Николай Бобров, Максим Анисимов, Андрей Исупов. Фото: © Елена Ширикова

Российских фанатов 3D-печати, наверное, порадовало вчерашнее объявление в фейсбук-группе разработчика 3D-принтеров Picaso: «Уже к началу лета вы сможете печатать полностью съедобные объекты с разными вкусами: клубника, яблоко, лакрица, шоколад, кола». Вставляешь в принтер съедобную карамельную нить и печатаешь конфеты любой формы. В этом году Businessweek обещает выход 3D-принтеров, которые будут изготавливать пиццу, шоколад и равиоли. Почему бы и не карамель? Пост Picaso, конечно, оказался первоапрельским розыгрышем. Но это не главное. Ведь совсем недавно идея, что в России будут свои 3D-принтеры, тоже могла показаться шуткой. А сейчас уже нет.

Назвать продукцию Picaso чисто российской разработкой, конечно, сложно. Пабло Пикассо когда-то сказал: «Хорошие художники копируют, а великие художники крадут». Разработчики принтера Picaso 3D, студенты МИЭТа Максим Анисимов и Андрей Исупов, не были художниками. Но как будто по совету мастера, они удачно позаимствовали спроектированную другими основу для своего продукта.


Видео: © Елена Ширикова

Анисимов с Исуповым с детства обожали конструировать. На втором курсе МИЭТа они придумали и собрали интерактивного робота-паука. У робота был «глаз» для распознавания образов, и работать он должен был в среде, где человеку выжить невозможно, – например, на Марсе или в зонах высокой радиации. В конце 2011 года Максим с Андреем показали «паука» фонду Бортника и выиграли грант на дальнейшую разработку, 200 тысяч рублей. Тогда же их заметил Зеленоградский нанотехнологический центр, структура «Роснано». 

Первое, на что решили потратиться Анисимов и Исупов, – это усовершенствовать облик «паука». Собственно говоря, и на паука он не особенно походил. Нужно было изготовить для него корпус. «Залезли в сеть, стали копаться, как это делать, и случайно узнали, что существуют недорогие персональные 3D-принтеры», – вспоминает Анисимов. Пока разбирались в этом, увлеклись 3D-печатью всерьез и решили заказать себе трехмерный принтер RepRap Prusa Mendel из Канады. Почему именно его? Большого выбора тогда не было.

RepRap – это некоммерческий проект, придуманный Эдрианом Бойером, профессором английского университета Бата. Бойер сформулировал концепцию устройства, способного «печатать» детали самого себя или компоненты каких-либо других устройств. В 2005 году стартовал блог RepRap; в сущности, это был open-source-проект для всех энтузиастов нового «железа». Собрать RepRap по опубликованным в сети чертежам или доработать его мог любой желающий.

Напрашивалась шутка: «Купи принтер, распечатай принтер, верни принтер». Но для тех, кто не хотел начинать с самого нуля, появились коммерческие версии, вроде той, что приобрели основатели Picaso. 

Впрочем, это не значит, что Исупову с Анисимовым достался готовый продукт. Свой RepRap они собирали две недели; инструкции не было, только фотографии и описания из блога. «Не были бы технарями, ничего бы не вышло», – говорит Максим. Потом еще две недели ушло на настройку печати. Наконец через месяц зеленоградские кулибины напечатали первый пробный продукт. 

Как все это работает? Большинство 3D-принтеров основаны на технологиях послойной печати. «Программное обеспечение принтера разбивает модель на слои. Представьте, что вы взяли нож и очень тонко нарезали вашу модель. Толщина каждого слоя может быть до 0,05 мм – как толщина у человеческого волоса», – поясняет Анисимов. Принтер сначала рисует контур модели, потом заливает пластиком все, кроме пустот. И так далее, на каждом последующем слое. Чаще всего на принтерах RepRap печатают пластиком, но можно, после соответствующей модификации, и другими материалами – хоть оловом, хоть даже пресловутым шоколадом.

Первым опытом Исупова и Анисимова в 3D-печати стал болт из АБС-пластика. И вышел он кривым и косым. «Что за жесть?» – чесали в затылке экспериментаторы. 


Фото: © Елена Ширикова

Впрочем, после нескольких новых попыток дело наладилось. Набрав немного опыта, Максим с Андреем решили, что теперь им под силу и доработать RepRap – сделать свой собственный принтер. Знакомые дали им немного места на своем складе; ребята поставили в уголке четыре стула и лампу и снова начали прикручивать и паять. Вместо учебников они штудировали форумы и блоги про RepRap. Информации было мало, принтером они занимались по ночам: днем Исупов программировал, а Анисимов занимался проектированием в Зеленоградском нанотехнологическом центре. Постепенно они увлекли разработкой еще нескольких друзей, таких же 20-летних парней, которым хотелось не устраиваться на обычную офисную работу, а придумывать что-то свое.

Летом 2011 года Исупов с Анисимовым собрали свою версию RepRap и назвали ее GENX. По сравнению с оригиналом изменилась конструкция – теперь нагрузка на пластиковые детали была меньше, а на сборку принтера уходило меньше времени, и вообще этот процесс стал проще. Анисимов утверждает, что и печатать новый принтер стал качественнее. Во всяком случае, на нем удалось заработать первые деньги – за 50 тысяч рублей принтер купили студенты из Новосибирска. Часть его деталей ребята напечатали сами, на канадском RepRap. Тем же летом они зарегистрировали компанию. Сначала вложили 500 тысяч рублей своих средств, потом в проект вложился Зеленоградский нанотехнологический центр (2 млн), уже знакомый фонд Бортника (также 2 млн), и еще 2 млн Picaso получила в виде субсидии Департамента науки, промышленной политики и предпринимательства Москвы. 


Фото: © Елена Ширикова

Я спрашиваю Анисимова, когда же была достигнута точка невозврата – когда создатели Picaso перестали быть гиками и превратились в бизнесменов? Он говорит, что не помнит: в памяти лишь «детали, сборка и бессонные ночи на складе». Никакого анализа рынка ребята, разумеется, не делали, просто были восхищены возможностями 3D-печати: «Для нас это было расширение горизонта в восприятии, мы чувствовали, что вот-вот принтер будет востребован среди людей. Такое чутье: ух, я могу сделать это сам, вживую, спроектировать самостоятельно, доработать, напечатать еще один объект, снова доработать и получить продукт». Исупов тоже говорил, что он скорее технарь, чем бизнесмен. 

Бизнесменом зато был новый участник команды. Год назад, когда Анисимов с Исуповым уже назвались Picaso 3D и выпустили новую модель принтера, Picaso 3D Builder, Николай Бобров, 30-летний выпускник МГТУ им. Баумана, распрощался с компанией Renault, в которой работал несколько лет. Получив MBA в Университете Париж-Дофин, Бобров сначала устроился работать в центральный офис Renault в Париже, а потом переехал в Россию и стал топ-менеджером «Рено-АвтоВАЗа». Корпорация в жизни Боброва закончилась тогда, когда ему стало скучно и он понял, что работать в ней – значит «в 90% случаев плыть по течению». Он рассказывает, что принял решение об увольнении, удрав на несколько дней в Индию на майские праздники: «Я стоял в горах, смотрел на снежные вершины, и в этот момент меня озарило, что истины и смыслы, которые я искал, когда вкалывал в «Рено» или учился в Бауманке, они на самом деле были внутри меня. И то, как я живу, это только то, как я выбираю, как я живу. Просто надо было почаще к себе прислушиваться». 


Фото: © Елена Ширикова

Бобров решил строить свой бизнес. О ребятах из Зеленограда он узнал случайно. Летом 2013 года он открыл небольшую сервисную компанию, которая занималась 3D-печатью, и вскоре узнал от знакомого о разработке Picaso 3D. «Странно, вроде спрос на Picaso 3D Builder есть, а предложений нет. Многие хотели его заказать, но не могли», – удивлялся Бобров. Он поехал в Зеленоград. «Мы приехали, увидели двух замечательных ребят с желанием трудиться. Как только я посмотрел немного глубже, копнул, как все устроено, понял, что они, конечно, инженеры классные, но с точки зрения организации производства и бизнеса там конь не валялся (у ребят даже толком не было финотчетности). Неудивительно, что на рынке принтеров нет. Но для себя я увидел возможность. По сути, пришлось строить компанию с нуля», –  резюмирует Николай. 

Бобров вложил в разработку 3 млн рублей, ввел строгую дисциплину, изменил элементарные правила управления задачами. «К этим вещам я непримирим. Я безумно люблю сотрудников, но надеюсь, они станут продуктивными и станут классными проектными менеджерами». Николай также занялся защитой интеллектуальных прав: закрыл от посторонних глаз производство, начал работать над оформлением патентов. Сейчас Боброву принадлежит 20% акций компании, 15% – Зеленоградскому нанотехнологическому центру, 20% – Анисимову, 30% – Исупову и 15% – еще одному разработчику.

Производство и сборка принтеров Picaso 3D по-прежнему находится в Зеленограде, в небольшом офисе на одном из последних этажей бывшего НИИ, прозванного «клюшкой», – прямо напротив МИЭТ. В офисе всего две небольшие комнаты, в одной из них и идет сборка последней модели – Picaso 3D Designer. Туда ребята никого не пускают, все держится в секрете: Бобров опасается конкурентов. 


Фото: © Елена Ширикова

Новую модель, Picaso 3D Designer, компания выпустила в декабре. Весит она 11 кг, по комплектации, как говорят разработчики, на 80% отечественная. В России производятся, например, печатные платы, металлические детали, корпуса; привозные же – моторы, вентиляторы, линейные направляющие. Исупов объясняет, что полностью перевести производство на российские рельсы будет нерентабельно: «На нас бочки катят за то, что нас называют российским принтером, но комплектующие не все из России. Так вот, если мы перейдем полностью на отечественные, цена возрастет сильно» (по его расчетам, до 160 тысяч рублей). 

Сейчас Picaso 3D Designer стоит 99 тысяч рублей. Это дороже, чем у ряда российских конкурентов: 3D-принтер «Хамелеон» из Нижнего Тагила стоит 37 500 рублей, SibRap (который, как и RepRap, можно собрать самостоятельно) – 30–40 тысяч рублей. Впрочем, есть конкуренты и в этом же ценовом диапазоне; на московский PrintBox3D One производства компании RGT рекомендованная цена – те же 99 тысяч. А вот западные 3D-принтеры дороже: популярный MakerBot Replicator 2 в России продается за 120–130 тысяч рублей.

Что предлагается за эти деньги? Для начала – довольно симпатичный внешний вид, который может удивить людей, привыкших, что 3D-принтеры – это жуткого вида переплетения трубок, шестеренок и проводов. Разработчики говорят, что новая модель держит более высокую температуру, благодаря чему готовые изделия выходят более гладкими. Выросла и скорость печати, она достигает 30 куб/час. Софт (написанный пока под Windows) довольно несложный в обращении. Напечатать на принтере Picaso можно практически любые детали, игрушки, архитектурные макеты. Пока невозможно печатать большие, сложносоставные вещи – например, автомобиль. А также электронику – слишком уж мелкие в ней детали. 

Николай Бобров говорит, что проект уже на пороге выхода на операционную прибыль: компания уже выпустила и продала несколько сотен принтеров. «Это все мелкосерийное производство. Но вот-вот перевалим за тысячу. В планах только рост и выход на широкоформатное производство. Designer выстрелит однозначно», –  уверен Бобров. Он хочет сделать Picaso 3D-принтером номер один в России. Для этого компания проводит новый раунд инвестиций (сумма и инвестор пока не раскрываются, идут переговоры).  

В интернете Picaso 3D Designer порой ругают за сырость и недоработки. «Компания-производитель получила шквал рекламаций и срочно дорабатывает принтеры», – пишет один из недовольных пользователей. Мне тоже, кажется, не повезло. Во время интервью я попросила напечатать Исупова и Анисимова маленькую статуэтку синего морского котика. Допечатать не удалось, что-то не сработало, ребята долго возились с машиной. Бобров согласен, что проблемы есть, в том числе по части сервиса. Но говорит, что сейчас «идет отладка серии» и что процент брака, по его оценке, все-таки не слишком большой – не более 10% устройств. Ребята из Picaso 3D говорят, что все отзывы в сети они читают с лупой и принимают к сведению, у них еще куча технологических идей.