Июльская статистика промпроизводства вроде бы порадовала: действительно, если в январе – июле 2009 года спад по сравнению с аналогичным периодом прошлого года составляет 14,2%, то в июле – лишь 10,8%. Вроде бы налицо торможение падения. «Налицо определенные позитивные сигналы», – замглавы Минэкономики Андрей Клепач выражается все еще осторожно, но наметившийся рост по сравнению с предыдущими месяцами явно вселяет в него оптимизм. Reuters подчеркивает, что результат оказался лучше прогнозов аналитиков – они ждали минус 12 – 15%.
Судя по данным Росстата, оживление коснулось и добывающей, и обрабатывающей промышленности. Так, в июле добыча полезных ископаемых сократилась всего на 1,6%, в целом за семь месяцев – на 3,1%. При этом по некоторым позициям – заметный рост к прошлому году (золото, медь) или хотя бы к июню – ничего, в общем, удивительного, если вспомнить, к примеру, про запущенные золотые рудники на Чукотке. Если бы не ситуация с добычей газа, где по-прежнему серьезный провал, серьезного спада добычи полезных ископаемых могло бы не быть и вообще. Впрочем, даже здесь ситуация, вроде бы, выправляется: в июле природного газа добыто на 13% больше, чем в июне.
В обрабатывающей промышленности замедление спада еще заметнее: в июле 2009 он составил 14,7%, в январе – июле – 20,3%. Впрочем, рост к уровню прошлого года здесь заметен почти исключительно в пищевой и легкой промышленности – они обе выигрывают за счет низкого курса рубля, а первая еще и от деятельности господина Онищенко. Впрочем, вряд ли этот выигрыш постоянный: рано или поздно даже у главного санитарного врача иссякнет фантазия, и импортные продукты вновь найдут полноценный доступ на российский рынок. У легкой же промышленности еще много резервов для роста, вряд ли власти ограничат гонения на оптовые рынки «Черкизоном». Однако ее вес в российской экономике и сейчас невысок, а если учесть общемировые тенденции по переносу всяческого пошива в ЮВА, то особых перспектив для долгосрочного роста не просматривается. Еще есть рост в производстве турбин и генераторов – их вес в индексе промпроизводства непропорционально высок, а динамика очень волатильна.
Все это уже дало повод многим аналитикам (посмотрите, к примеру, сегодняшние газеты) заговорить об «отскоке от дна», «снятии риска второй волны кризиса» и тому подобных вещах. Возможно, они и правы – хотелось бы верить. Замечу, кстати, что – чисто арифметически – очень скоро замедление спада станет заметнее, сравнение-то начнется с уже упавшим уровнем. Да и почти неизбежное возобновление запасов должно повысить спрос на продукцию: вряд ли, впрочем, в условиях высокой стоимости кредита они вырастут до докризисного уровня. Однако мне кажется, что чрезмерный оптимизм пока преждевременен – в таких базовых отраслях промышленности, как производство стройматериалов и машиностроение, признаки оживления если и можно разглядеть, то лишь вооружившись сильной лупой.
Еще один повод для пессимизма (а если честно, то еще и недоумения) дают данные Росстата о динамике производства электроэнергии. Падение ее выработки оказалось почти максимальным с начала кризиса. Так, индекс «производства и распределения электроэнергии, газа и воды» в июле 2009 был на 9% ниже, чем за аналогичный период 2008 года, а за январь – июль – «всего» на 5,9%. Расхождение динамики странное: производство дополнительной продукции обычно требует дополнительных расходов энергии, а свидетельств роста энергоэффективности российской промышленности пока вроде бы нет.
Возможно, конечно (тут нужны достаточно кропотливые расчеты), что из-за того, что производство энергоемкой продукции упало сильнее, временно изменилась структура потребления электроэнергии. Когда производство этих видов продукции вернется на близкие к предкризисным уровни, потребление электричества быстро вырастет. Тут-то и придется вспомнить об энергодефиците и о том, что промышленный рост имеет не только кризисные ограничения.
Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети:
ВКонтакте или
Facebook.
И сам, как и многие, слежу когда же остановится "приземление", слежу исключительно из корыстных соображений. Хотя остановка падения не является гарантией к началу роста, точки внизу всегда устойчивые положения, для выхода из них нужны усилия. А почему вопрос о времени прекращения кризиса так важен? Для индивидума или узкого объединения еще можно принять рациональность этого вопроса – найти работу, отдать долги, продать подорожавшие активы, получать прибыль от роста и прочее, а какой смысл знания времени окончания кризиса для государства? Ну, что оно (или мы все) будем делать? Каков план? Зачем нам знать когда рассветет? Ну, пропоет петух – рассвет! Что дальше? Опять увеличивать стабфонд для следующего кризиса? Сомнительная ценность которого, становится ясней именно во время для которого он собирался. Вся эта суета и желание опередить петухов в предсказании рассвета со стороны руководства страны имеют одну цель – доказать себе и нам, что все делалось правильно: "Копим, сидим, рассосется." Уж слишком цинично желать доказывать неправильность этой политики ценой удлинения кризиса и ожидания перемен вызванных крахом финансов. На ошибках учатся, но эти ошибки мы уже совершали.
RSS
1
экспорт в блог
Июльская статистика промпроизводства 
Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети:
