Новости Календарь

Сможет ли Европа конкурировать с Кремниевой долиной?

Сможет ли Европа конкурировать с Кремниевой долиной?
Российские стартапы, ориентированные на международный рынок, зачастую боятся работать с «отечественными инвестициями», предоставляемыми нашими бизнес-ангелами и венчурными фондами. Они стремятся выйти на контакт с аналитиками в Кремниевой Долине, чтобы получить экспертную поддержку и «умные деньги». Но стоит ли ехать так далеко, если поблизости есть Европа с ее инвестиционным потенциалом?

Несколько месяцев назад Earlybird Venture Capital опубликовала отчет «Превращая венчурный капитал в мудрость: почему инвестиции, вложенные в Европу, окупаются лучше, чем американские». Его цель – продемонстрировать миру потенциал европейской стартап-экосистемы на примере результатов венчурных фондов. Основная мысль отчета: Европа сегодня является одним из наиболее перспективных рынков для инвестиций, приносящих ошеломляющие доходы.  И деньги венчурных фондов ЕС работают не менее успешно, чем в Силиконовой Долине. Однако, как это принято говорить, «не все так просто». Авторы исследования упустили несколько важных факторов – и на них стоит остановиться подробнее.


Венчурные фонды в Европе
По мнению Earlybird Venture Capital, одним из главных факторов, тормозящих развитие рынка инвестиций в Европе, является постоянное сокращение количества венчурных фондов за последние 20 лет (почти на 63%). Только пятая часть из них смогла пережить крах доткомов и экономический кризис 2008 года.



10 лет перемен
В период с 1999 по 2000 год почти каждый банк, корпорация или страховая компания в Европе создали собственный венчурный фонд. Но если посмотреть, на ком сейчас держится инвестирование в европейских странах, –  окажется, что это либо немногочисленные частные инвесторы, либо корпорации. Первые готовы рисковать, вторые – ищут инновации для повышения своей конкурентоспособности. Мало того, разочарование прошлого сделало европейских капиталистов очень осторожными в своем выборе. Все это приводит к дефициту венчурного капитала в Европе и сказывается на здоровье экосистемы в целом. 


О мультипликаторах
Главный упор в статистике строится на показателях мультипликаторов, которые в Европе, по оценке экспертов Earlybird Venture Capital, выше примерно в пять раз. Получается, что у европейских венчурных фондов за последние пару лет показатели по возврату вложенных инвестиций более высокие, чем у американских. Хотя в целом в объеме они меньше на 25% по причине низкой оценки на посевном уровне и более высокой эффективности самого капитала на выходе. 


Подводные камни
На мой взгляд, ошибочно рассматривать ситуацию в экосистеме в целом, апеллируя только к точке зрения инвесторов и оценке мультипликаторов. Очевидно, что для венчурных капиталистов не важен размер индустрии и рынка – значение имеют лишь мультипликатор и показатель эффективности вложенных средств. Их цель – заработать. Также необходимо вспомнить и о риске процентной ставки, ведь в США гораздо больше успешных интернет-компаний, и вероятность успеха для стартапа выше. 

Кроме того, статистика получена за счет анализа данных Европейской ассоциации прямых частных инвестиций и венчурного капитала (EVCA), Dow Jones VentureSource и показателей их собственного фонда Earlybird Venture Capital, что составляет примерно 15% от всего рынка инвестиций в ЕС. Почему так? Дело в том, что европейские венчурные фонды, в отличие от американских, не обязаны публично отчитываться о своей деятельности. Рынок непрозрачен, получить точные данные практически невозможно. 

Приведенные показатели от Earlybird Venture Capital никак не могут быть интерпретированы как показатель всей индустрии Европы. Германия (где и базируется фонд, представивший исследование), является одним из основных ее рынков, и за последние семь лет с инвестициями на посевной стадии там все было более чем в порядке – они составили около $400 миллионов. Одна из лидирующих стран Европы, Германия обладает уникальной бизнес-моделью, совершенно отличной от Кремниевой долины, где вся индустрия держится на нескольких гигантах и объединенной системе нетворкинга для стартапов. В Германии, напротив, наблюдается многообразие возможностей, предоставляемых в регионах и повышающих уровень предпринимательской активности локально. 


Про IPO
Начиная с 2005 года в Европе произошло 14 впечатляющих выходов венчурных капиталов из стартапов. Общая их оценка составила больше миллиарда долларов – среди них люксембургский проект Skype, шведская компания mySQL, британская платформа спортивных ставок Betfair и немецкий ипотечный брокер Interhyp. И только этими проектами европейская стартап-экосистема, понятное дело, не ограничивается.


Оценка произведена на основе входных и выходных данных (денег) в индустрии в определенный год.

Еще один важный момент: за последние пару лет в Европе состоялось несколько выходов компании на публичный рынок, которые составили в общей сумме $15 миллиардов. Эта цифра, по данным экспертов Earlybird Venture Capital, составляет ровно половину от американского рынка инвестиций. 



Тяжелые времена
2009–2010 годы были критическими и кризисными как для Америки, так и для Европы. Поэтому учитывать индекс IPO за этот период не логично: само размещение на бирже в это время было достаточно рискованно. И, наверняка, стоит ожидать ошеломляющих результатов от таких гигантов как Facebook, Zynga, Groupon в 2013 году при выходе на IPO. 


О клонах
При слове Европа в голове у нас возникает всего пара громких проектов – Skype,  CityDeal, MySQL, XING (вышедший на IPO задолго до LinkedIn)… Существует устойчивое мнение, что европейская стартап экосистема – это, в основном, клоны проверенных западных моделей или совершенно не инновационные проекты. Авторы отчета пытаются развеять миф о клонах, приведя в пример портфолио ряда инкубаторов и акселераторов. 



Армия клонов?

Я просмотрела портфолио нескольких европейских венчурных фондов (Balderton и Index в Великобритании; Prime Ventures в Бельгии; Northzone и Creandum в Скандинавии; Ventech и Sofinnova во Франции; WellingtonTarget and Earlybird в Германии; 360 partners в Италии), а не только заявленных в отчете немецких, и обнаружила вот что:
  • Менее 5% в списке их проектов занимают клоны. Все остальные стартапы – это инновационное решения в той или иной сфере.
  • 90% стартапов в этих списках нацелены на глобальный рынок.
  • Соотношение экспертов и новичков в этой индустрии примерно 50/50. Это значит, что серийные предприниматели Европы прекрасно взаимодействуют с теми, кто только пробует себя в бизнесе. Есть приток свежей крови, возможность передать опыт.
  • В мире об этих стартапах мало что слышно потому, что европейский подход к бизнесу отличается консервативностью и не требует предоставления официальных цифр в медиа.
Думаю, мнение о том, что  Европа способна только на клонирование американских проектов, складывается из-за деятельности трех известных всему миру инвесторов – братьев Самверы. Их бизнес – быстрое (и, отмечу, удачное) клонирование успешных бизнес-моделей Кремниевой долины на немецкий и китайский рынки. Это привлекает внимание как медиа, так и мирового венчурного капитала.

Например, эти ребята создали и продали: 
  • клон YouTube для германоязычного мира MyVideo.de, который был выкуплен у создателей за $26 миллионов;
  • конструктор сайтов Jimdo, действующий наподобие Google Page Creator; 
  • клон eBay под названием Alando.de, проданный eBay в 1999 году;
  • StudiVz – клон Facebook, популярный среди говорящей на немецком аудитории;
  • клон Groupon – CityDeal.de;
  • Plinga – клон Zynga, еще не проданный, но успешно развивающийся бизнес монетизации игр для социальных сетей. 

Сейчас братья Samwer запускают Wimdu и Airzu, европейский и китайского аналоги Airbnb.com, сервиса по бронированию квартир на сутки. В то время как другой немецкий клон, Accoleo, был куплен основателями Airbnb.com несколько недель назад.


Война континентов
Сегодня Европа рьяно претендует на место если не лидера, то, как минимум, активного игрока на инвестиционном рынке. Многообещающий и претенциозный отчет – тому доказательство. В ЕС повсеместно появляются инкубаторы и акселераторы, государством на том или ином уровне поощряется венчурный капитал. Но есть одно «но» –  консервативность. Во-первых, европейское общество еще не до конца осознало силу предпринимательской инициативы, важность инноваций, и пытается примерить основы социалистической экономики прошлого и на стартапы, не принимая во внимание особенности этого бизнеса. Деньги даются в основном под проверенные проекты с наименьшим риском – то есть на клоны. 

Во-вторых, европейская среда далека от открытости американской экосистемы. Например, в Кремниевой долине существует негласное правило «платить вперед» – это система взаимоотношений, которая выстраивалась в Силиконовой долине в течение долгих десятилетий. Любой стартапер знает, что не имеет права (и в этом нет никакого смысла) просто придти и попросить денег. Сначала он должен кому-то помочь, заработать доверие к себе, и уже после этого помогут ему. В Европе и России этого пока нет – и вместо «Чем я могу вам помочь?» стартаперы спрашивают: «Сколько я могу получить?»

Предыдущий материал

Стартап с нуля: нужно ли платить налоги?

Следующий материал

Битва стартапов: кому это нужно и зачем?