Новости Календарь

«Россияне не хотят выбираться за рамки бедного потребления»

«Россияне не хотят выбираться за рамки бедного потребления»
Российские власти попытаются пережить экономический спад за счет частных сбережений, накопленных средним классом в тучные нулевые, предполагает директор Независимого института социальной политики, экономист Лилия Овчарова. Таким рассуждением она закончила свое выступление на вчерашнем заседании диспут-клуба АНЦЭА. В худшем случае, по мнению Овчаровой, правительство найдет способы просто изъять у населения излишки, и этот процесс уже начался.

Например, Минфин предлагает отменить льготу по НДФЛ при продаже недвижимости. Сейчас от налога в 13% суммы сделки освобождаются все продавцы квартир, владеющие ими больше трех лет, то есть те, кто надеялся таким образом сохранить или приумножить свои сбережения. Если льготу отменят и новый налог на недвижимость вырастет в несколько раз, держать такие квартиры станет бессмысленно.

При лучшем же сценарии развития событий дополнительная собственность и дополнительные доходы постепенно развивали бы у россиян спрос на демократию и политические свободы, считает Овчарова. Потому что только в такой среде возможно появление качественных конкурентных услуг, потребность в которых у среднего класса уже есть. Сначала люди получают возможность выбора школы для ребенка, осознают плюсы этой возможности, а потом требуют политического выбора.

Но эта простая и явно слишком грубая модель в России пока не работает. Большинство потребителей никак не может преодолеть ступеньку между простым насыщением желудка и спросом на качественное образование, считает оппонент Овчаровой по диспуту, руководитель отдела изучения доходов и потребления «Левада-центра» Марина Красильникова. И не только потому, что не хватает денег, но из-за отсутствия адекватных моделей поведения в обществе.

«Обогнать соседа по количеству купленных кофточек»


Марина Красильникова,
руководитель отдела изучения доходов и потребления «Левада-центра»

Рост потребления – это необходимое, но не достаточное условие для того, чтобы возник спрос на свободу и институты. Возможно, для того чтобы мы увидели зависимость между ростом потребления и спросом на институты, должны происходить более существенные изменения в культуре потребления, чем те, которые произошли в России до сих пор. Почему у нас так медленно идут структурные изменения в потреблении? И почему я думаю, что мы находимся сейчас в ловушке… мне не хочется говорить – бедности, потому что нынешнее время все же разительно отличается от 1990-х, когда стояла проблема голода. Но высокие темпы инфляции приводят к тому, что требуется существенно более значительный прирост доходов, чем тот, который мы наблюдали с 2001 по 2008 годы (а это рост реальных доходов на 10%), чтобы происходили какие-то структурные изменения. Потому что прирост реальных доходов на 10% позволяет купить только еще одну кофточку. А деньги для того, чтобы купить себе квартиру, с помощью этих 10% все равно за всю жизнь не соберешь. 

Другая сторона вопроса состоит в том, что люди начнут экономить, когда они поймут, зачем это делать. Каковы потребительские образцы российских граждан? Потребительское воображение у массового российского потребителя, в сущности, довольно скромное: качественная еда, модная одежда. При всем этом российский массовый потребитель не стремится экономить на большинстве потребительских расходов. В сущности, люди не могут и не хотят выбраться за рамки структуры бедного потребления. У них нет этой интенции, которая позволила бы им перейти на другой уровень потребительского статуса. Возникает порочный круг, когда дополнительные деньги не сохраняются для того, чтобы накопить и повысить свой материальный статус, купив, например, второй автомобиль, а проедаются, тратятся на очередную ненужную, но модную одежду, у которой есть свой социальный статус. Потому что у каждого социального слоя есть свой предмет демонстративного потребления, и в российском обществе оно в лучшем случае ограничено одеждой. Поэтому этот порочный круг воспроизводится.

Если у российского массового потребителя нет примера того, что надо экономить на еде и собрать эти деньги, чтобы отправить ребенка учиться в лучшую школу, то они не будут этого делать. Ступенька между массовым слоем потребителей и слоем более высоким, на который они вообще-то должны были бы ориентироваться, столь высока, что нет реально зримых образцов. То есть образцы потребительского поведения они видят либо среди себе подобных, либо в мыльных операх о том, как живут богатые, которые тоже плачут. И эти образцы, конечно, недостижимы. Поэтому единственное, что остается с точки зрения социальной функции потребления, когда ты варишься в своем слое, – это обогнать соседа по количеству съеденных блюд и купленных кофточек. Поэтому люди не экономят, в том числе. 

«Потребление трансформируется в ответственный выбор»


Лилия Овчарова,
директор Независимого института социальной политики и Центра анализа доходов и уровня жизни ВШЭ

Какие изменения в политике могут произойти, если опираться на ресурсы, накопленные населением за последние 10 лет? Может быть три сценария: рост, стагнация и мобилизация. 

  • В сценарии роста я вижу запрос на свободу, когда диверсифицированное многоформатное потребление, формируя разные модели поведения, трансформируется в ответственный выбор во многих других сферах жизни. 
  • Стагнационный сценарий говорит о том, что группы, принимающие управленческие решения, могут воспринимать эти накопленные ресурсы как некую подушку безопасности, которая позволит продержаться некоторое время и, может быть, решить некоторые вопросы. 
  • И мобилизационный сценарий, когда эти ресурсы у населения будут изъяты. Вероятность такая есть. Почему? Потому что потихонечку этот сценарий начинает запускаться. Первое изъятие – это широко обсуждаемый сейчас закон по поводу инвестиционного жилья. И новые требования к владельцам инвестиционного жилья, которые, если будут приняты, то фактически побудят многих владельцев инвестиционного жилья с ними расстаться. 

Какой сценарий реализуется, я не знаю, но во всех трех сценариях политики будут опираться на тот ресурс, который накопился у населения за эти годы. 


Предыдущий материал

Почему на россиян напал пессимизм?

Следующий материал

Битва за гречку: почему торговцы не виноваты в росте цен