Государство пришло в экономику, похоже, всерьез и надолго. И американские бизнес-школы быстро среагировали на эту тенденцию. Во многих программах MBA появились (или стали основными) курсы социально-политической направленности, раньше почти незаметные.
И спрос на эти программы есть: американские студенты видят в знании истории и понимании устройства государственной машины дополнительный фактор будущего коммерческого успеха.
Профессорам-гуманитариям теперь раздолье: в школе Stern Нью-Йоркского университета вспомнили историю и ввели отдельный курс, посвященный Великой депрессии. В UC Berkeley Haas School появился курс о бизнесе и государственной политике, а в школе бизнеса SloanМассачусетского технологического института – городские рынки труда и их зависимость от государства.
Интерес к общественным наукам пока вырос только в американских бизнес-школах. Но и в российском бизнес-образовании курсы о государстве будут набирать вес.
ОБАМА И МАРКЕТИНГ
Российские бизнес-школы пока адаптируются к кризису, больше работают над структурой уже имеющихся курсов и над тем, чтобы сделать их более актуальными, говорит
Прямая речь«Сейчас бизнес-школам нужно решать вопрос выживания»Президент «Российской ассоциации бизнес-образования» Леонид Евенко
об изменениях в программах MBA:
Конечно, происходит коррекция программ. Но я бы не говорил, что происходят идеологические изменения. Российские бизнес-школы пока сосредоточились на адаптационной стратегии – они больше работают над структурой существующих курсов и их актуализацией. Усиливаются программы на злобу дня: например, для открытых программ популярны темы управления проектами, финансы для нефинансистов, управление продажами. Появляются краткосрочные и долгосрочные курсы кризисного менеджмента.
Понятно, что сейчас нужно решать вопросы выживания. Осенний набор показал падение спроса на бизнес-образование на 30% в сравнении с 2008 годом. Это среднероссийский показатель, а в отдельных школах дела обстоят гораздо хуже. В текущем году падение спроса будет таким же, если не большим, потому что потенциальные слушатели продолжают жить в условиях высокой неопределенности. Курсы, касающиеся взаимодействия с государством, уже есть в некоторых бизнес-школах. Думаю, это направление будет развиваться по мере появления полноценных кейсов.
президент «Российской ассоциации бизнес-образования» Леонид Евенко. Повсеместно внедряются курсы риск-менеджмента, которых раньше почти не было, усиливаются программы «на злобу дня». Например, на открытых программах популярны темы управления проектами, управления продажами, финансы для нефинансистов.
Идеология же программ пока почти не поменялась, говорит
Прямая речь«Года через три курсы GR-менеджмента будут повсеместно внедрены в российских бизнес-школах»Директор направления международного бизнеса бельгийской бизнес-школы Vlerick Питер Рафферти
об изменениях на рынке бизнес-образования:
Подходы к бизнес-образованию переосмысляют везде. Сейчас главное – глубокий анализ причин возникновения кризиса и в связи с этим подготовка менеджеров, способных оценивать последствия принимаемых ими решений для экономики и общества в целом. Но происходит переосмысление везде по-разному, локальная специфика определяет необходимые шаги.
Я разговаривал на разных конференциях со своими американскими коллегами. Действительно, у них массово возрождаются или активизируются курсы Business and Public Policy – это своеобразные вводные, обобщающие курсы, раскрывающие механизмы принятия административных решений, показывающие, как работают стимуляционные законы Обамы от замысла до их принятия. Появляются и специфические курсы, такие, как история мировых кризисов или история американской Великой депрессии.
Но это особенность американского бизнес-образования. Американская образовательная система пошла путем концептуальной перенастройки программ с учетом новой повестки дня. В США кризисный период серьезно трансформировал общественное сознание, а антикризисная политика Обамы заметно изменила правила игры. Американские школы вынуждены предлагать курсы, «препарирующие» систему принятия и реализации решений на федеральном уровне и в штатах. Мне приводили такие примеры: понимая процедуру и сроки утверждения очередных законов из пакета стимулов Обамы, можно более дальновидно планировать свою маркетинговую и сбытовую политику, заранее учитывая все дополнительные возможности и ограничения.
В европейских школах, насколько я знаю, ситуация иная. Там, наоборот, делается все больший акцент на прикладных курсах, именно они пользуются большим спросом. Похожая ситуация и в России.
В России, как и в Европе, неизбежно появятся полноценные курсы GR-менеджмента. Влияние государства на экономические и бизнес-процессы в США, Европе и России имеет свои безусловные особенности. Но в России очевидна централизация управления и оперативная зависимость крупного бизнеса от правительственных решений. Думаю, года через три курсы GR-менеджмента будут повсеместно внедрены в российских бизнес-школах. Проблема будет в том, что сфера GR в России еще очень консервативна и закрыта, неизбежен дефицит информации для реальных кейсов.
Питер Рафферти, директор направления международного бизнеса бельгийской бизнес-школы Vlerick. В США школы бизнеса перестраиваются под новую политическую повестку дня, в Европе и России они по-прежнему сосредоточены на курсах прикладного характера.
В Америке кризис сильно повлиял и на общественное сознание, и на мировоззрение бизнесменов, а к этому добавилась политика президента Барака Обамы, заметно изменившая правила игры. Новые курсы американских школ «препарируют» меняющуюся систему политических решений: например, зная процедуру и сроки утверждения очередного пакета стимулов Обамы, можно лучше планировать свой маркетинг и сбыт.
В России рассказывать студентам об антикризисной политике властей никому и в голову не приходит: пока составишь курс, она примет совершенно новый оборот. К тому же эффективная работа с госорганами проходит обычно в неформальных рамках.
Прямая речьРубен Варданян, «Тройка Диалог»: «У нас ужасное бизнес-образование»
Рубен Варданян, председатель совета директоров группы компаний «Тройка Диалог»,
на панели «Обучение мировых лидеров будущего»:
Я буду говорить жестко. Я, кажется, здесь единственный не инженер. Более того, я не только не инженер, я работаю на рынке по своей специальности. Бизнес-образование у нас ужасное. Оно отсутствует. Я попытаюсь объяснить.
Проблема номер один. Вот мы тут много говорили про инженеров. Вопрос: почему люди, которые обучились на инженера, становятся бизнесменами? Мне кажется, что это неправильно. Если в обществе, в системе, семье, человек учится на инженера, а потом вынужден становиться бизнесменом, это значит, что что-то не так: либо инженер не пользуется уважением в обществе, ему не дают реализовать себя в профессиональной области, либо он выбрал неправильную процессию. И так во всем мире.
Это касается не только инженеров, но и медиков, ученых, музыкантов, и т.д. И это серьезнейшая проблема – переток лучших людей в бизнес-среду. При том, что она далеко не всегда является лучшей средой для самореализации. Все потому, что есть одна система оценки – деньги. И бизнес-школы ее культивируют. Ты успешен, если много зарабатываешь.
Проблема номер два. Люди – это основной актив. С этим вроде бы согласны все. Но посмотрите вокруг, и вы увидите, что это неправда. На основной актив нужно тратить больше всего сил – это правило. Но в России почти нет компаний, в которых CEO тратит достойное время на людей. Значит, люди до сих пор не основной актив. Что могут ответить бизнес-школы на этот перекос?
Третья проблема – двойные стандарты. Обсуждаются ли в бизнес-школах проблемы: криминал, коррупция, роль спецслужб в экономике, административное давление? Как мы можем принимать образование, которое оторвано от реальности? Гигантский разрыв между реальной жизнью и тем, чему учат.
Наконец, у нас нет здоровой конкурентной среды. Все измеряется в деньгах. Например, я везде слышу про Дональда Трампа, его всем приводят в качестве примера. Почему Дональд Трамп является примером? Почитайте его книги – это человек, который не имеет ценностей. Школы должны осудить его, не подавать ему руки, показывать как негативный пример. Нет системы оценки людей по ценностям, а не по деньгам. Нужна система оценки ценностей. Этим должны заниматься бизнес-школы.
«Обсуждаются ли в бизнес-школах проблемы: криминал, коррупция, роль спецслужб в экономике, административное давление? Как мы можем принимать образование, которое оторвано от жизни?»
Но сложно себе представить в программе той же «Сколково» курс об особенностях нашей коррупции.
ДЕФИЦИТ ГОСУДАРСТВА
И все-таки изучать государство в российских бизнес-школах, скорее всего, будут – на курсах Government Relations («связи с государственными органами»). Пока таких курсов в рамках программ MBA немного. В 2004 году в ГУ-ВШЭ открылась кафедра «Теория и практика взаимодействия бизнеса и власти», которой руководит глава РСППАлександр Шохин. С 2008 года в Высшей школе государственного администрирования (ВШГА) МГУ можно получить специальность «MBA — Связи с государственными органами (GR)».
Прямая речь«GR – это большая, профессиональная область менеджмента»Руководитель центра по изучению проблем взаимодействия бизнеса и власти Lobbying.ru Павел Толстых
о развитии GR-менеджмента:
В странах Западной Европы и в США специалист в области Government Relations – уважаемая и хорошо оплачиваемая профессия. GR-специалист – высококвалифицированный посредник, который доносит пожелания общественных групп до государственного чиновника, тем самым делая управление государством стабильнее и эффективнее.
Это большая, профессиональная область менеджмента, безусловно, требующая академического осмысления. Факторов, которые могут повлиять на развитие GR в рамках MBA-программ, несколько. Первое – усиление роли государства в экономике. В России появилась прямая зависимость успешного развития компании от эффективности ее отношений с органами государственной власти.
Второе – формирование профессиональных департаментов по связям с органами государственной власти в российских корпорациях. Исследование нашего Центра, проведенное в начале 2008 года, показало, что такие департаменты возникли в большинстве крупных компаний России.
Третье – кризис политического PR в России. После того, как была введена пропорциональная система выборов депутатов Государственной Думы, а губернаторы стали избираться законодательным собраниям регионов по представлению президента, резко сократилась капитализация политического и избирательного консультирования. Политконсалтинговые компании, лишенные выборных бюджетов, но имеющие прочные связи в политических кругах, все чаще стали заявлять о своей переориентации из PR в GR-консультирование. То есть формируется рынок труда.
Четвертое – приход в Россию международных лоббистских фирм, обусловленный потребностью ведущих иностранных корпораций, занимающихся бизнесом на территории России, в получении консультационных услуг по взаимодействию с российскими органами государственной власти.
руководитель центра по изучению проблем взаимодействия бизнеса и власти Lobbying.ru Павел Толстых, для появления полноценных GR-курсов есть все основания. Во-первых, в России успешное развитие компании напрямую зависит от эффективности отношений с органами власти, и это уже надолго. Во-вторых, потенциальных студентов уже немало: в большинстве крупных корпораций, по данным Lobbying.ru, есть департаменты по связям с органами государственной власти, и их сотрудникам надо где-то учиться. Наконец, в Россию приходят международные лоббистские фирмы, а им нужны консультации по взаимодействию с российскими властями. Здесь бизнес-школы тоже могут найти себе нишу.
Необходимость курсов GR в бизнес-школах назрела давно, согласен Евенко. И эксперты считают, что отношения с властью будут изучать не просто на коротких курсах, но и на MBA. GR – сфера общего менеджмента, уверен
Прямая речь«Сотрудники администрации президента у нас учат, как выстраивать отношения с органами власти»Первый заместитель директора «Высшей школы государственного администрирования» Владимир Еремин
о программе «MBA – Связи с государственными органами (GR)":
Мы работаем с 2008 года. Сейчас набираем следующий курс, который начнет учиться с октября 2010 года. По сути, мы готовим директоров (вице-директоров), заместителей или советников/консультантов по связям с государственными органами. Помимо общего курса, в программе спецкурсы и мастер-классы: как выжить и развить бизнес в условиях кризиса, как выстраивать отношения с органами власти, как правильно подать заявку на государственный кредит, тендер, конкурс, приватизацию госсобственности, включиться в процесс государственно-частного партнерства. Т.е. все что связано с оперативным и стратегическим взаимодействием с государственными органами власти. Обучение ведут в том числе сотрудники подразделений Администрации Президента РФ и Аппарата Правительства РФ.
Точно могу сказать, что специалисты по связям с госорганами в последние пять лет становятся все более востребованными в силу того, что на рынке политического консалтинга в России произошли существенные изменения. Если лоббизм – это лишь инструмент, технология, то GR – сфера общего менеджмента. Несомненно, лоббирование интересов компании или отрасли, а тем более организация целой системы взаимодействия «компания – бизнес-ассоциация – власть» требует соответствующей образовательной подготовки. Согласитесь, невозможно осуществлять грамотное госуправление, если со стороны объекта управления отсутствует система четко выстроенных коммуникаций, верно преподнесенной информации о проблемах, существующих в отраслях, компаниях, экономике в целом.
первый заместитель директора ВШГА Владимир Еремин. Лоббирование интересов компании или отрасли, работа в бизнес-ассоциациях «требует соответствующей образовательной подготовки в рамках комплексных программ» – именно это будут рассказывать потенциальным клиентам бизнес-школы.
Планы ввести обширный курс «Связи с государственными органами» есть
Прямая речь«Мы уже движемся по пути американских бизнес-школ»Ректор Московской международной высшей школы бизнеса «Мирбис» Станислав Савин
о перспективах курсов GR-менеджмента в бизнес-школах:
Считаю, что это перспективное направление. Оно обязательно появится у нас в ближайшем будущем. Мы уже, кстати, движемся по пути американских бизнес-школ. У нас есть программа MBA, которая называется «Национальный лидер». Мы считаем, что для выхода из нынешнего экономического кризиса (имеющего, в том числе, и мировоззренческий аспект) требуются принципиально новые подходы к управлению. Актуализируется задача сочетания деловых устремлений руководителя с национальными интересами, лежащими в координатах не только экономического, но и духовного богатства страны. И мы хотим, чтобы программа выводила менеджеров на новый уровень – стимулировала достижения уровня масштабно (государственно) мыслящего управленца. Это не совсем Business and Public Policy, но это близко к тому, куда стремятся американские бизнес-школы.
у московской школы «Мирбис». По информации Slon.ru, аналогичный курс может появиться и у крупной петербургской бизнес-школы, пока официально не раскрывающей свои планы. Питер Рафферти уверен, что дальше таких курсов будет все больше и больше, в том числе благодаря западным партнерам, которые влияют на содержание российских программ MBA и заинтересованы в изучении нашей государственной машины.
Однако есть проблема: как разрабатывать курсы и задания? Взаимодействие с государством – не тот опыт, о котором российские бизнесмены рады распространяться. Серьезные кейсы, к которым привыкли на Западе, на нашем материале не построишь. Информацию придется собирать по крупицам из открытых источников. В итоге, курсы GR могут стать типичным продуктом российского бизнес-образования: пересказом западного опыта, плохо приспособленным к нашей реальности.
Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети:
ВКонтакте или
Facebook.
RSS
0
экспорт в блог
0 
Рубен Варданян, председатель совета директоров группы компаний «Тройка Диалог»,
Следите за обновлениями Slon.ru в вашей социальной сети:
