пойдут на выборы.

По всей видимости, россияне голосуют не за программы партий, а за их лидеров. Возможно, именно с этим связана популярность поддержанной Путиным «Единой России» среди женщин, а ЛДПР с ее эксцентричным  лидером – среди мужчин. Иначе сложно объяснить разницу в голосовании между мужчинами и женщинами, которая в этом случае вряд ли связана с их социальными интересами. Другими словами, наши избиратели голосуют за партии не потому, что те защищают их интересы, а просто потому, что они им нравятся или не нравятся. Единственный серьезный социальный разрыв, который разделяет российский электорат, носит поколенческий характер и связан с ностальгическим голосованием за КПРФ пожилых людей.

Мы предлагаем вам несколько графиков, которые мы составили в результате анализа данных опроса, предоставленных Фондом «Общественное мнение»*.  

График 1. Если в декабре 2011 года вы примете участие в выборах Государственной Думы, то за какую партию вы скорее всего проголосуете?
Как видим из графика, более 40% опрошенных собираются голосовать за «Единую Россию». Второе место делят КПРФ и ЛДПР, за ними следует «Справедливая Россия». За «Правое дело» собираются голосовать 16 человек из 3000, за «Яблоко» – 18 (в обоих случаях это менее 1%). Поскольку статистический анализ столь малых групп не имеет смысла, мы исключаем партии, за которые готовы голосовать менее 1% опрошенных, из дальнейшего рассмотрения.

Приведенные цифры не стоит воспринимать как прогноз результатов выборов. 15% респондентов сообщили, что не придут на выборы, но на деле таких, вероятно, будет больше. Не ясно также, как распределятся голоса затруднившихся ответить.


На этом графике представлены вероятности голосования за одну из четырех основных партий («ЕдРо», КПРФ, ЛДПР, «СпРо») в зависимости от пола и возраста. Мы исключили из анализа небольшое число сторонников других партий, а также тех, кто не собирается идти на выборы, затруднился ответить или хочет испортить бюллетень. Таким образом, электорат четырех парламентских партий принят за 100%.

Интерпретировать график нужно следующим образом: чем больше площадь, закрашенная соответствующим цветом, тем выше вероятность поддержки этой партии. Например, для 20-летних женщин вероятность голосования за «Единую Россию» (а не за одну из трех оставшихся партий) составляет около 80%, а для 70-летних женщин – около 60%.

На графике видно, что вероятность поддержки «Единой России» уменьшается с возрастом, как среди женщин, так и среди мужчин. В то же время с возрастом растет доля сторонников КПРФ. Если среди 20-30-летних они составляют считанные проценты (особенно среди женщин), то среди мужчин за 60 число сторонников КПРФ едва ли не выше, чем у «Единой России». Среди молодых мужчин и мужчин среднего возраста неожиданно велико число сторонников ЛДПР (в группе 30-летних оно сравнимо с числом сторонников «Единой России»).

Стоит обратить внимание и на разницу в поддержке партий между мужчинами и женщинами. «Единая Россия» и «Справедливая Россия» – в большей степени женские партии, ЛДПР – мужская. В электорате КПРФ пропорция мужчин и женщин примерно одинакова.




Как видим из графика, с точки зрения образования электорат четырех партий мало различается. Площади участков, закрашенных разными цветами, практически одинаковы во всех трех столбцах. Ни одной из четырех партий не удалось привлечь симпатии более образованных людей. Ширина столбцов пропорциональна размеру образовательных групп: людей с высшим образованием в России меньшинство.



Здесь отображена зависимость партийных предпочтений от дохода респондентов, как они его сами указали во время опроса (по всей видимости, как часто бывает в опросах, эти данные несколько занижены). Доходы мужчин и женщин, людей разного возраста, сельских и городских жителей отличаются. Поэтому чтобы выделить более «чистый» эффект дохода, на этом графике мы статистически контролируем (т.е. удерживаем на одном уровне) пол, возраст и место жительства. Статистически это сделано с помощью процедуры мультиномиальной логистической регрессии, которая также использовалась для вычислений вероятностей для предыдущих и последующих графиков.

Как видим, вариация партийных предпочтений по доходу не очень велика. Люди со средним доходом чуть более склонны голосовать за КПРФ, чем самые бедные и наиболее обеспеченные, но этот эффект совсем не велик. Единственный заметный эффект – резкий рост доли избирателей ЛДПР среди людей с наиболее высокими доходами (свыше 35 000 рублей в месяц). Интерпретация здесь может быть разной. Возможно, ЛДПР действительно привлекает самых обеспеченных избирателей. Однако нельзя исключать и того, что избиратели ЛДПР просто более склонны завышать свой доход.




На этом графике показаны партийные предпочтения людей в зависимости от их субъективной оценки своего материального положения. Статистическая модель, на которой основан график, контролирует возраст, пол, место жительства и доход людей. Другими словами, мы сравниваем людей с одним и тем же уровнем дохода, но разными представлениями о том, что они на эти деньги могут себе позволить. Как видно из графика, оптимизм людей по поводу своего материального положения (вне зависимости от действительного уровня их дохода в настоящий момент) связан с партийными предпочтениями. Чем оптимистичнее настроены люди, тем более они склонны голосовать за «Единую Россию» и тем меньше поддержка оппозиционных партий (особенно среди женщин).





То же самое относится и к роду занятий: нет особых отличий в партийных предпочтениях,  с одной стороны, руководителей и специалистов, а с другой, рабочих. Студенты почти не голосуют за «Справедливую Россию»; безработные чаще поддерживают ЛДПР. Однако уровень поддержки «Единой России» во всех группах практически не отличается.



До сих пор речь шла о социальных факторах поддержки одной из четырех парламентских партий. Однако значительная часть людей в опросе – около 15% – заявили о том, что вовсе не собираются идти на выборы. Отличаются ли они чем-либо от тех, кто на выборы пойдет?

На этом графике изображена вероятность явки на выборы (а вернее, намерения явки) в зависимости от пола и места жительства. Мы видим, что, во-первых, мужчины чаще, чем женщины, говорят о том, что не пойдут на выборы. Во-вторых, вероятность явки на селе выше, чем в небольших городах, а в небольших городах выше, чем в городах-миллионниках.



Другим фактором, связанным с явкой на выборы, является материальное положение. Более обеспеченные люди реже говорят о том, что не пойдут на выборы, хотя зависимость здесь нелинейная. Наименьшая вероятность явки на выборы – среди тех, у кого не хватает денег даже на питание. Наибольшая – среди тех, кто может позволить себе купить автомобиль, квартиру или дом.

(Автор статьи: Алексей Бессуднов – научный сотрудник НИУ «Высшая школа экономики»)

* Фонд «Общественное мнение» в рамках проекта «Доминанты» провел опрос «ФОМнибус» (Общероссийский репрезентативный опрос) 25 сентября 2011 г. Опрошено 3000 респондентов. Интервью проводились по месту жительства респондентов. Статистическая погрешность не превышает 3,3%.

Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети: ВКонтакте или Facebook.