В число наиболее состоятельных служащих Лыков попал благодаря грамотному управлению своими накоплениями, утверждают его коллеги. Заработки банкиров на госслужбе, которой Лыков отдал большую часть жизни, по-прежнему в разы меньше, чем в коммерческих банках.
В Госбанк СССР Сергей Лыков попал в 1975 году после окончания Московского финансового института и проработал там 15 лет, в течение которых казалось бы ничто не выдавало в нем будущего миллионера. Как и все «международники» этого вуза, в системе Госбанка он занимался росзагранбанками: около года поработал в East-West United Bank, в последние годы занимался соцстранами в должности замначальника валютно-экономического управления. И даже заслужил почетное звание «Отличник Госбанка».
Однако началась перестройка, и слова Ильфа и Петрова «он сберег себя для капитализма», сказанные про бухгалтера Александра Корейко, определили его дальнейший путь. В то время в недрах Государственной внешнеэкономической комиссии Совмина созрело решение учредить частные банк и финансовую компанию с иностранным капиталом. Так в октябре 1989 года появился «Международный Московский Банк (ныне «ЮниКредит») с лицензий Госбанка №1, а в декабре 1990 – «Еврофинанс», получивший специально зарезервированную под него лицензию №2.
В подготовке документов для регистрации «Еврофинанса», учредителями которого выступили французский «Евробанк» и Внешэкономбанк СССР, принимал непосредственное участие и Сергей Лыков. В новой структуре он получил должность первого зампреда, и о прежней «непыльной» работе пришлось забыть. А вскоре «Еврофинанс» получил в состав акционеров компанию «Фимако», управлявшую российским госдолгом. Приснопамятный скандал с этой финансовой компанией в конце 90-х Сергею Лыкову стоил немало сил и нервов.
Из-за непрозрачности операций ЦБ с «Фимако» МВФ подозревал Россию в незаконном получении международных стабкредитов, а ряд российских политиков из-за ее игры на рынке ГКО – в обогащении банкиров, работающих в системе росзагранбанков. Однако, в конце концов, международный аудит снял подозрения, Генпрокуратура нарушений не нашла, и Федеральная служба безопасности оставила Сергея Лыкова в покое. Так что если где и стоит искать миллионы, которые мог ему принести «Еврофинанс», то только не в «Фимако».
«Еврофинанс» всегда был чрезвычайно прибыльным банком, а в 2001 году он даже стал самым рентабельным среди крупнейших банков Центральной и Восточной Европы. После объединения с московской дочкой лондонского «Моснарбанка», произошедшего в 2003 году, новая структура «Еврофинанс-Моснарбанк» не переставала радовать своих акционеров, а в том числе и Сергея Лыкова. И хотя в ежеквартальных отчетах банка сказано, что он не владеет его акциями напрямую, коллеги Лыкова считают его миноритарным акционером. Им он, возможно, остался, сохранив за собой пост члена совета директоров даже после того, как в 2005 году перешел во «Внешэкономбанк», где занимается финансовым планированием. Связаться с самим Сергеем Лыковым до публикации не удалось, на звонки по мобильному телефону он не отвечал.
«Сергей Лыков – честный и порядочный человек, – замечает вице-президент АРБ Олег Прексин. – Я больше чем уверен, высокие доходы – это результат грамотного распоряжения собственными средствами. Он около пятнадцати лет занимал высокую должность в «Еврофинансе», а затем и в объединенном «Еврофинанс-Моснарбанке», где возможно является миноритарием, ведь это обычная практика для такого банка в отношении высшего руководства. За долгие годы работы вполне возможно скопить приличную сумму и правильно распорядиться ею».
Для этого, говорит он, были возможности как до кризиса, – банк активно занимался различными инвестиционными проектами в недвижимости, – так и во время кризиса: тот, кто покупал акции в низшей точке, мог неплохо заработать. Если же Сергей Лыков вкладывался в инвестпроекты банка, то это, скорее всего, коммерческая недвижимость Москвы и Санкт-Петербурга. Пять лет назад под эти объекты совместно с ГК «Бекар» банк из своего и привлеченного капитала сформировал инвестпортфель на $0,5 млрд.
Если бы не побочные источники доходов и управление накопленным капиталом, никогда бы Сергею Лыкову не стать в госкорпорации миллионером. Банкиров на госслужбе не жалуют, и работа в коммерческом госбанке – совсем не то, что в некоммерческой, по сути, госкорпорации. В 2008 году члены правления ВЭБа получали в среднем по 1,35 млн в месяц, при этом их коллеги в крупнейших коммерческих банках, в том числе государственных, зарабатывали в три раза больше. В 2009 году и эта сумма сократилась на треть, до 882 000 руб., так как премий в ВЭБе не выдавали. В результате, по размеру вознаграждений, выплаченных членам правления в банках, ВЭБ снова не попал даже в «десятку».
Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети:
ВКонтакте или
Facebook.
А Лыков квартир или домов в этом году не продавал, не покупал, не менял? Может, все проще? Лимон баксов – это неплохая, но невыдающаюся квартира в Мск или – тоже не супершикарный – дом на Новой Риге какой-нибудь. Не отвечал на телефон – плохая отговорка. Тем паче, что праздники – человек мог уехать. А в Вэбе пресс-служба есть, консервативная, конечно, но работать умеют
Вряд ли квартира, или какой-то другой актив, выход из которого принес доход, был куплен на зарплату в ВЭБе, верно? Но в чем-то вы правы, возможно кому-то из правления ВЭБа при их зарплатах скоро придется распродавать недвижимость, чтобы как то поднять уровень жизни, упавший после невыплаты премий. Поэтому все-таки хорошо когда у них есть побочные источники доходов, как, например, у Сергея Лыкова.
RSS
2
экспорт в блог
Компанию самым состоятельным госслужащим 
Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети:
