Борьба за электронные триллионы

о конкурсе Минэкономразвития среди электронных торговых площадок:

Мы не собираемся участвовать в конкурсе. Критерии отбора не то чтобы жесткие, техническое задание надо выполнить, и все. Но есть другой момент: в качестве обеспечения необходимо 2 млн перечислить, и потом еще 7 млн. Нам в любом случае это экономически не выгодно на сегодняшний день. В принципе, и 2 млн можно перечислить, они вернутся. Но 7 млн перечислить? На пять лет отбор производится, и в том случае, если какое-то нарушение будет, соглашение расторгается, и деньги не возвращаются. Нарушение, оно в принципе может быть.

А техническое задание, которое есть, оно реальное и оно посильное. Функцию торгового оператора выполняет торговая площадка. На сегодняшний день, для того чтобы нам нашу торговую площадку усовершенствовать в соответствии с теми требованиями, которые заявлены, достаточно месяца работы. Скорее всего, будут участвовать три площадки, Сбербанк в любом случае останется, какие еще операторы будут участвовать – сложно сказать.

о конкурсе Минэкономразвития среди электронных торговых площадок:

Вы понимаете, какая серьезная ответственность ложится на площадку в случае отбора ее федеральным оператором. Там будут совершенно не те суммы, которые представляют проблему для оператора площадки. Площадка будет нести ответственность перед заказчиками и поставщиками, средствами которых она будет распоряжаться на протяжении выполнения заказа. Если у площадки нет возможности найти 7 млн (на обеспечение участия в конкурсе – Slon.ru), то как она будет проводить аукцион на миллиарды рублей и нести при этом ответственность? 7 млн – это весьма низкий барьер для электронных площадок. Нет причин говорить, что это как-то реально тормозит их участие в отборе.

Не обязательно оператор торговой площадки должен являться банковской структурой, но при этом электронная площадка должна обеспечить условия, при которых будут приниматься средства для обеспечения участия в аукционе, иметь возможность выплачивать по этим депозитам соответствующий процент – 3%.

У Сбербанка в данном случае ровно такие же шансы быть отобранным, как и у других площадок. Любая площадка, которая будет претендовать на роль оператора на официальном уровне, [имеет шанс победить]. Возможно, с точки зрения, что многим площадкам только предстоит заключить соглашения с банками, они (площадка «Сбербанк-АСТ» – Slon.ru) находятся в более выгодном положении. Хотя не могу сказать со стопроцентной уверенностью, что у Сбербанка есть такое соглашение с площадкой «Сбербанк-АСТ».

Я считаю, что банкам выгодно заключать соглашения с операторами, поскольку участие компании в торгах требует обязательного внесения обеспечения на какой-то срок. На протяжении этого срока банки получают средства, которые должны аккумулироваться на счетах электронной площадки. Участие в этом проекте банка будет гарантировать безопасность этих средств.

Существует процедура обжалования [результатов конкурса] заказчиком. И хочу отметить, что факт получения конверта с признаками вскрытия будет зафиксирован при представителе электронной площадки. Допустим, [это] курьер, который принес конверт с заявкой. Если экспедиция отметит этот факт, то будет поставлена отметка курьеру. Будет понятно, на каком этапе повреждение конверта произошло. Почвы для злоупотреблений нет.

о конкурсе Минэкономразвития среди электронных торговых площадок:

Условия нормальные, но дело в том, что они выдвинули эти условия после постановления правительства, по которому были определены три основные площадки, и которые практически автоматически пройдут почти со стопроцентной вероятностью. Подхода может быть всего два. Либо формируются общие требования к площадкам, сколько их будет, неважно, если площадки этим требованиям соответствуют. Либо она создается одна на всю страну, как это сделано в Китае или в США.

Есть много претендентов. Есть площадки «B2B», «Фабрикант», «ЕТС», порядка десяти торговых площадок в регионах. Кого выделить, я совершенно не могу предсказать. Я, к примеру, совершенно не ожидал, что вот эти три площадки окажутся в постановлении правительства, что все будет таким образом оформлено. Если вспомнить предысторию, например, Сбербанк электронными торгами никогда не занимался. Он просто купил компанию-сервис и неожиданно оказался в постановлении правительства. Остальные площадки – они действительно с большим опытом. На самом деле, выбираются даже не площадки, а организаторы и операторы.

Точно в состоянии обеспечить свое участие в отборе «Сбербанк-АСТ», московская «Единая электронная площадка» и «Система электронных торгов» в Татарстане. Сейчас площадки являются коммерческими, фактически они должны взять счета поставщиков, поскольку обеспечение счетов у нас фиксируется у операторов. По 93-ФЗ обеспечение заявки, когда поставщик подает на аукцион, перечисляется не в казначейство, а оператору. Фактически, то время, когда поставщик участвует, он держит на счету определенную сумму. Эта сумма может там находиться несколько месяцев. Когда поставщик оплатит, тогда ему деньги вернут. Главными выгодоприобретателями в этой схеме получаются банки. Если банк создает площадку или имеет площадку в партнере, оператор держит деньги там, то банк фактически получает те деньги, которые лежат у него, но по которым он не начисляет проценты депозитные. Именно поэтому я и не могу сказать, какая из площадок подойдет. Если одна из площадок скооперируется с банком, у которого подобные деньги на обеспечение есть, это будет взаимовыгодное партнерство.

о конкурсе Минэкономразвития среди электронных торговых площадок:

Трудно назвать это отбором. Это не отбор, а назначение. То, что вывесил МЭР на своем сайте, подтверждает тезис, что государство и дальше будет назначать операторов электронных торговых систем. Компании, которая осуществляет работу центра обработки данных, функцию удостоверяющего центра и функцию банка и функцию оператора электронных торговых систем, в природе не существует. Значит, все те компании, которые будут участвовать в отборе, они будут проходить не отбор, а назначение.

Задание, которое висит, было проработано достаточно детально, с точки зрения управления большим количеством свободных денег. Поскольку предусматривается депонирование средств поставщиков с целью обеспечения своих намерений по поставке товаров, работ и услуг в адрес организаторов торговых процедур, предусматривается депонирование на счетах оператора. Тематика управления денежных средств проработана достаточно подробно и тщательно. Это говорит о следующем: чиновники это техзадание готовили вместе с банком, и судя по всему, вместе со Сбербанком. Сбербанком лоббируются его собственные интересы, так как у него есть своя площадка.

Мы планируем, на самом деле, кооперацию с банком. С моей точки зрения, пропагандируется борьба с коррупцией, и при этом назначаются компании, то есть никакой конкуренции. Бороться с коррупцией можно только при помощи прозрачности и конкуренции. А когда мы выдаем критерии и говорим, что в отборе будут участвовать операторы торговых систем, которых нет в природе... Что сейчас должно происходить? Мы как оператор, который уже проводит около 1000 торговых процедур для госструктур, дальше мы должны идти и предлагать кооперацию сначала дата-центру,
удостоверяющему центру и банку, потому что без этой кооперации мы не можем принять участие в конкурсе. Вот сейчас рассматриваем, с кем и как кооперироваться.

Весь рынок знает, кто может оказаться в лидерах. Три площадки, которые уже определены, плюс РТС и ММВБ. Мы уже знаем, кого назначат. Но я считаю, мы все-таки должны участвовать. Одно дело – критиковать и не участвовать. Но возникает вопрос, тогда зачем ты критикуешь? Другое дело – выполнить все, чтобы попробовать свои компетенции предложить государству.

выступление на конференции «Реформа госзаказа: развитие электронных торгов»:

Существует механизм интеграции [торговой площадки с системами заказчика], мы понимаем, что многим госзаказчикам удобно работать в таком же режиме. Если такие системы уже есть. Понятно, что та инфраструктура, которая создавалась годами, на которую потрачены силы, ресурсы, должны быть максимально задействованы. Если заказчик не эксплуатирует систему такого рода – предусмотрен другой интерфейс работы в самостоятельном режиме.

Проект реализуется под эгидой правительства Москвы. «Банк Москвы» в проекте решает задачи, связанные с обеспечением блокирования задатков участников, банковские гарантии предоставляет.

Говоря о том, как используются аукционы в городе Москва, заказчики активно ввели эти процедуры. К преимуществам хотел бы отнести следующее. Аукционы удобны и для заказчиков, и для предпринимателей. Информация размещается в электронном виде. Участники получают доступ круглосуточно и бесплатно. Каждый участник торгов, который использует услугу, может получить SMS с теми позициями, которые их интересуют.

Практически исчерпана проблема, что у кого-то нет доступа к интернету. Чтобы участвовать в торгах удаленно, госзаказчику и предпринимателю необходимо получить электронную цифровую подпись. Число точек выдачи ЭЦП – 600. Мы видим, что этого недостаточно.

Мы разработали специализированный проект – стартовый комплект поставщика. Получивший сертификат ЭЦП при получении такой коробочки может участвовать в торгах. Пять документов – три шага. Только один является внешним – выписка из единого реестра, но мы ведем переговоры, чтобы эти выписки можно было бы получать в режиме онлайн.

Существует возможность участвовать в нескольких торгах одновременно, притом что они могут географически проходить где угодно. Обеспечена анонимность торгов. Эксперимент запущен с июля. По нашей площадке были определенные трудности, и заказчики, которые являются основными участниками эксперимента, должны были адаптироваться. Практика говорит, что статья [41 закона о госзакупках] работоспособна, и если говорить о проблемах и шероховатостях, то все разрешимо.

о конкурсе Минэкономразвития среди электронных площадок:

«Сбербанк-АСТ» примет участие в конкурсе, объявленном Минэкономразвития, на отбор электронных торговых площадок. «Сбербанк-АСТ» будет участвовать как коммерческая структура на равных условиях с другими компаниями. Мы считаем, что данный конкурс проходит, безусловно, в рамках закона и положительно отразится на поставщиках и заказчиках. В первую очередь, электронные аукционы призваны сделать процесс размещения госзаказа наиболее прозрачным и открытым для конкуренции, минимизировав коррупционные риски. Также создаются здоровые конкурентные отношения между компаниями, обеспечивающие экономию бюджетных средств на приобретаемые товары, работы и услуги без потери качества.

о конкурсе Минэкономразвития среди электронных торговых площадок:

Министерство экономического развития на данном этапе изобрело новый способ закупок, который называется отбор. Но этот способ не включен в 94-ФЗ, но может быть, потом его включат. Участвовать могут только те, у кого есть очень большие деньги. 2 млн обеспечения должно быть, потом 7 млн – обеспечение заявки контракта, потом еще 2 млн вы заплатите за то, что у вас примут площадку в действии. Итого 11 млн только для того, чтобы получить возможность участия. Поскольку отбор сделан таким образом, что многое идет на усмотрение Министерства экономического развития. Более того, вы готовите заявку, ваша заявка принимается, или не принимается, а дальше они рассматривают эту заявку, выбирают тех, кого им надо, потому что критериев отбора нет фактически, только техническое задание.

Тем, кто готовы, выполнить само техническое задание несложно. Сейчас на рынке порядка 60 [игроков], из них 41 – это региональные площадки. Функционал, который существует в главе 3.1 [федерального закона о госзакупках], за полгода вполне можно написать. Практически все могли бы участвовать, и что самое главное, все могли бы выполнить эти условия.

Но обеспечение – это значительная сумма. Допустим, на 7 млн можно гарантию взять у банка под 4%, а может, и под 10% годовых. Это получается, порядка 3,5 млн вы заплатите за 5 лет, плюс 2 млн необходимо внести сейчас, и 2 млн за принятие – в итоге 7,5 млн. По 3 000 руб. берется с каждого победителя. Вот посчитайте количество аукционов, которые необходимо провести.

Три места уже точно заняты, с моей точки зрения, – это площадки, которые назначило правительство, а два места тоже, скорее всего, определены. Но фактически конкурс должен пройти. Тем не менее, я считаю, что участвовать надо всем, чтобы показать, что площадки есть, что их не 5, и тем более, что это площадки не новые, у которых нет ни опыта, ничего, как, к примеру, у Сбербанка.

Площадки – они работают, но сам алгоритм аукциона несостоятелен за счет того, что закон написан неправильно. За счет этого такое снижение конкуренции, такое снижение экономии. Всю главу 3.1 нужно менять от начала до конца. Необходимо оставить статью 41, увеличить сумму закупок до 5 млн рублей хотя бы, а лучше до 10. Ввести в 41 статье шаг аукциона, а главу 3.1 полностью переписать.

о конкурсе Минэкономразвития среди электронных торговых площадок:

Можно было бы попробовать поучаствовать, только на федеральном уровне будет слишком проблематично пробовать, там уже, скорее всего, все решено. Программное обеспечение у нас стоит, оно 94-ФЗ соответствует, многие торговые площадки по России на нем крутятся. Но залог для участия в конкурсе – это слишком большая сумма. Мы торговую площадку только запустили, откуда такие деньги могут быть? Сейчас мы только набираем свою клиентскую базу, разворачиваем региональные представительства. Положить 9 млн – это нереально, чтобы положить деньги, они там полежали, проиграть конкурс и выйти.

Сейчас три площадки уже есть, поддерживают чувашскую торговую площадку. С такими монстрами биться довольно проблематично. Если «B2B» еще выйдет... кроме того, может выйти в лидеры одна из региональных площадок, у кого есть неплохая поддержка.

Выступление на конференции «Реформа госзаказа: развитие электронных торгов»:

Говоря о сегодняшнем дне, мы забываем, кем мы были три года назад. До вступления в силу 94-ФЗ [о госзакупках] мы не знали результатов года финансового, результатов выполнения договорных отношений, это приводило к долгам перед поставщиками. Регламент, который прописан в 94-ФЗ, позволил регулировать и информационно сопровождать все, что происходит.

Количество бюджетополучателей – 6000. Действует процедура планирования, подведения итогов госконтракта, мониторинга, проверки результатов. Мы это называем единой системой мониторинга торгов. Есть конкретные предложения. У нас разработан договор поручительства, мы готовы весь продукт [предоставить], чтобы продукт использовать в практической работе. Мы готовы продемонстрировать, как на практике использовать на базе безвозмездного поручительства этот продукт.

Мне кажется, что вопрос предквалификации – она нужна самому госзаказчику. Мне кажется, что все действующие классификаторы требуют доработки. Главные усилия, которые надо направлять – предметно, конкретно описывать потребности. Второе: научиться оправдывать те этапы, на основании которых можно определять, применять или нет штрафные санкции к поставщику.

Если говорить о 94-ФЗ, он регламентирует только факт проведения процедур, дает возможность понимать по каким основаниям, какие потребности и задачи ставит перед собой госзаказчик, чтобы получить правильного поставщика услуг. Мы совершенно четко увидели, через режим одного окна собирая заявки, четко увидели, что вопрос переместился в сферу сговора: выступать или идти на демпинг. Тогда мы привлекаем к работе правоохранительные органы.

На мой взгляд, это четко демонстрирует, что если мы через процедуру, не зная друг друга в физическом плане (то есть при анонимности поставщиков на конкурсе – Slon.ru), ищем потенциального поставщика и заключаем контракты, то мы находим принципиально верное решение для себя, чего мы хотим добиться. Мы получаем не только снижение стартовой цены, но и комплекс мероприятий, когда заказчик формирует свои потребности.

Наша поддержка 94-ФЗ и перехода на электронные аукционы – не потому, что мы являемся участниками эксперимента. Мы столкнулись с непониманием исполнительной власти. Для нас на сегодняшний день та ответственность, которую мы несем... Электронные аукционы мы называем формированием пространства доверия. Такая форма позволяет фиксировать все действия всех участников аукциона.

Мы работаем со второй стороной – потенциальными участниками, – чтобы комплект [документации] поставщика имел однообразную форму, чтобы он мог стать участником торгов.

Сама дискуссия на сегодняшний день [идет о том], по какой главе [закона о госзакупках] работать: 41 или 3.1. Несмотря на сдвигающиеся сроки, мы всех переводим на проведение электронных торгов. Общий процент снижения цен по системе составляет около 10%, а при переходе к иной форме проведения – это уже 18%. [Возникает] вопрос демпинга, когда потенциальный участник пытается мешать заключить госконтракт.

У нас есть огромная просьба к ФАС и МЭР. На заказчика возлагается уголовная ответственность за действия, которые он может совершить. Вопрос в балансе, аналогичных мерах, которые накладываются и на поставщика.

выступление на конференции «Реформа госзаказа: развитие электронных торгов»:

Я представляю сегодня, в первую очередь, одну из трех уполномоченных площадок («Система электронных торгов» правительства Татарстана – Slon.ru). Так случилось, что нашу площадку уполномочили для проведения пилотного проекта [электронных аукционов], для сбора тех ошибок. Уже объявлен отбор других площадок, которые станут уполномоченными. Я знаю, как ревностно относятся коллеги из B2B, ЕТС, «Фабриканта», других крупных площадок, которые считают, что тоже заслужили право на ведение аукциона.

Я вывел основные принципы, которые сформировались в Татарстане еще в начале века. У государства есть два способа помогать бизнесу. Один – обеспечение льгот и преференций, льготные кредиты, льготное налогообложение. Второй – доступ к продажам [определенных] фирм. На самом деле есть 4 группы фирм: бюджетные, корпоративные, тарифообразующие предприятия и исполнители госконтрактов, которые заключаются без торгов или по результатам торгов. И есть механизмы доступа – конкурсы, которые обеспечены равнодоступностью, прозрачностью и гласностью.

Известны принципы конкуренции. Всего пять таких точек. Должно быть много продавцов и много покупателей. Отсюда – болезненное восприятие композитных лотов, где с молоком продается селедка. Свободный вход, поэтому болезненно воспринимается препятствие входу на рынок под любым предлогом.

Третье – свобода информации, информация должна распространяться свободно и совершенно бесплатно. Необходимо создать единую информационную среду, где будут и цены. Продавцы и покупатели не должны вступать в сговор. Продукция должна быть однородной. Попытки менять условия заказа после того, как прошли торги, [должны быть исключены].

На базе этого формируется в Татарстане единая система торгов. Одним из ресурсов является торговая площадка. Наша площадка признана одной из трех уполномоченных. Площадки должны быть одинаковыми, почему их должно быть немного, тоже понятно. Агрессивная политика приводит к тому, что у каждого директора школы будет своя площадка. Аукцион должен быть анонимен, [это обеспечит] невозможность сговора сторон при небольшом количестве площадок.

Площадку мы обозначили. Интерфейс площадки достаточно простой, принципы и алгоритмы везде одинаковы. В Татарстане 51% размещается в электронной форме, в Калуге – 78%. Если я спрошу, какой процент, у госзаказчиков – наверное, я удивлю цифрой: 0,8%. Очереди не видно. Это демонстрирует неумение и нежелание.

Электронные торги возможны только при выполнении 5 принципов конкурса, и не должно быть мысли об административной предквалификации. Мы слушали оппонентов. Что они говорили, укладывается в одну фразу моего любимого барда Дольского: «Как романтичны оправданья измен, соблазнов и грехов».

о конкурсе Минэкономразвития среди электронных торговых площадок:

Участвовать мы по-любому будем. Если не мы, то кто же? Что касается критериев, то мы знакомимся с ними, очень многое вызывает удивление. Самый удивительный пример: написано, что если ваш конверт с вашей заявкой был направлен, и на нем видны следы вскрытия или попытки вскрытия, то ваш конверт вскрывается и направляется без рассмотрения. Представьте себе ситуацию, что меня уже не надо отвергать по формальным признакам. Достаточно надорвать наш конверт и сказать, что это была попытка вскрытия, и отправить конверт без рассмотрения обратно.

Или допустим, площадка, которая будет участвовать в конкурсе, обязательно должна иметь коннект с сайтом Минэкономразвития. А по решению Минэкономразвития, его сайт появится в 2011 году. Возможно, конечно, найти коннект с тем, что не существует на сегодняшний момент, но, наверное, сложно.

Привлекаются, как я понимаю, коммерческие операторы, если там разрешено брать плату. Тогда ставится очень забавная задача: чем больше я провожу сделок на площадке, и чем больше у меня клиентов, то через определенный промежуток времени я должен перестать брать за это деньги (имеется в виду требование перестать взимать плату с участников площадки при превышении определенного объема сделок – Slon.ru). Смысл коммерческой компании – привлекать больше клиентов, чтобы потом перестать за это брать плату?

Мы смотрим. Достаточно высокими мы считаем требования по технической части. Закрытие информации: непонятно, зачем закрывать информацию. Ставка, например, может просуществовать одну минуту. Никакой хакер взламывать ее не собирается, а ее делают с очень высоким шифрованием. Но это больше от непонимания тех, кто ставил задачу. Скорее всего, брали из других источников, из каких-то других систем аналоги.

Мы – достаточно крупная компания, мы можем себе позволить 9 млн [обеспечения]. Хотя я считаю, что определенные условия, которые прописаны, – компания, которая выиграет, потом должна будет пройти техническую экспертизу по подтверждению того, что она заявила. А подтверждение наличия – это достаточно субъективная вещь. 7 млн могут не вернуть. Это достаточно большой риск. Нам это по силам, по силам ли это другим, мне сложно сказать.

Я могу сказать, что на сегодняшний день, мониторя рынок и видя те требования, которые написаны там, можно предполагать, что, по крайней мере, те площадки, которые представлены на рынке, наверное, во многом не соответствуют этим требованиям. Там идет ссылка на документ, подписанный в 1994 году, когда еще персональных компьютеров было маловато. Там прописаны требования, которые относятся к прошлому веку.

Наверняка будут конкурировать все три площадки, которые установлены постановлением правительства. Если не выберут площадку Татарстана или Москвы, это будет решаться политически, это будет звонок одного руководителя другому. Это мы не можем звонить, потому что являемся коммерческой структурой. Хотелось бы видеть, на основании чего будет происходить выбор. Я считаю, что в честной борьбе у нас очень высокие шансы.