Новости Календарь



«Вводим молекулу – любовь есть, блокируем молекулу – любви нету». Лекция

Профессор факультета фармацевтики Страсбургского университета, директор Лаборатории терапевтических инноваций Марсель Ибер прочел на Пикнике «Афиши» лекцию «Химия любви». Slon публикует сокращенную версию этой лекции.

Я химик, занимаюсь разработкой различных лекарств, такими серьезными вещами, как борьба с раком, со старением. Но однажды я задумался о химической составляющей любви. Мы изучаем стресс, болезни – а что происходит в человеке во время любви, какие химические процессы?

Для начала я задался вопросом: а что такое любовь? Я привык подходить к предмету своих исследований основательно. Если вы зададитесь вопросом о том, что такое, например, рак, то найдете четкое определение рака, подробную классификацию его типов. Но когда мы стали выяснять, что такое любовь, и попытались поднять научную литературу на эту тему, то не нашли вообще ничего. То есть в области науки этим вопросом вообще никто не занимался. И нам пришлось читать философов и поэтов, чтобы хоть как-то определиться с этим понятием. Мы ведь знаем, что слово «любовь» имеет множество значений – любовь может быть материнской, братской, она может быть потребностью, а может быть подарком. Иногда любовь – это чистый наркотик, тяжелая аддикция. Страсть, нежность, зависимость – самые разные явления называют любовью.

Еще древние греки делили любовь на виды. Они выделяли семь видов любви, но не будем слишком углубляться, рассмотрим три: эрос, филию и агапе. Эрос – это любовь-страсть, это вожделение, потребность обладать другим человеком. Эрос никогда не бывает счастливым – да, вожделение может быть удовлетворено сейчас, но потом оно возникает снова. Филия – совсем другой тип любви, такая любовь – счастье. Вы радуетесь, когда видите другого человека, вам нравится пить с ним чай или делать что-то вместе. Агапе ближе к милосердию, это любовь без страсти, это сочувствие, сострадание, потребность помочь другому. Поведение человека в зависимости от типа любви, конечно же, сильно отличается. И если вы почитаете стихотворения о любви с этой точки зрения, вы увидите, насколько они разные.

Положим, мы немного определились с тем, что называем любовью. Теперь определимся, а что такое человек? 70 процентов воды, 3-4 килограмма костей, все остальное – органика, молекулы. Человек – это большой мешок с молекулами. Все, что происходит внутри нас, имеет молекулярный характер. Жизнь – это взаимодействие молекул. Много сотен лет человека изучали на уровне органов. В начале XX века мы перешли на уровень клетки, а в последние пятьдесят лет – на молекулярный уровень. Думаю, понадобиться еще лет двадцать, чтобы окончательно понять, как устроен человек.

Манипулируя с количеством окситоцина, можно полностью изменять поведение

Значительному прорыву в том, что касается изучения эмоций, мы обязаны нейробиологу и фармакрологу Томасу Инселу, ныне директору Национального института психического здоровья США. Инсел изучал поведение мышей – его интересовали отношения между матерью, отцом, мышатами. Особенно его интересовала тревожность у мышей, потому что он занимался препаратами для приглушения тревожности, анксиолитиками. Если он отрывал мышонка от мамы, мышонок начинал пищать и метаться. Инсел давал мышонку анксиолитики, и мышонок успокаивался. Так они с мышами проводили время.

Однажды, это было в 2000 году, Инселу рассказали об одних очень странных крысах, интересных своей не типичной для крыс моногамностью. Эти крысы образовывали пары на всю жизнь, вместе растили детенышей и являли собой пример удивительной заботы друг о друге. Что особенно занятно, рядом с теми же крысами жили другие крысы, и у них все было гораздо менее романтично – они спаривались с кем попало и особо своим потомством не занимались. Хорошие крысы жили под горой, а плохие на горе. При этом крысы принадлежали к одному и тому же виду, они ничем вроде как не отличались.

Инсел, конечно, очень заинтересовался и теми, и другими крысами, принялся их изучать. Как именно он их изучал: отловил и на горе, и под горой крыс, взял у них анализы, стал исследовать эти анализы в своей лаборатории. Он сравнивал анализы хороших и плохих крыс, пытаясь найти отличие на молекулярном уровне. Но все было одинаково. Он долго бился и наконец обнаружил разницу в количестве двух гормонов, вазопрессина и окситоцина. У крыс с хорошим поведением уровень окситоцина был высоким, а у плохих крыс – низким.

Инсел пошел дальше: он ввел плохим крысам окситоцин. И что же: эти распутные крысы, которые совершенно не интересовались своим потомством, стали верными супругами и прекрасными родителями. Продолжая эксперимент, Инсел блокировал окситоцин у хороших крыс – и верные супруги и прекрасные родители испортились во всех отношениях, они сразу же превратились в распутных и равнодушных. Оказалось, что манипулируя с количеством окситоцина, можно полностью изменять поведение этих животных. Материнская любовь, отцовская любовь, моногамия и полигамия – выяснилось, что все это зависит от какой-то молекулы. Всего лишь один гормон – и ужасное становится прекрасным и наоборот. Мы привыкли относиться к материнской любви как к самой возвышенной вещи на свете, а что мы видим: вводим молекулу – любовь есть, блокируем молекулу – любви нету.

Высокий уровень окситоцина делает самок бесстрашными

Вазопрессин и окситоцин – это очень простые молекулы, маленькие пептиды, их легко можно создать самим хоть в гараже. Что характерно – во всех видах живых организмов эти гормоны неизменно находили, то есть они принципиально важны для эволюции. Интересно, что окситоцин исследовали и раньше – это тот гормон, который вырабатывается во время беременности начиная примерно с пятого-шестого месяца, именно благодаря ему у женщин появляется молоко. Женщина – как и любое млекопитающее – в огромном количестве выделяет этот гормон в момент родов. Если роды задерживаются, врачи используют этот гормон, чтобы ускорить роды – и в таком качестве он хорошо изучен. О значение окситоцина для родов и грудного вскармливания известно уже лет пятьдесят. Но в последние десять лет стало понятно, что мы недооценивали этот гормон, и от него зависит гораздо больше.

В Израиле недавно провели масштабное исследование женщин, которые недавно родили. И что же выяснилось? У женщин с высоким уровнем окситоцина были прекрасные отношения с новорожденными, полная гармония и взаимопонимание. У женщин с недостатком окситоцина возникли проблемы и со вскармливанием малышей, и со взаимопониманием – у них все было более нервно и напряженно. Что происходит в этой ситуации с отцами? Если женщина вырабатывает окситоцин, то и мужчина, наблюдая за ней, эмпатически заражается этим и тоже начинает его вырабатывать. Если между женщиной и мужчиной устанавливается тесная эмпатическая связь, они вместе вырабатывают окситоцин и становятся прекрасными заботливыми родителями.

Мы выяснили еще, что высокий уровень окситоцина делает самок бесстрашными – они вообще ничего не боятся, они готовы на все, чтобы защитить своих детенышей. А если окситоцина не хватает, страхов гораздо больше. Страх перед собаками, например, обычно свидетельствует о недостатке окситоцина.

Период послеродовой депрессии сопровождается резким падением окситоцина – как только его уровень выравнивается, депрессия уходит. Но если его уровень по каким-то причинам не выравнивается, депрессия может затянуться на месяцы и даже годы.

Когда малыш пьет молоко матери, он получает вместе с молоком свою дозу окситоцина. И это действует на него как экстази – это своеобразный наркотик, есть молоку ребенку очень приятно. Поэтому младенцы хотят есть как можно чаще – сам процесс им ужасно нравится, молоко делает их счастливыми. Когда все происходит удачно, мать вырабатывает с кормлением окситоцин и для себя, и кормление становится удовольствием для обоих. Это не просто удовольствие, но еще и залог будущих гармоничных отношений, крепкой привязанности. Окончание грудного кормления может быть очень болезненным и для матери, и для ребенка – это может быть даже похоже на наркотическую ломку, потому что оба перестают получать привычную дозу окситоцина.

«Ты извини, но это не моя вина, я просто биологически так устроен»

Мы исследовали более пятисот взрослых мужчин – мы старались выбирать мужчин, из поколения в поколение отличающихся верностью и заботой о детях, и мужчин, которые сами выросли без отцов и продолжают ту же линию с собственными детьми. И нам удалось выделить ген, который отвечает за стабильные отношения, – у верных мужчин цепочка этого гена гораздо длиннее, чем у неверных.

С мышами мы заходили дальше – пересаживали неверным мышам ген верных и добивались потрясающих результатов. Мать-мышь, бросившая своих новорожденных детей на произвол судьбы, возвращалась к ним и начинала заботиться о них, являя чудеса самоотверженности. С людьми мы пока не решаемся так экспериментировать. Но в любом случае могу порадовать тех молодых людей, которым не удается хранить верность своим подругам. Теперь у вас есть оправдание – вы можете говорить: «Ты извини, но это не моя вина, я просто биологически так устроен».

Конечно, гены не все решают. Гены дают нам предиспозицию – но есть воспитание, традиции, уклад жизни, культура, опыт, и все это серьезно меняет нашу личность. И мы находим людей без генетической предрасположенности к верности, которым тем не менее удается быть прекрасными супругами и родителями.

Как вырабатывается окситоцин? Посмотрите на другого человека с нежностью, и этот человек начнет вырабатывать окситоцин. Погладьте его – окситоцина станет больше. Поцелуйте его – окситоцина станет еще больше. Если перед вами человек, с которым вы хотите связать себя надолго, обнимайте и целуйте его как можно чаще. Но будьте осторожны с объятиями и с поцелуями, если не хотите чрезмерной привязанности и близости, – выработанный окситоцин может далеко завести вашего партнера.

Во время секса и особенно оргазма окситоцин вырабатывается в огромных количествах, и это работает на вашу связь. С одним и тем же партнером это работает несколько лет – а потом, как правило, потихонечку исчезает. Почему? Природа считает, что около трех лет достаточно для того, чтобы женщина забеременела и малыш успел немного подрасти. Говорят, страсть слепа. Да, но она слепа шесть месяцев, год, максимум три года – для того, чтобы пара продолжала существовать и дальше, нужно уже нечто большее, чем голое влечение. Окситоцин – это наркотик, а для жизни этого недостаточно.

Что будет, если мы получим возможность контролировать любовь?

Окситоцин контролирует не только отношения внутри семьи, но и отношения в обществе – если у ребенка мало окситоцина, он не может полноценно контактировать с окружающими. У него слишком много страхов, и он становится аутистом. Был проведен опыт – детям-аутистам давали окситоцин, и они начинали смотреть людям в глаза. Обычно же они не смотрят другим в глаза, а отворачиваются, смотрят в сторону. Окситоцин отвечает за доверие, за симпатию к другим.

Мы проводили эксперимент с двумя группами студентов – одной дали подышать окситоцином, другой нет, и у обеих групп незнакомые люди попросили в долг деньги. 80% процентов участников окситоциновой группы дали деньги. В группе без окситоцина деньги не захотел дать ни один человек. То есть окситоцин помогает устанавливать между людьми связи. Без него любить ближних, а тем более дальних становится гораздо сложнее. Были исследованы волонтеры благотворительных организаций – предсказуемо выяснилось, что у них с окситоцином все в порядке.

Конечно, культура и воспитание чрезвычайно важны. Но нельзя не принимать во внимание и молекулярные механизмы человека, его генетические предрасположенности. Наверное, если вы живете в горах в Швейцарии, хронический недостаток окситоцина у вас может и не вылиться в тревожное состояние и депрессию. Но если обстоятельства вашей жизни располагают к тому, чтобы часто и сильно нервничать, – если вы, не дай бог, теряете близких или попадаете в аварии, – ваши предрасположенности могут сыграть дурную роль.

Возникает вопрос, не могут ли такие молекулярные исследования принести вред, стоит ли их продолжать? Что будет, если мы получим возможность контролировать любовь? Эта идея кажется опасной, так мы дойдем и до изобретения приворотного зелья. Да, крайне полезной представляется работа над препаратами, снижающими тревожность, но как избежать недозволенных манипуляций над людьми? Но это вечный вопрос. Человек приручил огонь, потому что огонь – это тепло. Но огонь при неосторожном обращении – это и пожар.

Окситоцин уже продается, и это не секрет, его легко купить через интернет. Считаю своим долгом предупредить, что если вы соберетесь его употреблять, то покупайте его в виде назального спрея – его не имеет смысла принимать внутрь, его нужно вдыхать в ноздри. Если вам кажется, что он поможет вам в ваших любовных делах, – ну что ж, может быть. Но мы же понимаем, что любовь не сводится к гормонам и генетике. И уж точно относиться друг к другу с нежностью, обнимать и целовать друг друга можно и не задумываясь о том, какие именно молекулярные механизмы вами движут.  

Также по теме:
Глава Центра нейроэкономических исследований при Клермонтском университете Пол Зак: «Чем больше в крови человека окситоцина, тем выше его готовность доверять и помогать людям»