Новости Календарь

Нынешний средний класс обречен на нищету в старости

Нынешний средний класс обречен на нищету в старости Кадр из кинофильма «Семнадцать мгновений весны»
После вчерашнего решения правительства об изъятии пенсионных накоплений россиян за 2015 год риторика и действия власти по реформированию пенсионной системы все больше напоминают реплики шефа гестапо Мюллера из «Семнадцати мгновений весны». И не тем, что это решение – форменное людоедство, а особой обывательской логикой. Все цитаты «папаши Мюллера», приведенные ниже, заимствованы непосредственно из фильма.


«Я не верю в это, а в общем, покажите. Мне как-то показывали, но я не верю этому»

Пенсионным реформам достаточно часто не везет (исключения редки, как опыт Чили, где реформу проводили люди идейные, жесткие и подозрительные, она совпала с экономическим бумом, а к моменту замедления заработали встроенные защитные механизмы). Их запускают с благими долгосрочными целями, но приносят в жертву, как только накоплений стало достаточно много, чтобы будущих пенсионеров стоило «пощипать» (Венгрия, частично Польша и Словакия). Собственно говоря, события последних лет, когда накопительные компоненты пенсионных систем в Восточной Европе и Латинской Америке стали жертвами конфискаций, возврата под государственное крылышко (Казахстан) либо принудительного инвестирования в проблемные государственные бумаги (Аргентина), показали слабость обязательных пенсионных накоплений. Они оказались чемоданом без ручки, причем казенным. Работники не воспринимают их как свое имущество, власти готовы наложить лапу на них ради краткосрочного снижения дефицита, а пенсионные фонды недостаточно сильны, чтобы защитить клиентов. Как ни странно, в более богатых и развитых странах работники скорее готовы бороться в судах и на улицах (вспомним потасовки американских бюджетников с полицией, в столицах штатов, когда всего лишь увеличивали долю отчислений с зарплаты или снижали размеры гарантированных выплат) за свои права, чем в случае обязательных накоплений. Неурегулированный вопрос собственности и отложенная возможность воспользоваться накоплениями стала ахиллесовой пятой красивой и позитивной (с точки зрения Всемирного банка, предложившего ее как образец в 1985 году) многоуровневой пенсионной системы.

«Я люблю молчунов. Если друг – молчун, так это друг, а если враг, так это враг»

В России накопительная система устраивала и экономический, и социальный блок правительства, пока доминировали молчуны (работники, не желающие выбрать НПФ или УК и остающиеся в ВЭБе), их средства оседали в гособлигациях, снижая стоимость госзаимствований, а финансовые институты питались надеждой: на переход молчунов к ним, на рост отчислений и на то, что клиенты войдут во вкус и начнут формировать добровольные отчисления. Когда доля молчунов уменьшилась, резко выросло желание позаботиться об интересах работников и защитить их сбережения (по ходу введя мораторий на взносы). Молчуны (под влиянием агрессивной рекламы НПФ прошлой осенью) массово подали заявления о переходе в НПФ – ответом на это стало продление моратория и более чем вероятная ликвидация накопительной части пенсионной системы в нынешнем виде.

«Они все фантазеры, наши шефы. Им можно фантазировать, у них нет конкретной работы. А давать руководящие указания может даже дрессированная шимпанзе в цирке»

Инвестирование средств пенсионеров преимущественно в государственные облигации не решает проблему будущих пенсий – это не более чем перенос обязательств на другой государственный карман. Дестимулирование «молчания» (Казахстан активно шел по этому пути) и поощрение инвестирования средств в корпоративный долг, акции и даже (о, ужас) иностранные активы было бы более логичным и правильным с точки зрения интересов будущих пенсионеров и роста их активов. Но для осторожных и заинтересованных регуляторов это анафема. Краткосрочные интересы и боязнь даже минимальных потерь привели к излишне жесткой системе инвестирования, сложному механизму смены управляющего накоплениями, а в итоге к выбору плохих решений на всех развилках (исключение старших возрастов, мораторий на иностранные вложения, наконец, мораторий на взносы за 2014 год и его продление на этой неделе). Зарубежный опыт показывает, что успешная пенсионная система имеет механизмы, ограничивающие возможности политиков проводить изменения во вред работникам.

«Верить в наше время нельзя никому, порой даже самому себе»

Теперь, после трех радикальных изменений пенсионной системы за 10 лет (не только в накопительной части), представители правительства, которые не протестовали, когда работникам объясняли, что накопления – это их деньги (например, в рамках поощрения софинансирования пенсий), сегодня заявляют, что «селедка моя, что хочу то и делаю». Накопления, по их словам, это налоговые средства, которые людям дали поиграть, а теперь замораживают и, скорее всего, прекратят делать отчисления и добровольно либо принудительно отберут. Вера в государево слово у нас не столь велика – даже девять лет безупречной, как часы, работы системы страхования вкладов не до конца убеждают, что вклады в пределах застрахованной суммы надежны. Даже если финансовые последствия принятых решений не столь велики для большинства будущих пенсионеров, сам факт шараханий в пенсионной политике подрывает авторитет властей и веру в их обещания (от неповышения пенсионного возраста до долгосрочности новой пенсионной формулы, под фанфары представленной в прошлом году). 

«Ясность – это одна из форм полного тумана»

В настоящий момент нет полного понимания будущих планов в отношении пенсионных накоплений. Без повышения пенсионного возраста (политически тяжелого) или роста отчислений в ПФР (он и на нынешних уровнях удушает экономику) размер коэффициента замещения (грубо, отношения средней пенсии к средней заработной плате) упадет с 36% в 2012 году до 25% к 2030-му (и это оптимистическая оценка ЦСР). Причем чем выше доходы, тем ниже замещение их пенсией – и тем больше спасение утопающих становится заботой самих утопающих. Активно обсуждается идея создания добровольной пенсионной системы. Кроме того, разработана система льготного налогообложения взносов на спецсчета (впрочем, не факт, что освобождение их от 13%-ного налога будет работать так же хорошо, как в странах с 40–50%-ной ставкой). Но обсуждают это люди, уже наложившие лапу на обязательные накопления.

Без создания системы пенсионных накоплений – желательно прозрачной и хорошо регулируемой – старшее поколение, особенно нынешнего среднего класса, в старости будет обречено на нищету. Но доверять разработку этой системы тем, кто уже сильно накосячил с обязательным пенсионным страхованием, а в будущем будет получать пенсию госслужащего, не связанную с взносами, – представляется неправильным. Пока же самостоятельные накопления на старость остаются наиболее разумной стратегией для тех, кому есть что сберегать – причем с пониманием, что цена государственным обещаниям и гарантиям уже продемонстрирована на пенсионных накоплениях.

Предыдущий материал

Зачем Вам министры, господин Путин?

Следующий материал

Правительство сегодня обсудит отмену обязаловки в пенсионных накоплениях