Би-би-си: «Мы не хотели сглаживать углы в фильме о Путине»

– Правда ли, что Ангус Роксборо ранее консультировал Путина по вопросам улучшения его имиджа на Западе?

– Ангус не консультировал лично Путина, в течение трех лет он работал в американской PR-компании Gplus, расположенной в Брюсселе и консультировавшей Кремль. Недавно, кстати, вышла его книга «Strongman», где он пишет, в том числе, и про этот эпизод своей жизни

– Сам факт показа фильма о Путине по телеканалу НТВ, да еще и в разгар предвыборной кампании внушает подозрения, что он как минимум очень лоялен к Путину. Вам лично не показалось, что многие острые углы, и правда, были сглажены?

– Я знаю, что никакой задачи по сглаживанию углов у создателей фильма не стояло. Мне с самого начала хотелось, чтобы фильм был более многоплановым, чтобы помимо вопросов международных отношений, отношений между Россией и Западом, мы смогли бы показать и внутренние проблемы России, ее политики. Но с самого начала была установка показать ключевые моменты именно отношений между Россией и Западом. Кстати, изначально фильм и должен был так называться: Россия и Запад. Слово Путин появилось уже после окончания работы над фильмом. Поэтому эпизоды отбирались по принципу: что за эти десять лет было важным именно для отношений между Россией и Западом. И если посмотреть фильм не предвзято, очевидно, что никаких острых углов никто не обходил.

– В фильме  первые годы Путина преподносятся как период супер-успешных реформ. При этом не упоминается то, что цены на нефть в 99-м году выросли вдвое, и именно этим, очевидно, в первую очередь объяснялся экономический рост, в то время как никакие реформы не могут дать результат за такой короткий срок.

– Нигде в фильме не говорится о том, что первые годы Путина у власти были периодом суперуспешных реформ. Мы рассказываем о его попытках реформировать экономику, о введении болеет низкого налога, о принятии закона о земле, о надеждах на дальнейшие реформы (об этом рассказывает Михаил Касьянов). Рассказ об экономических реформах заканчивается словами: путинские реформы начали работать. Впервые после развала СССР бюджет оказался профицитным. Согласна, в том контексте ничего не говорится об одной из причин успеха – о высоких ценах на нефть. Однако дальше в фильме мы об этом говорим. Правда, в другом контексте.

– Эпизод с закрытием НТВ (а он, как известно, для формирования имиджа Путина в России стал переломным) показан через призму борьбы с Гусинским. Вы как журналист согласны с такой интерпретацией событий? И как объяснить, что команда независимых журналистов с этого канала не смогла работать затем ни на ТВ6, ни на ТВС. Об этом в фильме ни слова.

– Фильм не об имидже Путина в России, это не было задачей. Он, скорее, о том, какой имидж Путина сложился на Западе в результате его поступков и действий. Да, мы не говорим в фильме о судьбе журналистов после разгрома НТВ. Дело в том, что на Западе арест Гусинского и разром НТВ стали знаковыми. В комментарии мы говорим: Гусинский был освобожден только после того, как согласился продать свои медиаактивы государственной компании и покинуть Россию. Это был первый шаг Путина – взять под контроль российское телевидение.

Я как журналист сделала бы, и, надеюсь, сделаю другой фильм, полностью посвященной тому, что произошло с журналистами и с журналистикой в нулевые. Фильм, который я сняла о журналистах и профессии журналиста в России в 90-е, я уже сняла. Он называется «Тяжкое бремя свободы». Он заканчивается как раз разгромом НТВ.

– По вашему этот фильм как-то помогает ответить на вопрос «ху из мистер Путин»?

– В какой-то степени – да, как любой документальный фильм, авторы которого попытались добросовестно и непредвзято посмотреть на то, как развивались отношения между Россией, которую он возглавлял все эти годы, и Западом. Конечно, можно сделать еще с десяток фильмов, и каждый из них мог бы что-то добавить к ответу на вопрос who is Mr.Putin?

– Будь вы на месте путинского пиарщика – посоветовали бы вы ему ставить этот фильм в ходе предвыборной компании?

– Я не пиарщик, по сути, я журналист, воспитанный Би-би-си. Я стараюсь смотреть на вещи непредвзято. У пиарщика другая работа. Надеюсь, телеканал, который в свое время гордо заявлял: «Новости – наша профессия» и который решил поставить в эфир наш фильм именно сейчас, руководствовался именно этим.

– Есть что-то, что не вошло в фильм, но вам бы хотелось вставить?

– Как я уже сказала, я бы хотела, чтобы в фильме было больше воздуха, чтобы рассказ об отношениях между Россией и Западом шел на фоне того, как жила Россия все эти годы. Но это было бы совсем другое кино. Когда начинаешь работать над фильмом (да и газетной статьей), задаешь себе вопрос: «О чем кино?» Так вот: фильм «Путин, Россия и Запад» о том, как складывались отношения между путинской Россией и Западом. И если какие-то важные эпизоды 12-летней истории правления Путина не вошли в фильм, то это было сделано не по злому умыслу, а потому, что не отвечало концепции.