Дмитрий Медведев и византийская модель капитализма

В день присоединения Уго Чавеса к могучей оси добра Хамас – Никарагуа – Венесуэла – Россия, объединенной отрицанием принципа территориальной целостности государств, Дмитрий Медведев обратился вроде бы к гражданам России. «Вроде бы», потому что он использовал для этого интернет-издание, которое явно не является массовым.

Так что получается, что обращение это не ко всем россиянам, а к той их части, в которую входят пользователи интернета, проявляющие интерес к политике. Это уже весьма примечательно.

Еще более примечательна концовка статьи:

«Нашей работе будут пытаться мешать. Влиятельные группы продажных чиновников и ничего не предпринимающих «предпринимателей». Они хорошо устроились. У них «все есть». Их все устраивает. Они собираются до скончания века выжимать доходы из остатков советской промышленности и разбазаривать природные богатства, принадлежащие всем нам. Они не создают ничего нового, не хотят развития и боятся его. Но будущее принадлежит не им. Оно принадлежит нам. Таких, как мы, абсолютное большинство».

Первое же, что вспоминается, – песня юного мальчика из «Кабаре»: «Tomorrow belonges to me».



Но отдельные товарищи вспомнили и другое:

«Некоторые организации находятся под контролем тех облеченных властью, которые пролезли в партию и идут по капиталистическому пути. Эти лица страшно боятся, как бы массы не разоблачили их, и поэтому ищут всевозможные предлоги для зажима массового движения. Чтобы завести движение на ложный путь, они прибегают к таким приемам, как отвлечение внимания от главного объекта и выдача черного за белое. Почувствовав себя в крайней изоляции и увидев, что дела их хуже некуда, они плетут новые интриги, нападают из-за угла, фабрикуют слухи и всячески замазывают грань между революцией и контрреволюцией, чтобы нанести удар по революционерам».

Ну и, конечно, кое-кто провел иную параллель, вспоминая «ускорение» и «перестройку» на начальной стадии.

Однако все эти сравнения некорректны. Все до единого. И те, что были, и те, что будут. И обещания о приватизации будущего, и команда «огонь по штабам!», и призывы ускориться исходили от полновластных лидеров. Если же, повторю еще раз сказанное, они исходят от главы государства, не имеющего возможности ни сместить, ни даже публично критиковать главу правительства, то, как сказали бы в Одессе, мы имеем одно недоумение.

Но ведь текст этот писали, согласовывали, правили, какое-то содержание в него напихивали. И, отвлекаясь от тягостных служебных обстоятельств его номинального автора, посмотрим все же, что за картину страны и мира он представляет узкому кругу россиян – читателям «Газеты.ру».

Да никакую, в том-то и дело. Если значительная часть текста написана в будущем времени и повествует, как все хорошо будет устроено, и будем мы «пить вечером чай на открытом воздухе и рассуждать о каких-нибудь приятных предметах», то значит, что авторы более всего боятся сказать лишнее о настоящем времени. О нем, правда, кое-что сказано, но стратегического понимания ситуации нет, как нет, и не может быть стратегии достижения целей. Да и цели-то – взгляд и нечто. И потому – даже независимо от воли райтеров и президента – четко и ясно прописан только вот тот абзац, что был процитирован в самом начале. О врагах. А о том, кто такие мы, которым предстоит устроить в России мир и благолепие, так и не сказано. Что это за «мы» такое?

И причины этого ясны и понятны. Медведев является частью той системы, которая создавалась в последние десять лет без расчета на решение позитивных задач. Россия обустроена превосходно, все элементы государственной машины и имитационного гражданского общества работают исключительно в режиме подавления любой самостоятельной инициативы в политической и общественной сфере, отъема и перераспределения собственности в пользу правящей элиты на всех уровнях (рейдерство повсеместно – от «Юкоса» до булочной) и конфронтации со всем миром. Разве что, кроме Чавеса и Хамаса.

В статье Дмитрия Медведева говорится о том, что традиции не являются непреодолимой силой, что они не должны предопределять развитие России. Все так. Но все, что было создано за последние десять лет при его деятельном участии, есть воплощение роковой для России византийской традиции. Если угодно, византийская модель капитализма. Это стало очевидно в последние дни, когда отмечалось семидесятилетие начала второй мировой войны, развязанной нацистской Германией и советской Россией. По существу, Россия противопоставила себя новой европейской идентичности, отказавшись признать ценностный консенсус с Европой и свое единство с ней.

Вместо этого Россия и в самом деле возвращается к концепции Третьего Рима, забывая о том, что погубило Рим Второй. Ведь основное отличие византийской модели от западноевропейской сводится к двум элементам.

Первое – ставка на имперское расширение, истощающее ресурсы государства и – главное – делающее невозможным формирование в перспективе национального государства. Византия не создала греческое национальное государство – оно стало складываться пять веков спустя после ее падения. Как не создала немецкое национальное государство Священная Римская империя. Нет шансов создать его и при нынешнем устройстве России. В статье Медведева прямо говорится о преемственности антинациональной имперской традиции, причем используется неполиткорректный оборот «малые народы». «Покровительство малым народам» объявляется славной российской традицией.

Второе – это отсутствие долговременных наследственных элит, высокая вертикальная мобильность, постоянное обновление правящих группировок. Все это парадоксальным образом привело Византию к застою и стагнации, поскольку государство нацеливалось лишь на удержание власти. Приход к власти путинской группировки и ее действия именно таковы. В лучших византийских традициях.

То есть все, что может быть названо негативной реализацией потенциала власти вовне и внутри страны, восходит еще к византийской матрице. И самым глубоким образом формирует российскую идентичность.

А также – социальную структуру российского общества. Потому и непонятно, кто же такие «мы», которым принадлежит будущее. Кто ж такой этот креативный класс и, выражаясь по старинке, буржуазия. Как же при этакой-то мобильности ей сложиться, сформироваться, осознать свои интересы? Впрочем, о «предпринимателях», повторю, в статье Медведева сказано ясно и нехорошо.

Но если только ради очередного перераспределения власти и собственности все и писалось, то каков же ресурс у президента? Или же они на пару с премьером затеяли то, что сейчас называется модернизацией, а в прежние времена именовалось проще – «перетряхнуть людишек»?

Для начала проследим, как себя поведет агитпроп, и особенно – кандидаты в хунвэйбины. Но решающее слово в путинской России, понятное дело, за теми, кто реально регулирует экономику, формирует социальную структуру, определяет, кому быть богатым и сильным, а кому...

Привет от Чичваркина, Дмитрий Анатольевич!

А уж про то, что творится на выборах в Московскую городскую думу, ему лучше не знать. Расстроится.

Вот, Владимиру Милову его собственную подпись признали недействительной.

А так, конечно, все будет прекрасно. И приедем мы в какое-то общество в хороших каретах и обворожим всех приятностью обращения. И государь пожалует нас генералами.