Свободу чайникам и корсетам

о новом списке товаров, подлежащих сертификации:

Список Минэкономики представил по поручению [первого вице-премьера Игоря] Шувалова еще в конце августа 2008 года на комиссию по развитию малого и среднего предпринимательства. И по большому кругу [согласований] это все запустили, и все где-то в ведомствах к зиме утонуло.

Потом Шувалов с [главой Минэкономразвития Эльвирой] Набиуллиной внесли это в антикризисный план правительства и записали туда, правда, без сроков, как один из приоритетов антикризисной политики.

Шувалову [премьер Владимир] Путин где-то в конце сентября дал поручение волевым маневром все утрясти. Минэкономразвития достал старый список и с резолюцией Шувалова разогнал по ведомствам.

К началу ноября там остались пять-шесть несогласованных вещей. А со среды прошлой недели со звонками и переговорами до ночи и их согласовали, причем Минэкономразвития уже какие-то неключевые позиции просто сдало ведомствам, – две или три.

о новом списке товаров, подлежащих сертификации:

Сертификация [была] однозначно избыточная. Это касается пищевых продуктов, материалов и изделий, контактирующих с пищевыми продуктами, технологического оборудования, столовых принадлежностей, материалов для упаковки и транспортировки. Еще косметическая продукция, средства гигиены, вот все эти виды продукции. В отношении них вообще предусмотрено получение санитарно-эпидимиологическое заключения.

А кроме того, любая новая продукция полежит государственной регистрации. То есть просто здесь не нужна сертификация, так как есть другие виды государственного регулирования. Санитарно-эпидеомелогическое заключение – это компетенция ведомства [Геннадия] Онищенко, а еще и государственная регистрация, которая относится к Ростехрегулированию. Все это абсолютно избыточно.

Процедуры везде на самом деле одни и те же. Отбор образцов, проведение испытаний, экспертиза – практически одни и те же. Это же касается бытовой химии, потому что в отношении бытовой химии опять же предусмотрено санитарно-эпидемиологическое заключение и регистрация видов продукции, которые представляют потенциальную опасность для человека.

Грубо говоря, рыба не должна соответствовать какому-то ГОСТу, достаточно того, что Роспотребнадзор выдал свое заключение. Роспотребнадзор с этим согласен, и это позиция Минэкономразвития. Вообще там, где есть санитарно-эпидемеологическая экспертиза, обязательной сертификации быть не должно.

Отдельно по кормам и кормовым добавкам тоже не должно быть сертификации, потому что в отношении них производится регистрация, санитарная экспертиза, выдача санитарного сертификата и обязательная сертификация. Просто четыре полностью дублирующих инструмента. Очевидно, что и здесь сертификация не нужна.

Отдельный вопрос о технических устройствах, применяемых на опасном производстве. У нас есть такой закон о промышленной безопасности и опасном производстве. В соответствии с ним производится экспертиза промышленной безопасности на производстве, экспертиза на выдачу разрешения на применения соответствующего технического устройства, ну и потом еще предприятие готовит декларацию о промышленной безопасности. То есть в этой части обязательная сертификация промышленных устройств имеет очевидную избыточную форму.

Кроме того, племенная продукция не должна сертифицироваться. Вообще в целом я могу назвать те виды продукции, которые должны сертифицировать, сейчас немножко неправильный подход по отношению к перечню сертификации. Обосновывается то, что продукция не должна сертифицироваться, а все остальное по умолчанию сертифицируется. А должно быть наоборот, все должно по умолчанию не подлежать сертификации, а вот то, что должно подлежать, должно обосновываться. Именно поэтому у нас до сих пор из-за такого извращенного подхода сертификация имеет гипертрофированные формы.

Где нужна сертификация? Опасные виды продукции, где есть существенные риски причинения вреда, транспортные средства, [средства] индивидуальной защиты, оружие и патроны к нему, железнодорожный и подвижной состав (это предусмотрено законом), воздушные суда (двигатели и прочее оборудование гражданской авиации), оборудование и изделия для ядерных установок и радиационных источников, товары для детей, энергетические ресурсы, производственное оборудование, к которому установлено требование по безопасности труда, племенное животноводство пока (вот эти фермы быков и петухов, это прямо предусмотрено федеральным законом).

Еще летом когда этот вопрос рассматривался, это повергло председателя правительства в такой шок, потому что они как раз идут в конце перечня, перечень огромный и, естественно, все смотрят в начало и в конец, там в конце как раз.

Вся эта ситуация летом дискутировалась в правительстве. Естественно, ведомства отстаивали, особенно Ростехрегулирование, сохрание избыточной сертификации за собой. По не нашим оценкам, чтобы была понятна цена вопроса, бизнес тратит на обязательную сертификацию в системе ГОСТ, самой крупной, 50 – 85 млрд рублей в год. Это по оценкам исследования, которое проводилось в 2004 году.

Это все издержки, то есть это не только прямые траты на получение сертификата, но и на испытания различные, потраченное время. А тогда исходили из стоимости сертификата 20 000 рублей. В прошлом году президент озвучил цифру уже в 120 000 рублей за сертификат. Понятно, что с учетом инфляции и прочего в прошлом году, издержки измеряются сотнями миллиардов рублей. Есть очень веское сопротивление со стороны ведомств, прежде всего, Ростехрегулирования и не только его одного. Вокруг этого сложилась огромная инфраструктура органов сертификации – это такая очень хорошая кормушка.

Если у нас изначально было примерно три четверти обязательной сертификации, а остальное – декларирование соответствия, то сейчас вот вышли на показатель, чтобы 54% – декларации, а 46% – сертификации. Теперь нужно ждать эакрепляющий перечень в постановлении правительства. Есть повод для сдержанного оптимизма, удалось сделать этот важный шаг. Но расслабляться, наверное, рано.

о новом списке товаров, подлежащих сертификации:

На Западе подлежащие сертификации продукты составляют 4%, максимум – 5%. А у нас это существенно больше половины. И в рыночных условиях именно рынок должен оценивать качество и потребительские свойства продукции, и чем больше конкуренции, тем меньше требуется сертифицирующих [органов] и прочих системщиков.

Что касается безопасности для здоровья граждан и так далее, то этот вопрос решается путем подготовки техрегламентов, где эти требования прописываются. А дальше любой производитель или продавец импортной продукции, если то, что он продает, не соответствует требованиям технического регламента, попадает под прямую ответственность, вплоть до уголовной.

И заявительный порядок – это разумная и естественная вещь, она должна быть повсеместно внедрена. Но сторонники повсеместной сертификации, сторонники многочисленных стандартов и так далее, которые разрабатываются непонятно как и утверждаются помимо закона, вот они и являются основными тормозами для всей этой реформы в течении очень-очень многих лет.

И, слава богу, кажется, что их противодействие, наконец, начало ослабляться, благодаря политической воле. На что нужно оставить сертификацию? Обычно это очень маленький перечень особо опасных видов продукции – это лекарства, где есть риски при неправильной рецептуре нанести существенный ущерб здоровью, ядерная энергетика и соответствующие технологии, особо опасные химические производства и соответствующая продукция, которая может нести на себе остаточные следы воздействия этих технологий. Такого рода вещами и исчерпываются перечни, это единицы подотраслей.

Декларирование – это стандартная процедура за рубежом, она означает, что производитель несет ответственность, дает гарантию, что его продукция соответствует этим техническим регламентам, безопасна для потребления, и все. Больше ничего, собственно, и не требуется от него. Никаких специальных подтверждающих процедур проходить не нужно. Я бы на самом деле радикально сократил и тот перечень, который оставлен, но понимаю всю сложность борьбы с любителями половить рыбку в мутной воде, с этими нашими специфическими бюрократами, которые сидят на эти процедурах.

Я рассматриваю это решение как первый шаг. Будем надеяться, что за ним, через год-другой, последуют и другие шаги, которые, в конечно итоге, приведут нашу сертификационную систему более-менее в соответствие с лучшими мировыми образцами.