Новости Календарь

Дело Малофеева и ВТБ: как банк «оптимизировал налогообложение» и выдал $225 млн неизвестно кому

Дело Малофеева и ВТБ: как банк «оптимизировал налогообложение» и выдал $225 млн неизвестно кому Константин Малофеев © ИТАР-ТАСС/ Сергей Фадеичев
Уголовное дело, в рамках которого задержан генеральный директор «Ростелекома» Александр Провоторов и то ли задержан, то ли допрошен в качестве свидетеля крупнейший после государства акционер «Ростелекома», глава инвестиционного фонда Marshall Capital Константин Малофеев, со связью, как известно, не имеет ничего общего. Причина конфликта – $225 млн кредита, выданного ВТБ в 2007 году некоему ООО «Русагропром».

На эти деньги «Русагропром» выкупил у группы «Нутритек» (производит детское питание) молочные заводы. В 2008 году, в разгар кризиса, «Русагропром» объявил дефолт, а ВТБ забрал молокозаводы себе. Однако выяснилось, что их стоимость не превышает $40 млн. К тому же «обнаружилось», что у «Русагропрома» и «Нутритека» на самом деле один и тот же хозяин. И зовут его Константин Малофеев.

Теперь ВТБ обвиняет Малофеева в том, что он в 2007 году мошенническим образом завысил стоимость молокозаводов, а затем организовал притворную сделку продажи. Государственный банк требует от Малофеева компенсировать понесенные убытки. Малофеев, естественно, отказывается. Главные судебные баталии до сих пор разворачивались в Лондонском суде, где ВТБ инициировал несколько исков против главы Marshall Capital и его компаний.

Добиться решений в свою пользу ВТБ до сих пор не смог. Однако разбирательство позволило изучить особенности корпоративной практики второго по величине российского банка. 

Slon проанализировал ключевые эпизоды, удивившие судью Ричарда Арнольда, который рассматривал в прошлом году иск ВТБ (и счел его необоснованным).

Англичане сразу предупреждали

История с кредитом на $225 млн под приобретение молочных ферм «Нутритека» началась в первой половине июля 2007 года, когда Константин Тулупов, один из директоров в управлении инвестиционных операций и услуг инвестблока ВТБ, ответственный за сбор и оформление документации по кредиту, и его руководитель Константин Рыжков встретились в Москве за ланчем с Константином Малофеевым, только что основавшим инвестиционный фонд Marshall Capital. 
 
Малофеев сообщил, что его фонд с некоторых пор является основным владельцем компании «Нутритек» и в рамках оптимизации его бизнеса намерен продать часть активов компании. В частности, молочные заводы. Покупатель, по словам Малофеева, уже найден. Однако необходимо кредитное финансирование. Готов ли ВТБ профинансировать сделку и каковы условия? Банк назвал стандартные для такой сравнительно рискованной сделки условия. Малофеев был согласен. Процесс подготовки был запущен.

ВТБ помогала британская юридическая компания Dewey, LeBoeuf, Greene & MacRae (DLGM). И одно из первых, о чем спросили англичане: кто контролирует заемщика? DLGM важно было избежать конфликта интересов. Это было 19 июля 2007 года. В тот же день Тулупов передал англичанам ответ, который дали ему в Marshall Capital: «группа лиц», с которой у DLGM не может быть никакого конфликта интересов. Этот ответ англичан не устроил. 

Судья Арнольд делает на этом акцент: «Мистер Джонстон (представитель DLGM) ответил, что это слишком расплывчатый ответ, и сказал, что ВТБ необходимо провести в отношении заемщика процедуру "узнай своего клиента"».

Проверка была проведена, и к 13 ноября, когда состоялось утверждение кредита правлением ВТБ, информация о клиенте у руководства банка была. Однако, как отмечает судья Арнольд, из представленных ВТБ материалов не ясно, последовал ли банк рекомендациям своих британских партнеров по более пристальной оценке клиента.      

Смутное представление о бенефициарах сделки

23 октября 2007 года Тулупов разослал юристам из DLGM, Марине Брагиной, которая вела сделку со стороны лондонского офиса ВТБ, и всем остальным участникам процесса письмо, в котором говорилось, что транзакция, по утверждению Малофеева, имеет «очень дружественный» для сторон характер, продавец и покупатель будут делать все для передачи активов на наиболее выгодных для обеих сторон условиях. 

6 ноября, то есть уже после одобрения Кредитным комитетом ВТБ решения о выдаче кредита (оно состоялось 31 октября, хотя правление одобрило сделку позже – 13 ноября) Марина Брагина сообщила в письме всем участникам процесса «дополнительную информацию» к условиям выдачи кредита. В том числе о том, что «Русагропром» учрежден 21.05.2002 года специально под планируемую сделку и никакой другой деятельностью не занимается. А владельцем компании является Владимир [Иванович] Алгинин, про которого сообщается, что он занимал высокую позицию в WimmBillDann, а до этого работал в Минсельхозе. 

8 ноября информация о «покупателе» меняется еще раз. Теперь Брагина, видимо, в ответ на уточняющие вопросы рассылает письмо, в котором утверждается, что у Алгинина не 100%, а всего 90%. Остальная часть «Русагропрома» принадлежит неким «физическим лицам». Источником этой информации Брагина указала «Нутритек».

Судью Арнольда появление бенефициара «покупающей» стороны лишь на самой финальной стадии одобрения кредита, а также фактические ошибки («Русагропром» был на самом деле зарегистрирован в мае 2007 года) заставляют, цитируя в судебном решении письмо Брагиной, в изобилии расставлять восклицания – «sic».

Резюме судьи Арнольда: «Из представленных свидетельств неясно, каким образом был проведен процесс due diligence (если вообще был проведен)… в отношении утверждений «Нутритек», что владельцем 90% «Русагропрома» является господин Алгинин».

Предварительная оценка

Кредитный комитет ВТБ одобрил кредит для «Русагропрома» 31 октября. Однако, что удивило судью, финальная оценка стоимости приобретаемых активов была сделана лишь 7 ноября. Именно в этот день Ernst & Young переслал окончательную версию своего отчета «Русагропрому» и Marshall Capital. 8 ноября документ получил Константин Тулупов. 

Была и другая оценка – от 5 сентября. Так что вполне возможно, говорит судья, речь идет об одном из предварительных вариантов оценки стоимости, сделанной Ernst & Young, на основе которой и принимал решение Кредитный комитет. Впрочем, финальное решение было принято все же после получения финальной оценки – 13 ноября – правлением банка.

В любом случае, завышенная оценка Ernst & Young (из-за неправильных данных, представленных менеджментом «Нутритек») является одним из ключевых пунктов в претензиях ВТБ к Малофееву. 

Исчезнувшая подпись на документе ценой $2 млн 

Анализируя пакет документов, подписанных в ходе реализации сделки, судья Арнольд не может скрыть удивления. На одном из документов, ворранте (праве) на покупку 1% акций «Русагропрома», стояла, как казалось, подпись Евгении Кремневой, представителя «Русагропрома» в сделке. Однако в ходе процесса Кремнева в своих показаниях категорически опровергла, что подписывала данный документ. С другой стороны, представители ВТБ дали показания, из которых вытекало, что «Русагропром» и его бенефициары выполнили свои обязательства.

Реакция судьи: «Очевидно, это противоречие я никак объяснить не могу».

Белизская компания для ухода от налогов

В ходе рассмотрения дела внимание судьи привлекла зарегистрированная в Белизе компания Dalford, роль которой в сделке первоначально была неясна. 1 ноября 2007 года Dalford заключила с «Русагропромом» соглашение, по которому обязалась предоставить консультационные и финансовые услуги и получить за них 10% от оценочной стоимости акций кредитуемой компании после завершения выплаты кредита. Поначалу ВТБ пытался уйти от ответов судьи относительно роли Dalford в сделке. Однако в итоге представители банка заявили, что эта компания полностью подконтрольна ВТБ, а те самые 10% – это предоставляемая на условиях success fee премия банка за более рискованный кредит. Свое нежелание сразу раскрыть роль Dalford в сделке представители ВТБ объясняли нежеланием поднимать вопросы «оптимизации налогообложения». К тому же, заявил представитель ВТБ, это «обычная практика».

Судья Арнольд не согласился: «Я не понимаю предположения, что такая форма организации сделки является общей практикой. Если бы это было так, не было бы нужды ее скрывать».

Заемщик высшей категории

Неудивительно, что, говоря в решении об обстоятельствах одобрения кредита для «Русагропрома», Арнольд не особенно скрывает иронию: «…31 октября 2007 года кредитный комитет ВТБ одобрил предполагаемую транзакцию, и в частности участие ВТБ в обеспечении кредита "Русагропрому". …В протоколе заседания комитета записано: «Принимая во внимание устойчивую финансовую ситуацию (sic – комментарий судьи!) Заемщика, присвоить долгу Заемщика статус первой категории качества».

Предыдущий материал

Советники Чемезова: штрафная рота. В какой компании оказался Сердюков

Следующий материал

Казус Малофеева: когда угроза страшнее ее исполнения