Меры пресечения часто становятся в руках российского следствия колоссальным прессом давления, который используется для выжимания необходимых показаний и занятия комфортной для следствия позиции
Смерть – это всегда трагедия. А когда это происходит в условиях лишения свободы, с молодым человеком, который отбывал не наказание, а «меру пресечения» по делу, где он обвинял правоохранительные органы, то эта смерть кроме человеческой трагедии, становится трагедией социальной.
Гибель 37-летнего партнера аудиторской компании Firestone DuncanСергея Магнитского, обвиняемого в содействии в уклонении от уплаты налогов главе инвестфонда Hermitage Capital, обнажила как минимум две проблемы российского правосудия.
Одна из них – это чудовищные условия содержания под стражей. Тюремная смертность в России растет с каждым годом. Тот же Магнитский многократно жаловался на ужасы «Бутырки». Его периодически помещали в тесную камеру (4 кв. м на 17 – 18 человек или 20 кв. м на 70 человек), часто без окон, света, горячей воды и еды, функционирующего туалета.
Другая проблема – выбор меры пресечения в отношении лиц, совершивших экономические преступления, становится одной из основных на российском правовом поле. Речь идет о целесообразности заключения под стражу «экономических» обвиняемых. На сегодняшний день предварительное заключение используется следствием не как реальная мера пресечения, а как одна из форм наказания. Магнитский провел в СИЗО 11 (!) месяцев. В России десятки тысяч подозреваемых в экономических преступлениях находятся под стражей более года. Тем временем, обычный срок содержания под следствием не должен превышать ДВУХ месяцев и может быть продлен только в исключительных случаях.
Я думаю, что скоропалительные аресты и длительное содержание под стражей «экономических» подозреваемых часто наносит ущерб истине, потому что на свободе эти люди могут дать следствию больше, чем в качестве узников. Более того, подобные действия следователей наносят существенный вред общему делу борьбы с настоящими правонарушителями – таким образом общественному мнению демонстрируется возможность безнаказанного совершения преступных действий со стороны государства.
В российском законодательстве существует с десяток способов мер пресечения: поручительства, домашние аресты, крупные денежные залоги и т.д. Но самый банальный – арест – продолжает быть самым популярным. Более того, меры пресечения часто становится в руках российского следствия колоссальным прессом давления, который используется для выжимания необходимых показаний и занятия комфортной для следствия позиции. Очевидно, что методы, применяемые сегодня предварительным следствием, не являются социальным отражением уровня развития нашего общества, а во многом повторяют механизмы, которые были выработаны еще в сталинские времена. Тогда заключение под стражу было самой распространенной и очевидной мерой пресечения. И последствия таких решений оказывались самыми драматическими. То же самое отчасти происходит и сейчас. Следователи фактически присваивают себе судебные функции, так как тюремное заключение подозреваемых на много месяцев является, по сути, фактическим наказанием. А любая попытка присвоения функций суда в вопросах определения виновности и степени наказании, несмотря на очевидные мотивы и понятную жажду справедливости, влечет за собой самые опасные и неконтролируемые последствия. Только суд может определить, виновен или невиновен человек, который обвиняется в преступлении, – несмотря на всю кажущуюся очевидность обвинений. Только суд может определить правовые последствия, связанные с совершенными правонарушениями. Ни одна организация, даже самая солидная, не в праве присваивать себе карательные функции государственных органов.
Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети:
ВКонтакте или
Facebook.
к данной статье ничего прибавить не возможно кроме того что сейчас распространена практика когда коммерсантов сажают в сизо а там с ними "работают"и когда он выходит то оказывается что все его имущество переписано на других вот сейчас происходит "прессуют" человека подозреваемого в том что он украл 16.5 миллионов долларов-юриста родителей умершего строительного магната и скорее всего украл но зачем его в камере избивать?
Вы что написали? "Следователи фактически присваивают себе судебные функции, так как тюремное заключение подозреваемых на много месяцев является, по сути, фактическим наказанием".
Статья 108. Заключение под стражу 1. Заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого
Только суд принмает решение по данному вопросу. Другое дело, что статистика решений в пользу следствия.
RSS
3
экспорт в блог
Смерть – это всегда трагедия. А когда это происходит в условиях лишения свободы, с молодым человеком, который отбывал не наказание, а «меру пресечения» по делу, где он обвинял правоохранительные органы, то эта смерть кроме человеческой трагедии, становится трагедией социальной.
Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети:
