В России вершится инновационная революция. Кажется, это понятно даже ребенку. Средний россиянин, если он хотя бы изредка смотрит телевизор, должен проникнуться гордостью за страну – отечественные инновации на подъеме, не иначе. Программные выступления первых лиц, вечная суета вокруг Сколкова, новости о строительстве технопарков и кластеров, в которых, словно пчелы в ульях, роятся прорывные идеи. Значительный вклад в ту же копилку – особые экономические зоны, призванные максимально упростить жизнь инновационным компаниям.  

Особенно легко поверить в подобную динамику, находясь в Москве. Вот уж место, где все бурлит инновациями, и громкие заявления относительно диверсификации экономики, ее уверенного движения в будущее тут многим кажутся уместными и правдоподобными. Но позволим себе отстраниться от этой идиллии. Отъедем на 3600 км от Москвы. 

Томск – старейший в Сибири научный и образовательный центр, который в экономике знаний должен процветать. У него есть для этого все предпосылки: вузы, научно-исследовательские центры, уникальная интеллектуальная среда Академгородка. А главное – прекрасные, грамотные, полные здорового энтузиазма люди, готовые работать в условиях рынка, изобретать и коммерциализировать свои изобретения. Именно для их поддержки в 2005 году была создана особая экономическая зона технико-внедренческого типа. И это место обычно значится в плане посещений высокими гостями Томска.  

Тут действительно есть на что взглянуть: здания из стекла и бетона по своему размаху и внешнему эффекту мало в чем уступают архитектуре наукограда Сколково. Также кругом энергично работает строительная техника, льют бетон, кладут асфальт. Это не оставляет у наблюдателей сомнений: будет много объектов и площадей, а отведенный на стройку немалый бюджет без проблем освоят.

Одна загвоздка: роскошная инновационная недвижимость есть, а процветающего инновационного бизнеса не видно. Как так? 

В Томской ОЭЗ сейчас всего 60 резидентов. Разговор с ними оставил у меня тяжелое чувство. Поддержка инноваций – так, как она видится из Москвы, здесь вызывает горькую усмешку. Томским компаниям, ведущим перспективные разработки, фактически приходится выживать. 

Больших преимуществ льготный режим ОЭЗ не дает – пониженная ставка налога на прибыль, полагаю, не оказывает большого влияния на самочувствие начинающего бизнеса, которому до этой самой прибыли расти и расти. Это же не социальные отчисления, которые предприниматель вынужден делать с первого дня и от которых его никто не спешит освобождать.  

Но налоги еще полбеды. Разработки с международным потенциалом в итоге становятся для томских компаний не признаком успеха, а проклятием. Люди обречены ходить по инстанциям, собирая подписи, – требуется экспертиза и согласие соответствующих ведомств на право использования изобретений в коммерческих и, в частности, экспортных проектах. И тут, конечно, как всегда, нагромождение абсурда.

Экспертизы и согласования требует государство, но платить за все это почему-то должна сама компания. 100–150 тысяч рублей за экспертное заключение для малого предприятия, у которого зачастую пока еще нет продаж, – серьезное бремя, а для тех, у кого множество изобретений, – так просто разорение. Причем без официальной отмашки не допускаются никакие, даже самые предварительные переговоры с контрагентами по поводу изобретения, рыночные перспективы которого еще не ясны (а ведь такие переговоры как раз и должны их прояснить). Я поинтересовался у одного предпринимателя, что же будет, если он нарушит предписание и вступит в контакт с потенциальными клиентами. «Срок от семи до десяти лет», – моментально ответил он. 

Стоит ли говорить, что весь этот бумажный караван по старой доброй советской традиции идет через центр. Причем свою лепту в бюрократизацию процесса столичные чиновники вносят начиная с регистрации: чтобы стать резидентом ОЭЗ в Томске, вам потребуется одобрение людей из Москвы. Здесь же находятся и все деньги – инвесторы, фонды, включая государственные. В самом Томске ни венчурных фондов, ни их представительств, конечно, нет.  

Знаю, что ряд томских компаний получили искомое финансирование в столице. Будем считать, что им повезло. Один из моих собеседников в Томске – создатель компании, разработавшей зубчатые зацепления особого типа. Я не эксперт в машиностроении. Но люди, мнению которых я доверяю, называли технологию прорывной. Косвенным доказательством этому может служить и неподдельный интерес, который разработка вызвала у немцев, уже купивших лицензию. Но вот наши «инновационные» чиновники сочли экономический эффект от внедрения технологии ничтожным – и без колебаний указали предпринимателю на дверь. 

Впрочем, это еще не конец света – деньги можно найти. Более серьезная проблема в данном случае – громоздкая и неповоротливая система ГОСТов. Без них никто не купит ваше прорывное решение. А за время, которое обещает занять процесс, технология может легко устареть. Очередное расхождение с риторикой власти о всемерной поддержке инновационных компаний – область патентования, в том числе патентования изобретений за рубежом. Никакого содействия (даже информационного) со стороны государства предприниматели не чувствуют. 

Итого мы имеем усиление административного давления и иллюзорную помощь наукоемкому бизнесу, который государство на словах холит и лелеет – буквально носит на руках. И в таких условиях очень символично смотрятся новые дорогие, но полупустые корпуса офисов и лабораторий на территории Томской ОЭЗ. Они возвышаются неподалеку от Академгородка с его готовой, но загнивающей в отсутствие господдержки инфраструктурой. Для нашей власти наука – не приоритет. Актуальный девиз – поддержка инноваций. Если не чувствуете разницу, приезжайте в Томск – там ее увидите.