Не Копенгаген

Вторую неделю подряд страны-приверженцы Рамочной конвенции ООН об изменении климата (РКИК ООН) ведут переговоры на конференции в Копенгагене, цель которых – заключить новое международное соглашение о совместных действиях для противодействия изменению климата. Это будущее соглашение – Копенгагенский протокол – станет преемником Киотского протокола, срок действия которого истечет в конце 2012 года.

Два года назад на конференции РКИК ООН на о. Бали перспективы встречи в Копенгагене выглядели весьма радужно: экологи выработали Балийский план действий по обустройству «жизни после Киото» и надеялись, что после Копенгагенской встречи удастся добиться не просто очередной политической декларации, а сформировать достаточно наполненный и подлежащий ратификации документ, пусть даже и включающий в себя вечный кошмар международных переговорщиков – изобилие квадратных скобок, показывающих, что заключенный в них текст пока не согласовании и подлежит дальнейшим дополнениям и уточнениям.

Однако атмосферу форума в Копенгагене еще до его начала омрачал глобальный экономический кризис, не способствующий принятию масштабных и «затратных» с политической точки зрения решений: совсем не секрет, что в кризисные периоды государства склонны вести себя более эгоистично и прижимисто, – всплеск протекционистских мер в мировой торговле за последний год является этому яркой иллюстрацией. Многие эксперты и даже официальные лица (как, например, генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун и премьер-министр Дании Расмуссен) даже официально высказывали сомнения в результативности Копенгагенской встречи.

Правда, пока сохраняются основания надеяться и на благоприятный исход – например, недавнее решительное выступление Барака Обамы, пообещавшего принять участие в финальной части переговоров и взять обязательство о 17%-ном сокращении американских выбросов. Президент Медведев вчера также вполне убедительно озвучил идею приверженности России Киотскому курсу, заявив, что наша страна может сократить объем выбросов до уровня 75% от объема базового 1990 г. уже через десять лет, а также пообещав лично прибыть в Копенгаген.

На этом фоне неприятным ударом для экологов стал так называемый Климатгейт – разразившийся в интернете скандал из-за обнародования электронной переписки климатологов Университета Восточной Англии. Попавшие в сеть (как утверждается, усилиями российских хакеров) письма британских ученых будто бы свидетельствуют о недостаточно строгом подходе к построению температурных рядов. На многих сайтах климатических скептиков цитируют фразы из этих писем – о «фокусе», с помощью которого якобы удалось «замаскировать снижение» температуры. Вновь активизировались рассуждения в СМИ о том, что глобальное потепление может оказаться в действительности либо не глобальным, либо вообще не потеплением.

Конечно же, в официальных кругах Копенгагена по-прежнему продолжают говорить о незыблемости здания климатического алармизма и о том, что «Климатгейт» никак не повлияет на деятельность РКИК ООН, но это именно та ситуация, когда осадок останется, даже если ложки найдутся.

Но камень преткновения на пути к Копенгагенскому протоколу лежит не в плоскости научных дискуссий, а в торгово-финансовой сфере. Страны Киотского протокола довольно активно склоняют крупные развивающиеся экономики (прежде всего Китай и Индию) к принятию ими обязательств по сокращению эмиссии парниковых газов. А развивающиеся страны, во-первых, ждут финансовой и технологической помощи для перехода на низкоуглеродные сценарии развития (около $150 млрд) а во-вторых, хотят иметь возможность защищаться с помощью торгово-политических мер (например, путем установления специальных импортных пошлин) от неравной конкуренции в тех сегментах рынка, где энергоэффективные отрасли западных стран получают значительные государственные субсидии и снижают таким образом свои издержки.

И если вопрос с финансированием, похоже, удастся решить – возможно, на базе предложенного Мексикой и Норвегией сценария создания специального Зеленого фонда, то торговые вопросы, связанные с глобальным потеплением и с экологией вообще, не внушают оптимизма. Они уже несколько лет входят в число спорных тем на встречах Дохийского раунда переговоров Всемирной торговой организации, и похоже, в Копенгагене не удастся найти приемлемого компромисса.

К числу наиболее сложных торговых вопросов, обсуждаемых в Копенгагене, входят такие темы, как углеродный пограничный налог (это односторонняя мера, которую, например, США расценивают как средство борьбы с изменением климата, а развивающиеся страны – как способ повышения конкурентоспособности американских товаров) и налог на топливо для морских и воздушных судов, а также передача развивающимся странам климатосберегающих технологий и торговля некоторыми сельскохозяйственными товарами (подробнее о связи вопросов торговли и изменения климата).

Скорее всего, достичь реального прорыва в Копенгагене не удастся: переговорный процесс будет продолжен в надежде сформулировать новое пост-Киотское соглашение через год, на очередной встрече сторон РКИК ООН в Мехико. Возможно, в течение наступающего года удастся найти компромисс между развивающимися и развитыми странами. Особенно интересно в этой ситуации то, что Россия (как страна, ратифицировавшая Киотский протокол) играет на поле развитых стран: это очень ценный опыт позиционирования, который может пригодиться нашей стране в будущем – после вступления во Всемирную торговую организацию, внутренняя переговорная жизнь которой еще более сложна и насыщена, чем жизнь РКИК ООН.