Единый телевизор: оружие возмездия | Episode VIII

EPISODE VIII: ЧТО СЕГОДНЯ
 
(Episode VII)


Конечно, телевидению повезло: оно легко отделалось. За его секретами не охотились спецслужбы – как, например, за ракетной программой фон Брауна. Оно не попало под репарационный демонтаж – в отличие от тяжелой промышленности. Его не взрывали при отступлении – как, например, железные дороги. На него не накладывали унизительных оккупационных запретов – как на морское судостроение. Использовать руины германского телевидения для послевоенной пропаганды было тоже бессмысленно, да и специалистов ни у одного из союзников не было, поэтому на первые послевоенные месяцы о телевидении снова, как и 12 лет назад, забыли. Из телевизионных боссов на скамье Нюрнберга оказался только Геринг, но его судили совсем за другое.

Можно ли себе представить, каково было бы телевидение в роли оружия возмездия, как того хотел Геббельс? Гитлер имел реальный шанс стать первым телевизионным вождем, а печально знаменитый слоган «Один народ – один рейх – один фюрер» звучал бы не с плакатов, а с телеэкранов. Но фюрер так ни разу и не появился перед телекамерой.

Сегодня германское ТВ – одно из самых передовых в мире. Руководители публичных вещательных компаний сохранили традиционный титул интенданта. На холмах Витцлебена, куда можно добраться на фуникулёре, – музей телевещания. Германские телезрители по-прежнему платят телевизионные сборы, но не в виде государственного налога, а как взнос в пользу независимости публичных вещателей.

Немцы отлично усвоили уроки денацификации и люстрации и прибавили к этому 60 лет плановой созидательной работы. Небывалое разнообразие каналов и отличная сетевая инфраструктура, система гражданского контроля и строгие законодательные ограничения – всё это многократно страхует национальное телевидение как от непомерного влияния собственников-олигархов, так и от тоталитарных злоупотреблений со стороны государства. Но это уже тема отдельной диссертации.

Но – то ли хитростью, то ли по заговору жрецов чудо-оружия, то ли по нашему собственному недосмотру, – счастливо избежав суда истории, единый телевизор, несущий простые ответы в каждую квартиру, саклю и ярангу, ещё находит себе жертв и по эту, и по ту сторону экрана.

[To be continued]