ОСАГО-банкроты

Растущее число банкротств страховых компаний стремительно съедает объемы гарантийного фонда Российского союза автостраховщиков, из которого выплачивается компенсация клиентам компаний-банкротов. Во втором квартале этого года, по данным вице-президента РСА Андрея Батуркина, выплаты превысили поступления в полтора раза.

В прошлом году соотношение у РСА было обратным: союз выплатил 500 млн руб., собрав 2,5 млрд руб. Но тогда не было такого количества компаний-банкротов, по обязательствам которых вынужден платить РСА. Из-за возросшего числа банкротств РСА сравнялся по выплатам по ОСАГО с крупнейшими страховщиками, войдя в тройку лидеров наряду с «Росгосстрахом» и «РЕСО-Гарантией». А в конце весны этого года РСА перестал справляться с наплывом заявителей и был вынужден «занимать» помещения и рабочие руки у крупных страховых компаний.

У большинства обанкротившихся компаний отсутствуют какие-либо активы: владельцы компаний в рамках процедуры банкротства ставят своих арбитражных управляющих до того, как РСА успеет что-либо предпринять, и выводят активы. Надзорный орган узнает об этом слишком поздно: он видит только те цифры, которые страховщик представляет по состоянию на отчетную дату, и беспокоиться начинает, когда начинают поступать жалобы на невыплаты. «Нарисовать» же соответствующие нормативам цифры на отчетную дату для компаний проще простого: наличие достаточной ликвидности на счетах, например, показывается за счет размещения на них средств, полученных в качестве однодневного кредита. Потому РСА настаивает на новой системе отчетности и контроля, при которой Росстрахнадзор получит возможность проверять наличие и надежность активов компании по состоянию на любую дату. Тормозят пока в Госдуме и поправки в законы «Об организации страхового дела» и «О банкротстве», которые позволили бы назначать временную администрацию в компании сразу же после приостановки лицензии, а не после ее аннулирования (как это происходит сейчас), лишая компании времени на махинации с активами.

Но краеугольным камнем формирования системы должна стать, по мнению РСА, личная материальная ответственность руководителей компании, а также принятие нормы, запрещающей руководителям обанкротившихся страховых компаний занимать должности в руководстве новых компаний сроком на 2 – 3 года. Аналогичная норма действует на банковском рынке, где ЦБ имеет списки банкиров, когда-то возглавлявших банки-банкроты, и не утверждает их на должности. ФСС, правда, в отличие от Банка России, не имеет полномочий утверждения руководителей страховых компаний.

Пока же выплаты из «цехового» кармана растут, и никто не берется сказать, каким будет совокупный портфель непокрытых банкротами обязательств в конце года. За семь месяцев этого года лицензии уже потеряли 13 страховщиков (больше чем за весь 2008 год), и еще около двух десятков, по словам Батуркина, в настоящее время находятся под пристальным вниманием союза. Если ситуация будет усугубляться, то РСА планирует попросить Минфин инициировать поправки к закону об ОСАГО, разрешающие объединять фонд, из которого производятся выплаты по обязательствам банкротов, с фондом, средства которого предназначены для выплат потерпевшим в ДТП, если виновник скрылся или не застрахован. Это позволит РСА к 3,3 млрд руб., которые сейчас имеются в фонде банкротства, добавить 6,9 млрд руб. из фонда для выплат по ДТП. Сами страховщики готовы вообще отказаться от компенсационных фондов, полагая, что компенсационные выплаты только маскируют существующие на рынке проблемы. Председатель совета директоров «РЕСО-Гарантии» Сергей Саркисов уверен, что, не будь гарантийного фонда, рынок прошел бы через хаос, но вышел бы из него обновленным.