В прошлый раз мы рассуждали о региональной экспансии наших сотовых компаний. На этой же неделе поводы продолжить рассуждения уже о другом аспекте развития появились как будто сами собой. В центральной прессе вышло два крупных интервью: Алексея Резниковича – управляющего директора холдинга Altimo, занимающегося развитием телекоммуникационных активов «Альфа-групп», и Владимира Евтушенкова – основного акционера холдинга АФК «Система», основной вес в активах которого также составляют телекомы. И навеяли они раздумья по поводу процесса технологической диверсификации в российской телекоммуникационной отрасли. Правда, здесь всё же надо выразиться яснее: чтобы не «закопаться» в сонме существующих технологических подходов, преследующих одни цели, речь будем вести о диверсификации услуг.
Агрессивной активности наши операторы связи здесь никогда не проявляли. Долгое время с середины 90-ых годов развитие в этом направлении было, условно говоря, «экстенсивным»: телекомы постепенно расширяли набор услуг, возможность которых им давало существующее оборудование или новое, пришедшее на смену прежнему в рамках его модернизации. Так, грубо говоря, помимо голосовой связи у сотовых операторов появились дополнительные услуги, а у «традиционных» – передача данных (в частности, доступ в интернет). Данные процессы по-прежнему имеют место с характерными для экстенсивного развития «неспешными» темпами роста (например, появилось цифровое телевидение). Никаких «взрывов» здесь заметно не было ввиду инертности пользователей и осторожности самих операторов по причине конкуренции технологических решений, труднопрогнозируемости спроса и недостатка контента.
Что же касается прихода телекомов в смежные сегменты, но при этом предполагающие совершенно иные технологии предоставления услуг, то к настоящему моменту в отрасли были отмечены три подобные тенденции. Первой по времени и, в общем-то, прекратившейся на сегодняшний день стало развитие фиксированными операторами (главным образом, «дочками» «Связьинвеста») мобильного бизнеса. В период «золотого века» российской сотовой связи и стремительного роста рынков это было логично и оправданно. К чести тогдашних менеджеров госкомпаний, которыми являются региональные телекомы, многие из них не упустили нужный момент и стали заметными игроками хотя бы в отдельных регионах. А сама услуга «подвижной связи» (как она называлась в их отчётности) внесла серьёзный вклад в рост доходов электросвязей. Но рынок насытился, доли ведущих игроков «устаканились», и «дочки» «Связьинвеста» разделились на две группы: тех, у кого на руках к этому моменту была лишь «мелочь», и они её продали, и тех, кто освоил большую часть своей зоны покрытия, задумался о консолидации сотовых активов, а теперь «Связьинвесту» предстоит из этого хозяйства лепить федерального сотового оператора (данную тему мы уже рассматривали).
Если описанная выше тенденция была порождением роста экономики страны вообще и телекоммуникационной отрасли в частности, то последняя по времени начала (и иссякшая на сегодняшний день) стала, наоборот, прямым результатом кризиса. Речь об интересе мобильных операторов к сотовому ритейлу. И вроде бы не очень-то надо, и вроде бы рентабельность эта некрасивая в 5% нам ни к чему, но чего уж не подобрать готовую торговую сеть, оказавшуюся парализованной из-за невозможности привлечения кредитных ресурсов. В результате, всё, где с долгами хоть как-то можно было разобраться, «подобрали», но отношения оформили хитро – только бы не консолидировать эту розницу в отчётности. Мол, вначале мы на них со стороны поглядим. Сотовые операторы и сотовый ритейл – это, конечно, отдельная тема для анализа, но оставим её на другой раз, пусть эмпирическая база «подрастёт».
Куда более знаковой тенденцией, активизировавшейся в прошедшие два года и сейчас набравшей ход, мне представляется экспансия сотовых компаний в фиксированную связь. Если спросить самих сотовиков, зачем оно им, скорее всего, мы услышим что-то очень правильное и логичное про будущее конвергентных услуг. Всё верно, всё в соответствии с мировыми тенденциями. Но всему и своё время, а у нас, на первый взгляд, конвергентные услуги – пока что поднимающее дух знамя, но никак не оружие, способствующее достижению цели. Возьмите большинство граждан, являющихся активными пользователями услуг связи: мобильный в кармане и фиксированный ШПД от какого-нибудь провайдера дома. Где пресловутая конвергенция? Но не там ищем: как это ни социально безответственно звучит, а население нашу телекоммуникационную отрасль (да и большую часть всего крупного бизнеса) интересует едва ли не в последнюю очередь. Корпоративный сегмент – вот объект, цель, задача и нужный уровень рентабельности в итоге. А здесь, если только у бизнес-клиента больше одного населённого пункта присутствия, у ведущих сотовых компаний, достигших покрытия своей сетью, условно говоря, всей страны, вырисовывается неплохое конкурентное преимущество: и свои «провода», чтобы другим не переплачивать, и мобильность связи (да про передачу данных не забудем). Вот так наши сотовые операторы, однажды поняв, что в состоянии строить свои сети или покупать владельцев готовых сетей, а не переплачивать кому-то за аренду каналов (считать наши мобильные компании всегда умели), двинулись в «традиционную» связь. Дальше – больше, лицензии на местную связь, на дальнюю связь, услуги населению с быстрорастущим рынком ШПД и цифровым ТВ.
Наконец, поговорим о цифрах. Знаковой эту тенденцию делают два аспекта. Во-первых, речь сразу идёт о полной интеграции двух видов бизнеса: интеграции потоков, управления, со временем – переходе на единую акцию и единый бренд. Немного таких примеров в России, какую отрасль ни возьми: страшно, никто не знает, как делать, кто будет делать, если на Западе у «матёрых волков капитализма» удачные крупные слияния только через раз получаются? Во-вторых, бизнес с большей рентабельностью поглощает бизнес с меньшей, а для российских помешанных на «операционной рентабельности 50%» сотовых компаний это критично. Возьмём слияние «ВымпелКома» и Golden Telecom. Перед сделкой, по итогам 2007 года, вес «ВымпелКома» в обороте объединённой компании (не учитываем внутренние расчёты между двумя компаниями) составлял 84,8%, ГТ – 15,2%. Рентабельность OIBDA первого – более 50%, второго – менее 30%. Теоретический расчёт средневзвешенной по обороту рентабельности даёт менее 47%. Потерять в результате сделки более 3 процентных пунктов отдачи бизнеса – согласятся ли на такое требовательные акционеры? Но, видимо, действительно «карма» наших мобильных операторов – быть на передовой и рисковать. Акционеры «ВымпелкКома» и Golden Telecom рискнули: после завершения слияния реальная рентабельность, совпав с прогнозами, составила 46,8%, через год вернулась на 50,6%. И теперь уже создаётся ощущение, что АФК «Система» в вопросе слияния МТС и «Комстара» ждала как раз появления этих результатов: получилось, удачная интеграция возможна, даём отмашку (хотя разговоры о сделке как ответном шаге шли сразу после покупки «ВымпелКома»).
Ну, хорошо, рентабельность не ухудшили, но стоила ли овчинка выделки, если это единственный результат? Дала ли сделка ещё какой-нибудь эффект? Посмотрим: перед покупкой доля выручки Golden Telecom в выручке «ВымпелкКома» составляла 18%, а отставание выручки «ВымпелКома» от выручки МТС – 14%. Через год после сделки (по итогам второго квартала нынешнего года) выручка «ВымпелКома» превзошла выручку МТС на 6%. Таким образом, приплюсовав себе разом 18% оборота, «ВымпелКом» за год компенсировал 14%-ное отставание от МТС и оторвался на 6%, то есть получил 20%-ный эффект. Вот только получающиеся два процента разницы – вещь эфемерная, они могут быть сколь эффектом поглощения Golden Telecom, столь и разницей в органическом (то есть без учёта приобретений) росте «ВымпелКома» и МТС. И попробуй тут однозначно скажи, успешной оказалась сделка, или нет. Забавно, но итогам второго квартала (то есть перед слиянием МТС и «Комстара») отношение выручки «Комстара» к выручке МТС составляла… 18%. Вот такая магия цифр. Что ж, у МТС есть все шансы через годик вернуть себе лидерство – им меньший гэп от «ВымпелКома» сокращать нужно. Правда, это не учитывая всего, что операторы ещё успеют за это время «напоглощать». И не учитывая накапливаемых в этой борьбе долгов.
По поводу долгов отечественных сотовых компаний периодически отмечаются попытки паниковать. Ну-ка: $1,5 млрд висит на Altimo перед ВЭБом, под которые заложены 44% акций «ВымпелКома», 26 млрд руб. висит на АФК «Системе» перед Сбербанком, под которые заложены акции МТС. Но это Altimo и АФК «Система», первая с трудом, но наскребает средства (вот выторговала дивиденды «ВымпелКома» за 9 месяцев и «Киевстара» за 3 года), вторая рассчитается в рамках обмена активами с государством. А что у самих операторов? На первый взгляд, цифры пугают: по итогам II квартала $8,3 млрд у «ВымпелКома» и $4,6 млрд у МТС. Однако для первого оператора это 1,8 прогнозируемой годовой OIBDA, для второго – вовсе 1,3. Совсем не критичные цифры, учитывая, что после сложного первого квартала компании снова в прибыли и генерируют положительный денежный поток. В крайнем случае с такой долговой нагрузкой они без проблем перекредитуются. Я вообще уверен, что в сложное с точки зрения долгов положение российские лидеры мобильной связи поставлены не будут. В прошлый раз я рассуждал, что эти компании – неплохой бренд для всей нашей страны. А их акционеры давно это поняли в отношении себя. И «Альфа», и АФК «Система», столь разносторонние по интересам холдинги, с таким количеством непубличных видов бизнеса, с административным ресурсом, который инвестиционное сообщество так любит обсуждать и сравнивать, должны беречь «ВымпелКом» и МТС, как зеницу ока. Развивать их бизнес во всех аспектах по мировым стандартам, повышать узнаваемость брендов, беречь от излишних рисков и радовать инвесторов, вкладывающих средства в расписки компаний. Поскольку сотовые компании – это визитная карточка их акционеров там, на Западе. И индульгенция, если что.
Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети:
ВКонтакте или
Facebook.
Сотовые компании живее если не всех живых, то многих точно. Потому что кризис, по идее, на них должен был отразиться чуть ли не меньше всего. Ну разве что сети быстрого питания оказались в более выгодной ситуации)) Но рынок уже развивается далеко не так динамично, как раньше.. Так что вполне понятно их желание залезть в другие страны, в другие телекоммуникационные сегменты и расширять пакет услуг. Вот только, по-моему, компании слабо действуют с точки зрения брендинга. Вымпелком вяло и неуверенно пытается создать единый бренд, но это не смотрится как настоящая серьезная попытка объединить Билайн и Голден телеком. Ну да, корбина – мощный бренд и обидно от него отказываться, но настоящая конвергенция возможна тогда, когда компания едина. И тогда, когда нет голден телекомов и корбин, а есть только Билайн. Желто-черные полоски. Везде. А со связьинвестом вообще комичная история, во всех этих уралсвязьинформах, ютк и сибирьтелекомах кто угодно голову сломает, а потребитель обычный даже вникать не станет, что хозяин как бы один, а не разные компании. Невозможен по-настоящему мощный федеральный оператор без уверенной брендинговой политики. Все имхо, конечно.
RSS
1
экспорт в блог
В прошлый раз мы 
Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети:
