Быстрый Слон Бизнес Будущего App Heroes Календарь Slon Magazine Colta.ru 16+

Под колпаком. Кто держит оппозицию в тонусе?

Под колпаком. Кто держит оппозицию в тонусе?

В прошлом году высланный из России бывший собственный корреспондент британской газеты The Guardian Люк Хардинг выпустил книгу под названием «Мафиозное государство», в которой, в числе прочего, рассказал, как в его московскую квартиру в его отсутствие проникали сотрудники спецслужб, нарочно оставляя следы своего посещения в виде, например, открытых окон или заведенных будильников на 4 утра. По мнению журналиста, это делалось специально, чтобы заставить его бояться или начать считать себя параноиком. По его словам, британские дипломаты заверили его, что и сами сталкивались с подобными явлениями. После выхода книги многие не отнеслись к признаниям Люка Хардинга всерьез, однако события последних дней показывают, что эти методы, напоминающие способы запугивания диссидентов и иностранных дипломатов сотрудниками КГБ, не только по-прежнему существуют, но и распространились на оппозиционных активистов. Активисты рассказывают, как бойцы невидимого фронта могут проникнуть в вашу квартиру, пока вас нет, ночью проникнуть к вам в офис, оставив явные следы пребывания, а могут и сообщить вашим друзьям и родственникам о вашей скоропостижной смерти. Главная задача – сделать так, чтобы вы потеряли чувство безопасности.

К сожалению, не все из тех активистов и журналистов, с которыми поговорил Slon, согласились назвать себя, поэтому некоторые истории мы здесь пропускаем (в том числе занимательный эпизод, рассказанный одним иностранным журналистам, о том, как из его квартиры исчезал паспорт и появлялся через неделю в самом неожиданном месте, а также как к нему этим летом приходили в подъезд полицейские и требовали открыть его квартиру, чтобы якобы «полить цветы». Не публикует Slon и те истории, где умысел слежки или давления неочевиден, или те истории, где так и не удалось получить информацию от первого лица (как с журналисткой Reuters, ныне работающей в Пакистане, которой подбросили пистолет). К этим историям можно относиться скептически, считать, что у активистов случаются приступы паранойи, но мы считаем небессмысленным рассказать о том, как чувствуют себя активисты в ежедневном быту. 

Следы в квартире и офисе

Марат Давлетбаев,
соучредитель «Партии 5 декабря», юрист одной из крупных компаний

Как минимум несколько раз в последние дни я сталкивался с тем, что, возвращаясь домой, обнаруживаю следы посещения кем-то моей квартиры: кто-то пользуется туалетом и не смывает. В квартиру заходят днем, в тот момент, когда и я и моя жена находимся на работе. Вахтерши у нас в подъезде нет, но замок достаточно сложный. Кроме того, на прошлой неделе кто-то побывал на моем рабочем месте в офисе, достал документы из ящиков и положил на стол. Я обратился в службу безопасности, но они так и не установили, кто это мог быть.

Все это совершенно меня не пугает, но видеть такое неприятно. Думаю, не обратиться ли по этому поводу в правоохранительные органы.

Травля псевдососедями

Мария Баронова,
гражданский активист, член Партии 5 декабря

После того как в моем доме прошли обыски по «Болотному делу» и ничего противозаконного у меня не нашли, власти, очевидно, решили действовать другим путем. После того как я возвращалась домой, я обнаруживала, что документы лежат как-то по-другому, а балконная дверь открыта, хотя я всегда ее закрываю. Затем моему адвокату стали поступать провокационные звонки: некие люди представлялись журналистами Slon, «Газеты.ру», «Ленты» и задавали ему дурацкие вопросы, мол, Баронова сказала, что адвокаты Навального лучше, чем вы. Потом, конечно, выяснялось, что из этих изданий никто не звонил. Затем ко мне домой пришли органы опеки, сославшись на то, что некая соседка написала на меня заявление, будто я бью своего ребенка. Сначала еще можно было подумать, что речь идет о какой-то сумасшедшей женщине из моего подъезда, но потом оказалось, что эта «соседка» обзванивает каждую квартиру в подъезде и требует написать заявление, что видели, как я бью ребенка, иначе она на них самих такое заявление в опеку напишет. При этом она очень ловко ссылалась на разные законы и на сумасшедшую совсем не была похожа. Раньше ее, кстати, в нашем подъезде никто не видел. Когда я позвала журналистов, мне стали поступать анонимные звонки со словами: «Еще раз, тварь, позовешь журналистов – убью». А вечером в центре Москвы, когда уже было темно, ко мне подошел какой-то странный человек и сказал, что мне надо уезжать из страны.

Все журналисты думали, что я просто сумасшедшая, до тех пор пока один из таких звонков не произошел во время интервью одному французскому изданию – я просто включила телефон на громкую связь и журналистка все записала на диктофон: «Это я, твоя соседка, я написала на тебя заявление, не входи больше в подъезд, я тебя убью» и т.д. Оказалось, кстати, что реальное заявление в опеку на меня написала вовсе не эта странная женщина, а мой сосед, героиновый наркоман с тремя отсидками. Причем поверить, что он написал это самолично, тоже сложно, потому что в заявлении фигурировали такие фразы, как «ненадлежащее исполнение родительских обязанностей» – явно не в стиле наркомана-уголовника. Потом произошла катастрофа в Крымске, и на неделю они затихли. А потом началась вторая волна травли – публикации в прессе о том, что я, дескать, украла деньги для пострадавших, а на моей входной двери написали «Сука, верни деньги, тварь!» и нарисовали половой член. 

Но самое страшное – это телефонные звонки с компьютерным голосом, который говорил, что если я не перестану общаться с журналистами и заниматься своей деятельностью, то меня убьют. При этом уехать я никуда из города не могла, потому что у меня подписка о невыезде. Соседи меня уже стали ненавидеть из-за постоянных провокаций, и мне пришлось переехать на другую квартиру. Где-то в районе 7 августа активная фаза травли прекратилась, возобновится ли она снова, я не знаю, и как от этого отгородиться – тоже. В том подъезде была консьержка – толку никакого. Милиция тоже ничего не делала, она даже отказалась использовать видеорегистрацию, которая стоит на входе в подъезд.

Переадресация электронной почты

Сергей Давидис,
член бюро «Солидарности»

Около года назад мы в «Солидарности» обнаружили утечку конфиденциальной информации, и кто-то (уже не помню сейчас, кто) разослал инструкции с советом, что в таком случае надо проверить. Среди прочего там была переадресация электронной почты. Заглянув туда, я обнаружил, что, действительно, с моего ящика стоит переадресация на какой-то другой, где тоже фигурирует моя фамилия. Я сообщил об этом, и оказалось, что такая проблема не только у меня, но и еще у нескольких членов движения. Я уже и не говорю о создании аккаунтов в соцсетях от моего имени и прочих провокациях.

Переадресация телефонных звонков

Сергей Пархоменко,
журналист

То, что с моим телефоном что-то не так, я обнаружил в субботу утром, в день митинга, когда несколько членов моей семьи связались со мной альтернативными способами (один написал в «Фейсбуке», а другой позвонил ребенку). Они сообщили, что на моем телефоне отвечает некий посторонний человек. И этот посторонний человек, которому они позвонили уже несколько раз, сообщал какие-то поразительные сведения обо мне: что меня арестовали, что я не могу подойти, ибо очень занят организацией митинга, что у меня произошел страшный понос и я сижу на унитазе, что я умер. Ну, в общем, самые разные вещи. Мне эта ситуация была знакома: я видел ее собственными глазами, когда мы сидели в кафе с Борисом Немцовым и его пресс-секретарем Ольгой Шориной. И Ольге кто-то позвонил и рассказал о точно такой же истории с телефоном Немцова: на его номере отвечал неизвестный тип с точно такими же невероятными историями, у меня такое впечатление, что он даже и представлялся так же – как майор Кораблев из ОВД «Якиманка».

Я вспомнил эту историю и позвонил с домашнего телефона сам себе, и услышал, что «Сергей Пархоменко тяжело болен». Тогда я сказал, что это я, собственно, и есть Пархоменко. В ответ «майор Кораблев» рассмеялся, и я посчитал, что разговаривать с ним нечего, положил трубку. В МТС стали настаивать, что это я сам включил переадресацию, хотя я этого точно не делал. Я их все-таки убедил, что я – это я, и переадресацию отключил. После этого я обнаружил, что мой «личный кабинет» на сайте МТС, через который я могу управлять настройками, взломан. Несмотря на то, что пароль был достаточно сложный. Снова позвонил в МТС и вернул себе контроль над «личным кабинетом», поставил новый, еще более сложный пароль, но вскоре мне снова приходит СМС о том, что у меня снова установлена переадресация. И снова мне пришлось звонить в МТС и на этот раз уже отключать опцию переадресации как таковую. Затем в течение дня мне еще несколько раз приходили СМС о том, что «подключить переадресацию не удалось» – то есть, кто-то продолжал эти попытки. О том, что все это не просто розыгрыш, свидетельствует и то, что точно с такой же ситуацией столкнулся в этот день и Илья Яшин. Очевидно, такими способами кто-то пытался сорвать организацию митинга (хотя на этот раз я, на самом деле, никакого участия в организации митинга не принимал, но они, видимо, об этом не знали). Кстати, уже на протяжении долгого времени мне поступают звонки с оскорблениями от одних и тех же (судя по голосу) людей,  причем они откуда-то знают не только мой номер, но и телефоны моих родственников, включая 9-летнего ребенка. И когда я ставлю эти номера в «черный список», они просто звонят с других. 

Предыдущий материал

Кто следующий на вылет из Госдумы?

Следующий материал

«Важно представить Запад как силу, которая работает против России»

comments powered by HyperComments