Подмосковная Чечня

Так порой бывает: два сообщения или две газетные публикации, посвященные разным событиям, людям, местам, оказываются связанными друг с другом. Потому что они об одном и том же явлении. В данном случае – о дальнейшем уменьшении единого правового пространства в Российской Федерации, ее государственной деградации в результате приватизации и конвертации властных полномочий. В одном месте это уже произошло. В другом только готовится, причем планы эти преподносятся как модернизация, инновация, прорыв к светлому будущему.

Сначала цитата из публикации о том регионе России, где уже действуют свои законы:

«Короче, тогда он мне сказал: «Сейчас тебе задам один вопрос, ты мне должен на него ответить». – «Хорошо». – «Ты хочешь жить спокойно?» Я сказал, да. «Тебе надо проблемы?» – «Нет». – «Тогда послушай, тебе надо, к тебе у меня есть вопрос, чтобы убить Ямадаева Ису». Я сказал: «Рамзан, я боюсь. Так убить я не могу. Как я могу так убить?» Он тогда посмотрел на охрану. «Если ты не убьешь, мы убьем тебя сейчас здесь и убьем вашу семью. Привезем сюда всех: женщин, детей, всех привезут сюда. Проводим их к тебе, здесь рядом их всех убьем, потом тебя убьем. Я тебе точно скажу. Давай сделай это. Тебе выжить надо». – «Хорошо тогда,– у меня больше шанса не было. – Тогда я буду это делать».

Да, это всего лишь показания обвиняемого, но убийства противников Рамзана Кадырова по всему белу свету – факт, как и отсутствие в Чечне федеральной власти. Более того, порой чеченская власть кажется сильнее федеральной. Совсем свежий пример: этапирование хакера Альберта Сааева в Грозный только затем, чтобы тот извинился перед Рамзаном Кадыровым.

Но о Чечне достаточно. Поговорим о Подмосковье.

«Как следует из концепции Минэкономразвития(проект есть у «Ведомостей»), потребуется внести изменения в девять законов и кодексов – налоговый, градостроительный, земельный…

…В Сколкове будут действовать независимые от местных властей и подчиняющиеся напрямую головной структуре специальные подразделения органов МВД, ФМС, ФНС, МЧС, Роспотребнадзора»

Ну, там еще особый налоговый и таможенный режим, само собой. В общем, все особое. В Чечне эта особость была установлена после выигранной федеральным центром войны и проигранного им мира. А в Подмосковье ее собираются установить сразу, изменив федеральное законодательство. Цель, что в Чечне, что в Сколкове, – святая. На Кавказе – мир и процветание, в Подмосковье – инновации, модернизации и тоже процветание.

Но ведь всем хочется процветать. И почему бы для этого не установить особый режим правового процветания в других отдельно взятых областях и поселках? Цель-то святая.

Правда, что касается Сколкова, то там все хорошо, за исключением одного. Совершенно непонятно, кто и какой наукой будет там заниматься. Рассказ о том, как там все благоустроено, посвящен тому, как и что там будет построено, что будет с налогами и пошлинами. Ну, это как если бы новая театральная постановка была представлена следующим образом: построим новое здание театра, купим «роллс-ройс» для директора (это для Вексельберга, значит) и «матиз» для худрука (получается, что для Алферова). А что ставить будем – это уж приглашенный режиссер решит, когда мы его найдем. Он же и артистов позовет.

Да! Чечня Чечней, но не только опыт Рамзана Кадырова важен и ценен для модернизационного благоустройства. Подобное имело место в России и в русских областях, не только на Кавказе. Правовое обеспечение инновационного проекта по введению военных поселений было простым и четким: в 1816 году Высоцкая волость Новгородской губернии была выведена из гражданского подчинения и отдана под власть одного из адъютантов Аракчеева.

Это наша история. Мы помним, мы гордимся. А то тут шарашки поминают в связи с городом будущего, но уже задолго до них лучшие умы России…

И никаких девяти законов и кодексов менять не пришлось.