Перпетуум нобиле

Началась очередная Нобелевская неделя. По ее итогам можно будет сказать что-то конкретно-вразумительное, пока же сердце просит высказать абстрактно-наболевшее. Массовое брендированное сознание по-прежнему воспринимает нобелевскую оценку как большое событие и выдающееся достижение. Иногда так оно и есть, но в последнее время, скорее, вопреки, чем благодаря.

Критика нобелевки звучит со всех сторон. Ясно, что решения по линии естественных наук заданы коммерческими соображениями. Не секрет, что, скажем, рейтинг университетов и, следовательно, их многомиллиардные бюджеты зависят от числа сотрудников-нобелиатов. Решения по премии мира очевидно политически ангажированы, мотивированы конкретно-исторической повесткой дня.

Легитимность литературных награждений под еще большим вопросом – в силу субъективности индивидуального вкуса. Однако нелепость ситуации куда как объективна: как вообще получилось, что дюжина шведских академиков решает, кто в мире лучший писатель? Судьи-то кто? Может быть, это крупнейшие ученые-литературоведы и критики? Так ведь ничего подобного. Да и есть ли в Швеции полноценная литературная традиция, дающая право выносить высокие суждения? Кто в ней отметился, кроме больше театрального, чем литературного Стринберга и в меру упитанного Карлсона?

Разве катастрофическая близорукость решений шведского жюри за последние сто лет не дискредитировала его? Ведь хорошо, если хотя бы каждый третий литературный нобелиат прошел проверку временем и остался в истории словесности. Списки канувших в Лету награжденных, равно как и обойденных премией действительно великих писателей, воистину внушительны. Не будет большим преувеличением сказать, что обычный сравнительно образованный читатель способен вынести более экспертное суждение о литературных заслугах, чем скандинавские академики.

Впрочем, эти вопросы не обязательно риторические. Из них может следовать вполне практический и даже патриотический вывод. Ведь вот какая мысль приходит в голову: коль скоро Нобелевская премия находится в ситуации очевидного системного кризиса, почему бы России не перехватить инициативу? Что мешает осуществить проект российского Нобеля, постепенно вводить свою систему оценок и рейтингования? Заодно распространить их и на пропущенные нобелевкой сферы науки и искусства. Известно, что в любой игре выигрывает не сильнейший, а тот, кто задает правила игры или, на худой конец, осуществляет судейство.

Пусть не сразу, но в перспективе внешний эффект может быть большим, чем от олимпиады, а затрат куда меньше. Кстати, и бренд Нобеля можно оставить, к этому есть исторические основания: господин Альфред жил, как известно, в Санкт-Петербурге и состояние свое сделал в том числе и на каспийской нефти.