Когда говорят, что законы у нас хорошие, просто исполнение хромает – это неправда. Законы у нас плохие. А откуда им взяться, хорошим? Традиция написания законов, применимых в условиях нового общественного строя, в России насчитывает едва ли 20 лет. Никакая это не традиция.
Белла Златкис рассказывала, как летом 90-го в Минфин РСФСР пришел новый министр – Борис Федоров. Молодыми в министерстве тогда считались 50-летние сотрудники, а Федорову было 32. Никто не знал, как вести себя с «мальчиком-министром». Федоров вызвал Беллу Ильиничну, потому что она «занималась акционерными обществами», и сказал, что в ближайшие две недели надо разработать несколько законов, из них первыми – закон «Об акционерных обществах», закон «О рынке ценных бумаг» и закон «О государственном долге». «А впрочем, – сказал он, – я их уже написал». И передал несколько листков на доработку. Естественно, об акционерных обществах в республиканском Минфине знали только на примере буржуазной экономики. Но разработали.
Конечно, за двадцать лет писать отдельные законы научились. Но законодательное поле в целом похоже на цыганское одеяло – торопливо сшито из лоскутов, многие из которых не стыкуются, другие разошлись, а третьи уже покрыты многослойными заплатками. Законы вступают в противоречие друг с другом или оставляют дыры-лазейки, которыми в 90-е пользовались бизнесмены, а в нулевые – чиновники. Исправление законодательства продолжается путем внесения поправок, а не синхронизации норм. То есть количество плохо сшитых лоскутов разрастается. И нет в стране такого органа, который занимался бы согласованием законов, а не их размножением.
Поэтому надо приветствовать любые попытки оптимизировать, упростить нормативную базу. И если Козак взялся упорядочить и согласовать между собой строительные и землеотводческие нормы – это замечательно.
Но на этапе перестройки системы проблем возникнет немало. Например, надо сразу готовиться к новым будущим «Речникам». Дело в том, что по всей стране сложилась система регулирования земельных отношений, которая напоминает смесь римского и обычного – племенного права. Пересмотр норм отнесения земель по категориям пользования может создать дополнительные речниковские «закладочки» на будущее. Юридическая история любого объекта будет настолько противоречивой, что ее можно будет повернуть в любую сторону. Впрочем, это и сейчас так, что наглядно показал случай с «Речником».
Поэтому я бы посоветовал Дмитрию Козаку вместе с революционным преобразованием норм землеотведения применить нечто вроде «землеотводной амнистии». Например, зафиксировать статус объектов на момент реформы и считать его законным. Хотя и при таком решении многие пострадают – ведь и сейчас не все объекты находятся в собственности справедливо. Но надо же найти какую-то точку отсечения прошлой чехарды.
Революционным выглядит также передача вопросов землепользования в сферу территориального зонирования. Но, кажется, рисков коррупции этот механизм не устраняет. Просто деньги будут брать за другое – не за перевод земель по категориям кадастра, а за перепроектирование территорий.
Кстати, вот вам и инвестиции в городские генпланы. Ведь во многих городах генпланы с советских времен не обновлялись и современным реалиям не отвечают уже лет двадцать. Теперь местные латифундисты буду спонсировать генпланы ради отнесения участков к нужным категориям пользования. Между прочим, в этом есть что-то рациональное. Пусть лучше генпланированем занимаются под себя конкретные деятельные люди, чем безликое чиновничество неизвестно под кого.
А возможно, было бы логичнее провести разовую всероссийскую кадастровую перепись и закрепить назначение за землями. Но и это ведь не всегда разумно. Обстоятельства на местах меняются. Вчера здесь надо было люцерну выращивать, сегодня – городская окраина, надо дома строить… С этой точки зрения, передача функций на уровень местного территориального планирования – правильный ход.
В общем, универсального законодательного решения нет. Каким бы закон ни был, правоприменители найдут, как его вывернуть. И когда говорят о том, что законы-то у нас нормальные, а вот исполнение кривое – это правда. Потому что новые нормативные акты будут внедрены в ту же бюрократическую среду, целью которой является не исполнение законов, и их использование. Замкнутый круг.
Взять те же аукционы. Из инициативы Козака следует, что участки под застройку нельзя будет предоставлять без аукциона. Это замечательно. Какой удар по коррупции! Но разве не натренировались мы уже организовывать «правильные» тендеры? Тендерные истории давно стали отдельным жанром предпринимательского фольклора.
Общее впечатление от инициативы Козака такое. С одной стороны, упрощение нормативной базы для застройщиков надо приветствовать. Теоретически, за этим должен стоять огромный комплекс решений по гармонизации земельного и строительного законодательства. Причесать все это, упростить, вытравить оттуда невозможные вещи – цель чрезвычайно благородная. С другой стороны, выполнять эти задачи будут те же люди, которые создали прежнюю систему землеотведения и регулирования строительства. Создали ее под себя. Почему они должны позабросить все свои навыки и на этот раз сделать все для упрощения и удешевления строительства? Удешевление чего-либо прямо противоречит принципам Эффективного Менеджмента, ибо снижает маржу Эффективных Менеджеров.
Инициатива Козака, возможно, станет первым полномасштабным столкновением модернизации с реальностью. Вот она, главная проблема модернизации: замысел благородный и народу в стране вроде полно, а делать некому… О, получилось почти как в обращении славян к Рюрику. Только теперь наоборот – не народ князя призывает, а князю надо народ подходящий где-то выискать.
…Говорят, в первые десятилетия существования государства Израиль коррупция там была почти невозможна. Потому что все чиновники – от низу до верху – были одержимы идеей создания новой государственности. Не просто с нуля, а во враждебном окружении. Каждый чиновник – в меру способностей, но каждый – воспринимал эту задачу как личный вызов. Представляете, вся государственная машина – сплошные Павки Корчагины.
Чиновник должен быть заидеологизирован. Вот единственное средство от коррупции. Разумеется, речь идет не о вступлении чиновника в «Единую Россию». К идеологии это вступление никакого отношения не имеет.
Такая идеология должна быть связана не с политикой, а со службой. Дмитрий Козак, возможно, в этом смысле – один из самых заидеологизированных чиновников правительства. Так что его инициатива вселяет некоторую надежду. Наблюдая, как центральные телеканалы, начиная с определенного момента, усиленно сдвигают ударение в его фамилии, поневоле думаешь, что со временем его могут даже перепрофилировать на что-то большее.
Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети:
ВКонтакте или
Facebook.
То что сейчас делается в сфере строительства и земельно-имущесмтвенных -это первая попытка гармонизации законодательства, но основная проблема даже не в разнице правового регулирования земельных и строительных правоотшошений, а в вопросах гармонизации с экологическим законодательством и законодательством о безопасности и техническим регулировании. В этой сфере основные не стыковки. Град.кодекс писали люди, которые как минимум знали о существовании земельного кодекса, а вот все остальное написано другими людьми. И еще раз хочется сказать, что нашей стране нужен второй Сперанский, что бы кодифицировать и гармонизировать наше законодательство, написанное в реформаторский период.
RSS
2
экспорт в блог
Когда говорят, что законы у нас хорошие, просто исполнение хромает – это неправда. Законы у нас плохие. А откуда им взяться, хорошим? Традиция написания законов, применимых в условиях нового общественного строя, в России насчитывает едва ли 20 лет. Никакая это не традиция.
Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети:
